Пролог

— Не коротковато ли?

Фу-у. Сквозь белый сигаретный дым узкие, слегка раскосые глаза мужчины прикипели к женщине за окном автомобиля.

У женщины была бледная, почти белоснежная кожа. Длинные, черные как смоль прямые волосы блестели и покачивались ниже покатых плеч при каждом ее шаге.

Подчиненный, сидевший за рулем, с напряженным лицом переспросил:

— Вы… о чем?

— О длине юбки.

Во взгляде подчиненного промелькнула растерянность. Он не смел даже пытаться проверить, о чем идет речь. Как и ожидалось, мужчина ледяным тоном приказал:

— Я не просил отвечать, так что держи свои зенки при себе.

— Да, господин президент.

— Сколько она там пробыла?

— Чуть меньше часа.

Мужчина издал тихий смешок и глубоко откинулся на сиденье автомобиля.

Один час.

Времени с лихвой хватило бы, чтобы потрахаться.

Мужчина вздернул бровь, подумав, что внезапно вспыхнувшая в голове грязная фантазия вполне могла оказаться реальностью. Затянувшись так глубоко, что впали щеки, он перевел взгляд на парня, стоявшего рядом с женщиной.

Одетый в безупречный костюм, тот был высоковат для типичного книжного червя, а его лицо в очках выглядело излишне правильным. Одним словом, он производил впечатление изнеженного маменькиного сынка.

— Ишь ты, за ручку взял?

Словно выплескивая нахлынувшие эмоции, парень грубо схватил женщину за руку. Она, вполне ожидаемо, вырвалась и отвернулась, но тот поспешно преградил ей путь.

— Ну и цирк они там устроили.

Нахмурившись, мужчина достал из внутреннего кармана пиджака портсигар. Он вытащил еще одну сигарету и зажал ее губами, но наряд женщины, заполнивший его поле зрения, так раздражал, что он никак не мог отвести глаз. Забыв даже прикурить, он жадно впитывал взглядом каждый дюйм ее непривычного облика.

Пышные изгибы груди, бесстыдно просвечивающие сквозь тонкую шелковую блузку, узкая талия, которую можно обхватить одной рукой, и белые гладкие бедра под тесной юбкой, плотно облегающей фигуру.

В особенности ее хрупкая шея, на которой наверняка остался бы след от одного лишь поцелуя — она не просто будоражила похоть, а сводила с ума. В подтверждение этому взгляды всех ублюдков с членом в радиусе видимости были прикованы к ней.

Ворот рубашки вдруг показался слишком тесным.

Мужчина нервно расстегнул верхние пуговицы. В его глазах бурлила неконтролируемая тяжесть и одержимость. Этот взгляд буквально прилип к лицу женщины, не отрываясь ни на секунду.

Словно он пытался найти что-то в выражении ее лица, пока она смотрела на того парня.

Пока очкарик снова брал женщину за руку, притягивал за плечи и обхватывал ее лицо, мужчина в машине забыл даже как дышать.

— …Блять.

С этим резким, выдавленным сквозь зубы стоном задняя дверь автомобиля распахнулась. Высокий мужчина тут же вытянул длинные ноги и вышел наружу. Снимая на ходу пиджак, он размашисто зашагал вперед.

Чем ближе он подходил к стоящим друг напротив друга мужчине и женщине, тем больше безумие, горевшее в его глазах, исчезало, словно по волшебству.

Глава 1

Вечер пятницы.

Район в Каннаме, отведенный под снос и давно покинутый жильцами, даже в разгар лета был пропитан промозглым, зловещим воздухом. Повсюду на стройплощадке, где только начались демонтажные работы, возвышались полуразрушенные здания с зияющими дырами в стенах, а обломки, сваленные в кучи подобно земляным насыпям, поднимали пыль. В самый центр этого пустого участка притащили мужчину, волоча его по земле за обе руки.

— Ах вы, суки! Вы хоть знаете, кто я такой?!Вы кто такие?! А ну отпустите! Кто вам позволил творить со мной это скотство?!

Срывающийся на визг голос мужчины гулким эхом разносился по пустырю.

— Надо было велеть заткнуть ему рот кляпом.

Мун Тэ Ик, наблюдавший за этой сценой со скучающим видом, равнодушно пробормотал эти слова. Засунув руки в карманы брюк, он обратился к стоящему прямо за спиной менеджеру И Юн Чжэ:

— Ты связался с ними?

— Да, господин директор.

— Наверное, мчатся сюда с налитыми кровью глазами.

Тэ Ик усмехнулся и снова перевел взгляд на мужчину, которого продолжали тащить. Его наполненные злобой и обидой телодвижения представляли собой жалкое зрелище.

