Когда после покупок и обеда мы вернулись в особняк, Майя, помогая мне переодеться, прошептала:

— Этот день я не забуду до конца жизни.

— Мы с тобой знакомы всего ничего, а я уже и не сосчитаю, сколько раз услышала от тебя «до конца жизни».

Майя хихикнула.

Разве она была такой смешливой?

Знала я её недолго, но за несколько дней поняла: помимо ловких рук, это умная и сообразительная горничная.

Я и сама была горничной, так что знаю. Такие отличные работницы встречаются нечасто.

— Ты правда ничем не провинилась перед Хизер Дартмут? Я никак не пойму, за что тебя уволили.

— Мне и самой интересно. Я ведь и на глаза-то ей не попадалась. …А!

Майя вдруг вскинула голову, словно что-то вспомнив.

— Кстати, когда она меня отчитывала, она сказала одну странную вещь.

— Странную?

— Да. Она сказала: «стреляешь глазами в господ, вот и результат». А я ни в кого не стреляла…

В этот миг в голове мелькнуло что-то вроде догадки.

— А перед тем, как эта девка тебя ударила, ты не сталкивалась с каким-нибудь мужчиной-дворянином, ничего такого не было?

— Когда я ставила на чайный столик блюдо со сладостями, один господин заговорил со мной, и я ответила. Но это была сущая ерунда.

— О чём шла речь?

— Он сказал, что сконы с апельсиновой цедрой очень вкусные и что он, наверное, съел больше половины с того блюда, а я ответила, чтобы он не беспокоился, их заготовлено много. Вот и всё.

Хизер вряд ли слышала этот разговор, так что дело было не в содержании. Значит, дело было в самом этом человеке.

— Как он выглядел?

— Молодой… светлые вьющиеся волосы, одет в тёмно-синее? Или в чёрное? В общем, во что-то тёмное.

Из примет, по которым можно было бы его узнать, были только молодость и «светлые кудри», но я, кажется, поняла, кто это.

Это тот мужчина, что пришёл на приём, когда Розалин облила вином платье Хизер. Точно он.

Я помню, потому что тогда всё время следила за Хизер, боясь, как бы Розалин чего не натворила.

Так что, наверное… это и есть мужчина, к которому у Хизер чувства?

Но даже если так, обменяться одной шуткой — и за это бить горничную по лицу и увольнять?

Нет, ещё раньше она собиралась повесить на неё огромное возмещение и разрушить ей жизнь. Не слишком ли?

Хизер не могла этого не понимать.

Значит, ответ один.

Она безответно влюблена в этого мужчину. Хочет владеть им одна, не может, и потому ненавидит всех женщин вокруг него.

А горничная среди них — самая удобная мишень, чтобы сорвать зло.

Жуткая девка. Она прекрасно знала, что Майя ни в чём не виновата, и из-за какой-то ревности, с которой не справилась, попыталась сломать человеку жизнь.

Что ж, это, видимо, и называется везением на людей и судьбой. Благодаря этому у меня отличная горничная.

Что устроит эта девка, увидев Майю при мне, неизвестно, но об этом подумаем, когда придёт время.

— Ты устала, помоги братьям разобрать вещи и отдохни у себя. Сегодня ты мне вряд ли понадобишься.

— Спасибо, госпожа баронесса.

Я небрежно махнула рукой Майе, чьё лицо стало куда мягче прежнего, и плюхнулась на диван как попало.

Только оставшись одна, я смогла обдумать всё, что случилось за день.

Я повертела в руках то, что не давало мне покоя с самого обеда, а потом поднесла к глазам и рассмотрела.

Зачем он мне это дал?

В руках у меня были театральные пригласительные от Эша Маккаллена.

Непопулярный театр ещё раздаёт бесплатные билеты, чтобы собрать зрителей, но «Гласье» — совсем другое дело. У этого театра всегда аншлаг.

Да ещё премьера нового спектакля, да ещё VIP-места?

Такое и за переплату не достать.

Подари он их кому-то другому, выгадал бы куда больше, так почему мне…

Он ведь, кажется, не очень-то меня любит.

Я и раньше считала его скрытным, но не думала, что он способен на такой неожиданный поступок. Какие сведения он рассчитывает выудить из меня этим?

Впрочем, сколько ни думай, ответа не узнаешь, так что лучше с толком распорядиться нежданными пригласительными.

