У Джин, прислонившийся к Су А, был до странности горячим.

Хотя Су А подумала, что жар, может быть, как раз у неё самой.

— Что-то… случилось? — помедлив, спросила Су А.

У Джин поднял голову и посмотрел на неё.

Вода, собравшаяся на кончиках его волос, скатилась по высокому носу до самого подбородка. Ничего особенного, но почему-то это волновало.

Вместо того чтобы потереть защекотавшую грудь, Су А слегка нахмурилась.

— Вы мне ещё не вполне доверяете, но всё-таки… если захотите со мной поделиться…

Взаимные подозрения ещё не развеялись до конца, но, как одна из немногих, кто знал тайну смерти Ха Джина, она хотела хоть чем-то ему помочь.

Ведь по крайней мере в этом бездушном доме они были на одной стороне.

— А если поделюсь — что изменится?

Но У Джин ответил неожиданным вопросом.

— Что вы можете для меня сделать?

Её охватила не столько обида за отвергнутое участие, сколько бессилие — ведь он был прав.

И правда. Чем я могу вам помочь, если у меня в руках только его наследство?

— Отвечайте, — настаивал У Джин. — Как далеко вы готовы зайти, лейтенант Чхэ, если я попрошу.

Опять.

Опять это сбивающее с толку «лейтенант Чхэ».

Су А пристально посмотрела ему в глаза. И сегодня она по-прежнему искала в нём Ха Джина.

— Лейтенант Чхэ.

— Не называйте меня так, — набравшись смелости, сказала Су А. — Будто Ха Джин зовёт.

— …

Вдруг У Джин подался к ней. Су А отклонилась как могла, но расстояние между ними всё сокращалось.

Ещё чуть-чуть — и губы могли бы соприкоснуться.

Су А в глубине души боялась, что сейчас случится то, чего она так опасалась.

Она попыталась его оттолкнуть, но рука У Джина обхватила её талию.

Сердце колотилось — может, от мысли, что они делают то, чего делать нельзя. Су А чувствовала, как пылает лицо.

Когда У Джин протянул к ней руку, она сжалась, втянув плечи.

Если вспомнить, тогда она не так уж отчаянно пыталась вырваться.

Как ни смешно.

Рука У Джина, которая, как ей казалось, вот-вот возьмёт её за лицо, скользнула мимо. И вода, лившаяся из душа дождём, наконец перестала течь.

С непонятным облегчением — и сожалением — Су А выдохнула.

А У Джин тем временем разглядывал её оцарапанную щёку и запястья в красных пятнах от брызг масла.

— Вот поэтому я и говорил вам не приезжать.

— Это… просто царапина, — прикрыв щёку ладонью, отговорилась Су А.

— Неправда, — тут же парировал У Джин. — Думаете, я не узнаю царапину от кольца?

Странно, но прозвучало это так, будто её отчитывал Ха Джин.

— Брату бы это не понравилось.

На самом деле сама пощёчина значила для Су А не так уж много.

По сравнению с потрясениями, сыпавшимися на неё после смерти Ха Джина, это были пустяки.

Она даже успокоилась: став в глазах свекрови алчной невесткой, она отвела от себя подозрения.

— Так что поберегли бы себя.

Но от его слов ей стало как-то не по себе.

Царапина вдруг снова защипала.

— Иногда мне кажется, что вы делаете это нарочно.

Она через силу растянула губы в улыбке.

Но и без зеркала было понятно, что улыбка вышла натянутой.

— Будто знаете, что стоит вам заговорить о Ха Джине, и я уже ничего не могу возразить.

Почему-то в глазах У Джина мелькнуло лёгкое недоумение.

Будто он только теперь понял, что брат значит для невестки больше, чем он думал.

Сама того не желая, Су А понемногу выдавала У Джину свои чувства к Ха Джину.

— Вы, невестка… — осторожно подбирая слова, начал У Джин.

Су А хотелось услышать, что он скажет.

Но У Джин вдруг замолчал и резко посмотрел на дверь.

— Куда это У Джин подевался, даже не поев?

С небольшим опозданием и Су А услышала, что идёт свекровь.

Су А побелела.

Свекровь, обыскавшая весь дом в поисках вдруг пропавшего сына, наверняка добралась и до этой редко посещаемой ванной.

Никакие оправдания тут не помогли бы, и Су А не находила себе места, когда У Джин сделал нечто неожиданное. Поставил её на ноги и одним движением сбросил с себя рубашку.

Открылось подтянутое тело без грамма лишнего жира. При виде обнажённого торса деверя — такое ей ни разу в жизни и в голову не приходило — у неё совсем потемнело в глазах.

У Джин прижал оцепеневшую Су А к стене и зажал ей рот ладонью.

В тот же миг дверь ванной распахнулась. Без стука.

— У Джин, ты здесь?

Она чуть не закричала. Не зажимай он ей рот — непременно закричала бы.

У Джин взглядом успокоил её, будто всё держал под контролем.

А затем невозмутимо высунулся из душевой кабины.

— Вы даже не стучите?

Су А пыталась понять, что вообще происходит, — и в конце концов не смогла не восхититься.

Запотевшее стекло и то, что кабина была глубоко утоплена в нише, сложились так удачно, что от входа Су А не было видно.

Всего один шаг, всего сантиметр. Этой ничтожной разницы хватило, чтобы её спрятать.

Просто поразительно, как У Джин успел всё рассчитать за долю секунды.

— Ты в душе?

Пусть он и сын, но взрослый мужчина — свекровь не стала присматриваться и поспешно отвернулась.

— Почему ты здесь, а не в другой ванной?

— Здесь тише всего. Не хочу слушать все эти пересуды.

Пальцы У Джина потеплели от её дыхания. Но он стойко терпел это тепло и не шевелился.

