И тут прозвучал холодный голос Хи Со:

— У смерти нет причины.

— Что?

— Не о чем обижаться и не на что жаловаться. Такова смерть. Твоё время кончилось. Так что не смей зариться на чужое.

— Что?.. Ты, ты-то кто такая, кто ты вообще?! Убью, эту стерву я убью!

Стоявшая перед Хи Со на коленях управляющая Чо зафыркала и, как дикий зверь, бросилась вперёд. Но этого следовало ожидать.

Хи Со босой ногой сильно ударила её в грудь. Удар был вполне грозный, но одним им одержимого не остановишь.

За ударом ноги последовал веер, снова хлестнувший её по щеке. Хи Со не упустила мгновение, когда та покачнулась, и хлестнула по другой щеке.

Хрясь! Раскрытый веер ударил по коже, задел лицо, и управляющая Чо мучительно взвыла.

— Взмахом сего меча да истребится лукавая нечисть — лешие и оборотни, все злые духи!

— Кхе, кх!

Чем ближе Тхэыль-санбочжан подходил к концу, тем сильнее становилась кровь Хи Со, пропитавшая самбульсон.

Самбульсон, Тхэыль-санбочжан и кровь Хи Со. Для одного злого духа это было многовато, но затягивать с этим не стоило.

Такая злоба, что ради одного духа явился даже нокполь, — как же он умер…

Управляющая Чо, получившая веером по щеке, повалилась и забилась в судорогах. Глядя на это, Хи Со слегка помрачнела.

Вот почему она всегда старалась узнать имя духа.

Знай я имя мертвеца, тело так бы не пострадало.

Изгнание, каким его делала Хи Со, было устроено иначе, чем проводы души. Мудан развязывают обиду души, утешают её, и та уходит сама; Хи Со же изгоняла духов, применяя грубую силу.

Если она знала имя и суть духа, то могла отчасти воспользоваться и способом мудан. Она ведь не прошла лишь посвящения, а идти по пути мудан когда-то пыталась.

— Чем дольше ты держишься в этом теле, тем больше портишь сосуд и тем тяжелее твоя вина. Вылезай сейчас же!

Хи Со села верхом на извивающуюся управляющую Чо. От этого та забилась ещё сильнее.

Беспорядочно машущие руки несколько раз попали Хи Со по лицу и груди, но она выдержала. Хорошо бы связать ей руки, но обстоятельства не позволяли, и оставалось только терпеть.

Уворачивалась она чаще, чем получала. И всё же у неё быстро разбилась губа и вспухла багровая щека.

Так, голыми руками управляясь с одержимой, Хи Со дочитывала последние строки заклинания.

Пока перед самым лицом не оказался кулак.

— Хым пхарая, хым парая, ху!..

— Читайте дальше! Я держу её, скорее!

Кулак управляющей Чо, перехваченный в воздухе, дрожал. Хи Со подняла голову: Чже Он, который, как она думала, сбежал, держал обе руки управляющей Чо.

На миг их взгляды встретились. Мужчина, всегда прекрасный, как цветок, и в такую опасную минуту сиял.

Не отводя от него взгляда, Хи Со рассекла внутреннюю сторону руки маленьким ножом, подвешенным к самбульсону.

— …

Когда из разрезанной кожи потекла кровь, поразился как раз Чже Он. Стиснув зубы, будто резали его самого, он напрягся и намертво зафиксировал руки управляющей Чо.

Хи Со не колеблясь взмахнула рукой.

Кровь Хи Со закапала в рот управляющей Чо.

— Кхе!.. Кхе, кхе, кхаа! А-а-а! А-а, а-а-а!

И та забилась ещё отчаяннее, будто выпила яд. Она сопротивлялась так, что Чже Она, державшего её, подбрасывало, но он не отпускал.

Хи Со тоже перевела дыхание и, взяв управляющую Чо за подбородок, заставила её сомкнуть рот. И дочитала оставшиеся строки Тхэыль-санбочжана:

— Хым хыри, хаира ом арая! Хым пхарая, хым парая, хум пальтха сабаха!