Старый дурак, довольствовался бы теми крохами, что перепадали, так нет же, жадность сгубила. Тэ Ик тихо цокнул языком и медленно зашагал вперед. Мужчины в черных костюмах тут же последовали за ним.

— Директор Ким, вы мне совершенно не нравитесь.

Как только раздался этот незнакомый голос, вокруг мгновенно воцарилась тишина. Звук, прорезавший это безмолвие, был пугающе низким и источал мрачную ауру.

— И ваш визгливый голос раздражает больше всего.

— М-мун… директор Мун..!

Глаза директора Кима округлились. На его лице читалось явное потрясение от встречи с человеком, которого он никак не ожидал здесь увидеть. Когда Тэ Ик мерным шагом приблизился к нему, директор Ким, тараща глаза, попятился назад прямо на коленях. От кипевшей еще секунду назад враждебности не осталось и следа; он мгновенно сник и захлопнул рот.

Тэ Ик остановился прямо перед ним, с презрением глядя на эту жалкую картину.

— Ну так что, насладились отпуском?

При росте под метр девяносто Тэ Ик обладал невероятной подавляющей аурой, источая угрозу каждым своим даже самым незначительным движением. Вздрогнув, директор Ким стер рукой пот с мокрого лба, продолжая стоять на коленях у его ног.

— К-каким отпуском? Я просто взял небольшой отгул для поправки здоровья…

— Для здоровья, блять…

Тэ Ик тихо выругался, словно прорвало плотину его терпения. Затем он сделал короткий выдох и, до скрипа сжав зубы, продолжил:

— И здоровье нынче поправляют в казино?

— Это было всего на мгновение, чтобы проветрить голову…

Тэ Ик издал смешок, словно не веря своим ушам.

— А пока голову проветривали, телевизор смотрели? За последнюю неделю мое лицо, должно быть, примелькалось вам во всех новостях и газетах, ну как впечатления? Благодаря вам, директор Ким, я даже постоял на фотолинии у прокуратуры.

— …

— Остались довольны? Хотя, я же чертовски хорошо смотрюсь в кадре.

Он криво усмехнулся и, казалось, говорил в шутку, но исходящая от него атмосфера была ледяной как никогда.

Директор Ким забегал глазами, пытаясь скрыть растерянность.

— Я… я знаю, что тебе, директор Мун, пришлось несладко из-за этого расследования… прокуратуры. Прекрасно тебя понимаю.

— …

— Давай не будем здесь так стоять. Может, пойдем в какое-нибудь хорошее место и выпьем? Я тоже чувствую глубокую ответственность как человек, причастный к этому инциденту.

— А-а… глубокую ответственность…

Протянул Тэ Ик безо всякого интереса к этому льющемуся потоку слов и достал сигарету.

Его красные губы под точеным носом приоткрылись, зажав меж зубов белую сигарету. Один из подчиненных шагнул вперед и поднес зажигалку.

Фу-у. Он глубоко затянулся и выдохнул; в воздух поднялось облачко белого дыма.

— Вы ведь знаете, где мы?

Затянувшись еще раз, он указал тлеющим концом сигареты на окружающий их пейзаж. Только после этого внезапного вопроса директор Ким закрутил головой, осматривая место, куда его приволокли.

— Э-это место…

— Да, совершенно верно. Это та самая площадка под реконструкцию, которую мы в прошлом году чуть не уступили «Сэян» из-за того, что вы, директор Ким, нажрались взяток от субподрядчиков.

«Сэян Мульсан», наравне с «Тэён Констракшн», входила в число ведущих корпораций на строительном рынке Южной Кореи. Обе компании-конкурента десятилетиями вели ожесточенную борьбу за крупные проекты, деля между собой первое и второе места в индустрии.

Прошлой зимой, во время очередной жесткой схватки за тендер, обе корпорации вышли в финал и до последнего бились за контракт. Однако в самый последний момент всплыла коррупционная схема руководства «Тэён Констракшн», началось полицейское расследование, и возникла реальная угроза того, что права на застройку перейдут к «Сэян Мульсан».

До того как полиция смогла доказать вину, юридический отдел «Тэён Констракшн» под руководством Тэ Ика чудом успел стереть имя директора Кима из теневых бухгалтерских книг субподрядчиков, благодаря чему они еле-еле удержали права на строительство жилого комплекса на этой самой земле.

— Я ведь ясно вам сказал. Если еще раз поднимете шум и встанете у меня на пути, я этого так не оставлю. Уже забыли? Или у вас старческий маразм начался?

Из-за того случая директор Ким впал в немилость у председателя Муна и долгое время ходил, не смея поднять глаз от земли. Эту историю знал каждый в корпорации.

