Хи Со выпроводила горничную и туго собрала волосы наверх. Ей не хотелось прибегать к такому способу, но, как и опасался Ким Чжон Хёп, дух, занявший тело Ким Чже Она, оказался крайне чутким.

— Раз он с самого начала знал, что я подделка, и всё равно женился, это не рядовая нечисть.

Когда же именно я прокололась? О чём он думал, когда покорно шёл под венец, зная, что Ли Хи Со — экзорцист, который его выгонит?

Вопросы, на которые не было простых ответов, путались у неё в голове.

— Так или иначе, гнать тебя надо. Значит, начнём с твоего имени.

Хи Со деловито направилась в ванную. Следы недавнего присутствия остались нетронутыми. Влажный воздух пах знакомо — видимо, тот самый аромат Ким Чже Она был запахом геля для душа.

Дух духом, а чистоту, похоже, любит…

На полу не было ни волоска, пена и вода были вытерты начисто. Даже пижама, снятая в стирку, была аккуратно сложена. Бельё Хи Со нашла среди неё без труда.

Эврика! Хи Со мигом подхватила находку и с ней в руке рванула из ванной. И в этот самый миг…

— …

— Госпожа Ли Хи Со…

Эврика так эврика. Хи Со не сделала и нескольких шагов, как столкнулась с владельцем белья, зажатого у неё в руке.

— Вы разве не уехали на работу?..

— Кое-что забыл, вернулся забрать.

В строгом костюме он выглядел роскошно. Хи Со, сама того не замечая, оглядела его с ног до головы, не выпуская бельё.

Всё-таки даже с утра он был чересчур красив. Слова вырвались у Хи Со сами собой:

— Позвонили бы, что ли.

Мол, у тебя таких сотрудников, что примчатся по первому звонку, не один и не два.

— Глядя на то, что у вас в руках, я забыл, что искал.

В его словах прятался смысл: не воровке моего белья такое говорить.

— Или вы, случайно, забыли надеть его обратно?

— Ну что вы. Вы ведь не хотели, чтобы муж, женатый на вас всего два дня, разгуливал в непристойном виде.

Брак, приличия, муж. Набор слов, не имевших к Хи Со никакого отношения. Хи Со усмехнулась в лицо дерзкому духу, который не уступал ни в одной реплике.

— Ничего удивительного, если человек, в котором сидит дух, разгуливает без белья. Перед настоящим хозяином тела неловко, но мне всё равно.

Будто она первый день имела дело с одержимыми. Хи Со, повидавшая и то, на что смотреть не стоило, от какой-то пары трусов даже не поморщилась.

Но перед ней был Ким Чже Он. Точнее, дух, занявший тело Ким Чже Она, — тот, чьего имени и чьей сути она не знала.

— А зря вам всё равно.

— Что?

Тут Ким Чже Он шагнул ближе. Так близко, что стоило наклонить голову — и лица бы соприкоснулись. Хи Со невольно поморщилась.

Глядя на это перекошенное лицо, Ким Чже Он улыбался. Улыбкой, за которой ничего было не разглядеть.

— По крайней мере, пока я ваш муж.

Рука Ким Чже Она потянулась к ней, и тело среагировало раньше. Хи Со уже собиралась защитно отступить на шаг, и в этот миг её перехватили за запястье. Другой кулак рефлекторно сжался.

— Не смей меня трогать. В следующий раз терпеть не стану.

Кулаком она не ударила ровно по одной причине: Ким Чже Он не применил силу.

Он очень мягко обхватил её запястье и забрал своё бельё. А потом послушно отступил — будто и не подходил вовсе.

— За то, что тронул без разрешения, прошу прощения. Но и своё бельё я не хотел бы отдавать так легко.

Ставить себя на место духа ей не хотелось, но сама бы она вора собственного белья точно в покое не оставила. Если разобраться, он был прав. Хи Со отозвалась без энтузиазма:

— Тогда, может, продашь мне?

Улыбка Чже Она, до сих пор непринуждённая, чуть съехала. А потом он тихо фыркнул и спросил:

— Не знал, что вы коллекционируете бельё мужа, госпожа Ли Хи Со.

— С сегодняшнего дня начала. Так что продавай.

— Хм-м…

Ким Чже Он опустил взгляд на бельё в своей руке и сделал вид, что раздумывает. Не будь у него в пальцах тёмных плавок, картина вышла бы достойной кадра из фильма.