— Невестку твою не видел?

— Не знаю. Не видел.

— Ладно… Мойся быстрее и выходи есть.

Лишь когда дверь закрылась, У Джин убрал руку.

Су А осела на пол. От напряжения у неё онемели кончики пальцев.

А У Джин с невозмутимым видом снова набросил рубашку.

— Я выйду первым, а вы потом тоже выходите, только осторожно.

И он вышел из ванной, будто ничего не произошло.

Глядя ему вслед, Су А закрыла лицо ладонями и погрузилась в глубокое отчаяние.

Отрицать, что между ними только что пробежало что-то неподобающее, было невозможно.

Сердце у неё забилось при виде не Ха Джина — его брата.

Если говорить прямо, впервые ей было стыдно перед Ха Джином.

Если бы такие чувства вызвал совсем посторонний человек, она не терзалась бы так.

Су А боялась, что покойный Ха Джин откуда-то смотрит на неё, и не смела поднять головы.

Если я встречу этот опустевший взгляд, как мне оправдываться?

Нет, никакие оправдания тут, наверное, не помогут.

* * *

— Поговорили с невесткой?

Ужин, за которым собралась вся семья. Не было только одного человека — Су А.

Это старшая тётка У Джина вдруг спросила его мать, госпожу Кым Со Рён, — жуя оладьи, которые нажарила Су А.

Вместо ответа госпожа Кым Со Рён вздохнула.

Тут тётка, разгорячившись, затараторила:

— Я же говорила, что она не так проста. Онни, а ты наивнее, чем кажешься.

Остальные родственники согласно закивали.

— Девица с самого начала была себе на уме. Пусть у семьи и трудности, но чтобы вот так, с ходу, выскочить за незнакомого мужчину? Да ещё и из армии уволиться?

У Джин, лениво ковырявший еду, пристально посмотрел на тётку.

Председатель До Ён До, которому, видимо, не хотелось участвовать в назревающем скандале, встал из-за стола и ушёл.

— Такая хваткая девица — и откажется от наследства Ха Джина? Как же.

Но тётке было всё равно — её болтливый язык не унимался.

— Раз она решила упираться, что мы можем сделать? Силой не выгонишь. Да и то, что наследство Ха Джина получает супруга, — не преступление.

У Джин взял стоявший перед ним бокал. В нём было очень крепкое спиртное.

Обычно его разбавляли льдом или водой, но У Джин выпил залпом, не разбавляя.

— И завещания Ха Джина ведь никакого не нашли.

Пищевод обожгло там, где прошёл алкоголь.

— Ох. Представляю, как она обрадовалась, когда узнала, что Ха Джин погиб.

— Ты что, пьяная? Что на тебя нашло?

— А что я такого сказала? Что-то не то?

Тёткины речи всё больше переходили границы, и её муж попытался вмешаться, но она ничуть не унялась.

Наоборот, разошлась ещё больше.

— Все ведь думают так же, как я! Молодая ещё, муж умер, наследство — астрономическое. Вот это счастье привалило! Я бы на её месте от радости плясала.

У Джин беззвучно приподнял уголки губ.

Но глаза его не смеялись — наоборот, становились всё холоднее.

— Вот поэтому безродных и нельзя пускать в семью. Ради того чтобы выбиться в люди, они на всё готовы. Ха Джин неудачно женился. Попался охотнице за деньгами.

Не выдержав, У Джин с силой опустил бокал на стол.

Так сильно, что по стеклу пошла трещина.

После громкого стука за столом воцарилась тишина.

— Вы, похоже, крепко заблуждаетесь.

Тяжёлую тишину, которую никто не решался нарушить, У Джин нарушил с лёгкостью.

— Это отец пришёл к невестке и предложил ей выйти за брата.

После смерти Ха Джина У Джин изменился.

И дело было не только в том, что вместо Ха Джина он стал наследником, в чьих руках огромная власть внутри «Лоу».

Изменилось не только его положение, но и то, как он держался.

От него исходила какая-то непонятная властность, и даже те, кто прежде ни во что его не ставил, теперь не смели обращаться с ним запросто.

— Не невестка.

Сквозь трещину в бокале сочилось спиртное.

— Это мы первыми её использовали, ухватились за её слабое место и взяли её жизнь в заложники. И потом, вы забыли? Кто довёл невестку чуть ли не до слёз и в конце концов заставил уйти из армии?

Тогда у Су А не было никакого выбора. Её просто подхватило течением.

Тётка не нашлась, что ответить на его резкий вопрос, и отвела глаза.

— Так кто же на самом деле охотится за чужими деньгами?

Госпожа Кым Со Рён была потрясена такой резкостью сына.

Ей стало страшно: похоже, вслед за старшим сыном и младший встаёт на сторону Су А.

— У Джин, что это за тон? — одёрнула сына госпожа Кым Со Рён, пытаясь для начала спасти испорченный вечер. — Извинись.

Напряжение достигло предела — казалось, ещё чуть-чуть, и что-то лопнет.

У Джин с бесстрастным лицом пристально посмотрел на мать и вдруг ухмыльнулся.

— Прошу прощения. Я немного пьян. Как и тётя.

Но от него веяло холодом, скрыть который он не мог.

— Пойду, пока не наговорил ещё чего-нибудь.

Извинение было небрежным, но никто не посмел возразить.

Он подавил их всех.

У Джин слегка поклонился и повернулся к выходу.

— Твою мать, — грязно выругался он, выходя из столовой.

И без того паршивое настроение стало хуже некуда.

Чувствуя усталость, У Джин сам не заметил, как остановился у знакомой двери. Совсем забыв, что теперь ему нельзя входить в эту комнату.

Том 1 Глава 15 — часть 4