Рассудок директора Кима прогнил настолько, что он продолжал вестись на легкие, грязные деньги. И то, что этого старика, погрязшего в азартных играх и взятках и уже не способного отвечать за себя, до сих пор не вышвырнули на улицу, было исключительно волей председателя Муна. В конце концов, корпорация выросла не без помощи впечатляющего послужного списка директора Кима, и игнорировать его прошлые заслуги было нельзя.

— Я пошел вам навстречу, а вы и тут не сдержались и снова натворили дел?

В ответ на сарказм Тэ Ика у директора Кима заблестели от возмущения глаза, и он начал сыпать оправданиями:

— Зачем ты так со мной? Я же все объяснил на внутреннем расследовании юридического отдела. Я сделал это только ради того, чтобы исправить свою прошлую ошибку.

— …

— Ты же прекрасно знаешь, как сильно упал мой авторитет в компании! В других фирмах подобные вещи — обычная практика! И устраивать из-за этого такой скандал — это превышение полномочий, даже для тебя! Думаешь, председатель оставит это просто так?!

Тэ Ик бросил сигарету на землю и растер ее ботинком.

Взгляд директора Кима устремился к окурку, безжалостно раздавленному подошвой его туфли. Сглотнув, старик закричал, словно в последней попытке защититься:

— Да я столько сил вложил, чтобы защитить тебя, без пяти минут генерального директора! Думаешь, та преданность, которую я испытывал к председателю, автоматически перейдет на тебя?! Почему ты не понимаешь, что именно по моему приказу заткнули рты остальным руководителям, которых допрашивала прокуратура!

— И правда, зачем вы это сделали?

В отличие от воплей срывающегося на крик директора Кима, тон Тэ Ика оставался бесконечно спокойным. Он смотрел на него сверху вниз с выражением полного непонимания.

— Ч-что?

— Лучше бы вы убедили этих руководителей выложить прокуратуре всё подчистую. Если хотели втоптать меня в грязь, нужно было запастись соответствующей смелостью.

— Что ты вообще несешь…

— Вы правда думали, что я не узнаю? Что это вы, директор Ким, слили информацию прокуратуре в день первого вызова.

— Ч-ч-что за чушь ты несешь!

Директор Ким шлепнулся на задницу и неуклюже попятился назад. Его нервный вид выдавал лихорадочные попытки понять, действительно ли Тэ Ик знает правду.

— Если вам так не хотелось, чтобы я занял кресло генерального директора, надо было сказать об этом раньше. Блять, тогда бы я убрал вас куда быстрее.

Преданность, как же. От игры старого лиса Тэ Ика чуть не вывернуло, и он сквозь зубы процедил ругательство.

— Включай.

Как только прозвучал приказ, менеджер И включил видео на планшете и развернул экран так, чтобы директору Киму было хорошо видно.

Место на видео — какая-то вилла неподалеку от Кёнгидо, в районе с чистой водой и свежим воздухом. Под дешевым освещением разворачивалась настоящая оргия. Людьми, которые сплетались в клубок куда более омерзительный, чем спаривающиеся животные, оказались известные бизнесмены, политики и профессора, чьи имена знала вся страна.

— Мало того, что казино, так еще и наркотики с оргиями. Вы, как погляжу, успели перепробовать всё самое грязное блядство.

Громкие стоны на видео продолжались, и Тэ Ик раздраженно нахмурился. Сообразительный менеджер И тут же выключил экран.

— Желудок у меня слабоват на такое дерьмо.

— Э-это еще что за…

— Я уже разослал это видео всем вашим собутыльникам от вашего имени, директор Ким. Так что даже не думайте о глупостях. Вам теперь придется очень беречь свою шкуру.

Это видео было сильнейшим козырем, способным связать директора Кима по рукам и ногам и наглухо заткнуть ему рот. Люди, чья грязная личная жизнь оказалась под угрозой огласки, не остановятся ни перед чем и будут внимательно следить за каждым шагом Кима. Вполне возможно, что директор Ким погибнет не от рук Тэ Ика, а именно от их рук.

— Ты… ты совсем свихнулся?

Ошарашенно спросил директор Ким, словно не в силах поверить в обрушившуюся на него реальность.

— Наш директор Ким до сих пор не осознал всей тяжести своего положения.

Цокнув языком, Тэ Ик сделал шаг к нему. Пока лицо директора Кима медленно каменело от ужаса, Тэ Ик, прислушиваясь к нарастающему шуму, впился в него немигающим взглядом.

— Слышите?

Сквозь мертвую тишину прорезался слабый звук. Директор Ким напряг слух, и лицо его стало мертвенно-бледным.

Это был вой полицейских сирен.