— Кх-х… кхе, кха, у-ух…

Руки и ноги управляющей Чо колотили по полу. Всё это напоминало насекомое, тонущее в воде.

Скре-е-жет. Управляющая Чо царапала пол так, что ломались и слезали ногти, потом крупно вздрогнула и застыла, как деревяшка. Из неестественно расширенных глаз потекли слёзы с кровью.

Затем управляющая Чо, лёжа, изрыгнула чёрную кровь, застывшее тело обмякло и совсем ослабло.

— Ха-а, ха-а, ха…

— Госпожа Ли Хи Со. Всё, кончилось? С вами всё в порядке?

Хи Со отдышалась и вытерла лоб, и Чже Он торопливо спросил. От страшной слабости отвечать не было сил, и Хи Со просто махнула рукой.

— Если и это не помогло, придётся звать Иисуса. Так что отпусти её. И так тело сильно пострадает… А, сил уже никаких, невозможно этим заниматься.

Обессиленная Хи Со стала подниматься, и Чже Он быстро отпустил руки управляющей Чо и поддержал её.

Отталкивать его сил не было, и она просто уставилась на него, а Чже Он смотрел совсем в другую сторону.

— Вы каждый раз так? Гнать духов телом — это резать себя и лить кровь?

— А ты думал, я выдумала это, чтобы напустить на себя таинственности?

Смешить она не собиралась, но лицо Чже Она не разгладилось ни на йоту, и растерялась в итоге сама Хи Со.

Не его же тело порезали — чего он смотрит так страшно.

Он смотрел так грозно, что неловко стало ей самой.

— Сначала займёмся вашей рукой. Идёмте вниз.

— Погоди, надо забрать управляющую Чо и того дяденьку… А?

Хи Со собиралась остановить Чже Она, обхватившего её за плечи, и осеклась. И не поверила собственным глазам: за окном по-прежнему полыхал нокполь.

— Почему он… ещё горит?

Не может быть. Сила, которая шла от управляющей Чо, ведь исчезла.

Хи Со растерянно покачнулась. И в этот миг за спиной она ощутила пронзительно острую духовную злобу.

Уворачиваться было поздно.

— Хи Со!

Разве голос Чже Она когда-нибудь звучал так отчаянно?

Она обернулась на этот крик, и, как в последнюю минуту жизни, всё вокруг задвигалось медленно.

Чужое, налившееся тёмно-красным лицо неслось прямо на неё.

Это был Хан До Юн.

Увидев это звериное обличье, Хи Со разом сложила все догадки.

Ну да. Всё это с самого начала было не под силу одному злому духу. Надо было это заподозрить…

Как бы ни была велика злоба духа, ею одной не объяснить ни того, что случилось в отеле, ни нокполя. Но, если обиженных духов несколько, дело другое.

Если с самого начала были одержимы и Хан До Юн, и управляющая Чо…

Значит, и водитель с его видениями, и всё, что было в отеле, — тоже не дело рук Ким Чже Она.

Хан До Юн выглядел точно так же, как управляющая Чо. Из всех отверстий лица у него текла чёрная кровь, и он летел на Хи Со так, будто собирался сломать ей шею.

Хи Со рефлекторно попыталась взмахнуть самбульсоном. Но на лице тут же отразилась досада: самбульсон валялся у её ног.

— Кх!.. Кх, а!

Тем временем Хан До Юн уже добрался до неё и вцепился ей в горло. Даже под этой чудовищной силой Хи Со схватила его за руки и держалась, чтобы её не утащили.

Сколько я продержусь? Силе одержимого голыми руками не противостоять.

С передавленным горлом Хи Со потянулась ногой к самбульсону. Кончик пальца едва зацепил его. Если бы только взять его в руку…

Но то, что случилось дальше, было для Хи Со полной неожиданностью.

Удар, треск, звон!

— Кхе, кх, кхе!

От сильного толчка Хи Со покатилась по полу. И в тот же миг окно, треснувшее от нокполя, с громоподобным звуком разлетелось. И Хан До Юн вывалился наружу сквозь разбитое стекло.

Падал он не один.

Ким Чже Он обхватил его и прыгнул в море.

Глава 36