Правда, с бельём жанр смещался в сторону эротики.

— Вот это я не особенно берегу, так что продавать за деньги не стану.

— …

Разве в белье есть что беречь? — успела подумать Хи Со.

— А вот то, что на мне сейчас, — продам. Вам.

— Что?

— Забирайте. Деньги получу позже.

Щёлк. Хи Со опустила глаза на незнакомый звук. Звук шёл от ремня Ким Чже Она. Это был откровенный вызов.

Ну ты и…

Худая щека Хи Со коротко дёрнулась.

Быть посмешищем для людей и то неприятно, но ещё паршивее — когда над тобой потешается какая-то нечисть.

И, к сожалению, самообладание Ли Хи Со в такие минуты обычно её покидало.

— Смотри не пожалей о своих словах.

Крупная для женщины ладонь ухватила Чже Она за пояс. Хи Со, не колеблясь, дёрнула его ремень.

Тут же раздался тяжёлый звук, и ремень покатился по полу. Губы, всё это время изогнутые дугой, выпустили смешок, похожий на вздох.

— Ты сам сказал забирать.

Женщина с непроницаемым лицом прошептала это у него под подбородком. И в следующий миг длинные крепкие пальцы расстегнули пряжку и потянули вниз молнию.

— Оппа ¹, ну что ты так долго? Нам надо закончить с подготовкой к совещанию до приезда председателя!..

¹ Оппа — обращение девушки к старшему брату или к близкому мужчине старше её.

— …

— А…

— Хён А. Хоть бы постучала, а?..

А, чёрт.

Дверь распахнулась с шумом, и повисло молчание. Хи Со с потемневшим лицом обернулась и встретилась взглядом с женщиной у двери. Крайне растерянное лицо женщины показалось знакомым.

Где я её видела? А, точно. На свадьбе. Двоюродная сестра Ким Чже Она. Говорили, работает в той же компании. Только почему она смотрит на меня как на насильницу? Неприятно.

Взгляд Хи Со стал ещё жёстче. И в этот момент Чже Он мягко погладил её по руке. Только тогда Хи Со сообразила, что была в шаге от того, чтобы стянуть с него брюки.

…С ума сойти.

Хи Со промолчала. И отступила, поскрипывая, как робот со сломанной деталью. По спине отчётливо потёк холодный пот.

Чже Он с застенчивым видом шепнул застывшей Хи Со:

— Начатое закончим завтра, Хи Со. Сегодня мне надо пораньше на работу. Так что я поехал.

Подобрав с пола ремень и поправив одежду, Чже Он улыбнулся. К сожалению, насладиться этой улыбкой Хи Со не могла — она всё ещё стояла ледяной статуей.

Направившись было к застывшей в дверях кузине, Чже Он вдруг остановился и повернулся. Потом подошёл и… Чмок. Сухое тепло коснулось щеки и исчезло.

— С моим бельём в одиночку ничего не делать. Договорились?

Для шёпота это было слишком громко. Дверь закрылась.

За закрытой дверью раздался смех Ким Чже Она.

— Что это сейчас было?

— Что «что»?

— То, что я сейчас видела.

Лицо, отражённое в безупречно чистой двери лифта, смотрело на него.

Чже Он легко улыбнулся и поправил галстук. Поправлять и без того ровный галстук было одним из проявлений его чистоплюйства.

— Мы, конечно, родня, но у нас медовый месяц. Врываться в спальню без стука — это ведь невежливо, а? И перед твоей невесткой тоже.

Слова звучали как выговор, но веса в них не было. Чже Он то и дело смеялся непонятно над чем. Он и вообще смеялся часто, но таким Со Хён А его не видела ни разу.

— О чём ты вообще думаешь?

Потому-то Со Хён А сегодня, вопреки обыкновению, перешла черту. Дело её никак не касалось, но поведение Чже Она казалось слишком уж чужим.

Ким Чже Он. Единственным недостатком мужчины, который приходился ей двоюродным братом, был характер, доходящий до брезгливости.

Вопреки мягкому образу он проводил между собой и другими очень твёрдую черту. Именно из-за этой брезгливости у него, несмотря на множество женщин, тянувшихся к его внешности и положению, не было ни одного скандала…

И вот теперь он вот так растекается перед женщиной, на которой женился по расчёту. Не увидь она этого своими глазами, сочла бы выдумкой.

Глава 8