Я написала письмо Артуру Готфриду. Не сходить ли нам вместе в театр.

Он, вероятно, не откажет.

* * *

Артур раз за разом удивлялся Розалин Тесис.

Уже предложение встретиться ещё трижды было необычным, но что первое свидание из трёх предложит она сама, он и подумать не мог.

Он как раз ломал голову над следующей встречей, а Розалин его опередила.

— Да ещё VIP-места на спектакль театра «Гласье»…

С обычными связями такие билеты не достать. Какой бы прекрасный план свидания он ни придумал, этот был бы лучше.

Граф Броу достал?

Первым он заподозрил её опекуна, но, похоже, дело было не в нём. Они, конечно, очень заинтересованы в этом сватовстве, но вряд ли настолько, чтобы заниматься такими тонкими подсказками.

Значит, Розалин получила их через кого-то из личных знакомых.

Уже обзавелась такими связями? Поразительно.

Первое впечатление о ней быстро рассыпалось, и на его месте копился положительный образ.

Вопреки слухам о деревенской, невоспитанной, нищей девице, Розалин была хороша собой, остроумна, свежа и обаятельна.

Манеры, здравый смысл, образованность, пожалуй, не совсем дотягивали, но зато она интересовалась всем на свете, тем для разговора у неё было множество, к встречам она подходила деятельно и, главное, была уверена в себе.

«Но если этого и не случится, я не буду в обиде. Судьбу ведь не сошьёшь насильно, правда?»

Её слова о том, что она не станет цепляться за эти отношения, и теперь порой всплывали в памяти и вызывали невольную усмешку. Она даже сказала, что, пока они встречаются, он волен видеться и с другими.

Такое не бросишь с лёгкостью без уверенности: «ты захочешь меня».

И правда, он уже с нетерпением ждал свидания в театре.

И этот рассказ разорвал сердце Брианны в клочья.

— Вот… это да. Пригласительные на премьеру в театре «Гласье».

— Правда? Да ещё VIP-места. Интересно, от кого она их получила?

— Кто знает. Может, купила с большой переплатой, чтобы покорить тебя.

— Тот, кто может получить такое, наверняка человек высокого положения. Стал бы он продавать за деньги?

По тому, как Артур исподволь защищал Розалин, Брианна поняла, что его чувства изменились.

Он был полон ожидания, словно и не было его уныния по поводу брака, который навязывают родители.

Она и раньше, услышав о случившемся на чаепитии у Дартмутов, догадалась, что Розалин Тесис не та женщина, с которой легко справиться.

— Ты и Артур с детства неразлучны, говорили, что вы, наверное, поженитесь. Она всё это слушала, и на лице ни тени.

— Я бы на её месте и имени Артура не смогла произнести, а она так спокойно сказала, что встречается с Артуром. Непростая особа.

Если она осталась равнодушной, слушая, что мужчина, с которым у неё смотрины, тесно связан с другой женщиной, значит, для неё главное не любовь.

Скорее, ощущение, что она заключает своего рода договор, где каждая сторона точно знает, что получит и что отдаст.

И вот это-то Брианне было невыносимо.

Артур заслуживает безграничного доверия и любви жены. Он не из тех, кого можно оценить в несколько монет.

Артур, которого она знала с детства, был серьёзным и образцовым, но при этом человеком тонких чувств. Он просто прятал ранимую душу за привычкой думать прежде о других.

Если такой человек женится на корыстной женщине, нетрудно представить, какой будет его жизнь.

Она была погружена в эти горькие фантазии, когда Артур повернулся и что-то спросил.

— Вот так, а ты что думаешь, Бри?..

— А? О чём мы говорили?

Очнувшись, Брианна растерянно переспросила. Тогда он с озадаченным видом положил руку ей на лоб.

— Тебе нездоровится? Жара вроде нет…

От этого бездумно коснувшегося тепла у Брианны сжалось сердце.

— Нет, ничего такого. Я просто задумалась о спектакле, который видела раньше…

— Хм. Для этого у тебя было слишком невесёлое лицо… Ты точно в порядке?

— Правда в порядке. Прости, что заставила волноваться.

— Тогда хорошо.

Она с тоской проводила взглядом его отдаляющуюся руку и дала себе слово.

Ей не обязательно становиться женой этого мужчины.

Но и позволить Артуру жениться на женщине, которая оценивает его только в деньгах, она не может.

Том 1 Глава 21 — часть 9