Пойдя на звук, она увидела в углу сада Хердина: его рвало.

Блэр поспешила к нему.

— Вы в поряд…

Но стоило ей коснуться его спины, как Хердин грубо её оттолкнул.

— Убирайся!

Хердин был вне себя и толкнул её так, что Блэр беспомощно шлёпнулась назад.

Ушибленный копчик ныл, но удивление было сильнее боли. Впервые кто-то проявлял к ней такую откровенную враждебность.

Всё это было так неожиданно, но тревога за Хердина оказалась сильнее. Поморгав, Блэр вскочила на ноги.

— Вы в порядке?

При виде упавшей Блэр взгляд Хердина на миг дрогнул, но тут же снова стал ледяным. И он повёл себя ещё резче.

— Не слышала? Я сказал: убирайся.

О почтении к принцессе он давно забыл.

Хердин угрожающе шагнул к ней и процедил:

— Если не хочешь умереть — убирайся.

В его голосе отчётливо звучала жажда убийства.

Впервые в жизни столкнувшись с такой угрозой, Блэр инстинктивно сжалась, но, взглянув ему в глаза, не смогла убежать. Нет, не захотела.

Он говорил жестокие слова, но голубые глаза на искажённом лице мальчика почему-то казались ужасно одинокими.

Вдруг ей вспомнились вчерашние слова Эсмеральды.

«Честно говоря, Хердин и правда неприветливый мальчик. У него много душевных ран, поэтому он не умеет обращаться с людьми».

И правда, Хердин, как она и сказала, был неприветлив и совсем не походил на хорошего человека, каким Блэр, солгав, его назвала.

Но…

И не плохой.

Просто мальчик, которому не под силу вынести свалившееся на него горе.

— Подождите минутку!

Блэр, пристально смотревшая на Хердина снизу вверх, о чём-то вспомнила, развернулась и вприпрыжку побежала обратно в зал. А затем, захватив свою вещь, поспешно вернулась.

Её учили, что носиться сломя голову не подобает леди, но Блэр очень спешила. Как тогда, когда бегала за кормом для кошки, появлявшейся на заднем дворе.

— Ха-а… ха-а…

Когда она вернулась в сад, Хердина нигде не было.

Поблуждав по саду, Блэр нашла его по другую сторону стены, у которой он стоял вначале. Хердин сидел, прислонившись к стене и уткнувшись лицом в колени.

Ему очень плохо?

Вспомнив, как его рвало, Блэр подумала, не стоило ли вместо этого принести лекарство, и с тревогой подошла к нему.

В тот же миг Хердин, не поднимая лица от колен, со вздохом заговорил ломким голосом подростка:

— Зачем вы снова пришли?

Досада сквозила в каждом слове, но на этот раз он изо всех сил держался учтиво.

Пока он снова её не оттолкнул, Блэр быстро вложила свою вещь ему в руку, вытянутую поверх колен.

— Вот, возьмите на время.

Только тогда Хердин поднял голову и посмотрел на то, что держал в руке. Это были меховые наушники.

— Это наушники из кроличьего меха, в них почти ничего не слышно.

Эти наушники хоть немного защитят его от перешёптываний. Сейчас зима, никто не удивится, что он в наушниках.

— А ещё они тёплые и очень мягкие.

Наушники из кроличьего меха были мягонькие. Такие приятные на ощупь, что хотелось трогать их снова и снова. Когда она их гладила, у неё поднималось настроение.

Тогда и герцогу станет лучше?

Хердин ошарашенно переводил взгляд с наушников на Блэр с сияющими глазами и уже собирался что-то сказать, как вдруг…

— Принцесса! Вы здесь?

Послышался голос фрейлины, искавшей Блэр.

Услышав приближающиеся шаги, Блэр вскочила. Если увидят, что Хердин здесь прячется, всё, ради чего он сегодня весь вечер делал вид, что ему всё нипочём, пойдёт прахом.

— Я никому не скажу о сегодняшнем.

Оставив Хердина, Блэр быстро завернула за угол и засеменила к фрейлине. Руке без наушников было непривычно пусто, но на душе было легко.

В тот день перед сном Блэр, как всегда, загадала желание.

Пусть матушка меня полюбит.

Пусть матушка и её величество императрица подружатся.

К желаниям, которые она загадывала каждый день, в этот раз она добавила ещё одно — особенное, для другого человека.

Пусть он и отнимает у меня внимание её величества…

И всё-таки пусть герцог Дельмарк будет счастлив.

* * *

— Значит, вашу первую встречу с герцогом устроила покойная императрица?

Хоть история и не имела к ней отношения, Агнес слушала Блэр внимательно и с интересом.

Блэр рассказала Агнес только о том, что накануне праздника играла с ним в карты и что Хердин был на приёме, — и всё. О том, что в тот вечер он сбежал с приёма, она умолчала.

Это было давно, и даже если сейчас кто-нибудь узнает, что в ту ночь он сбежал, никто не сможет посмеяться над нынешним Хердином.

Ведь нынешний Хердин — первый рыцарь империи и герой войны.

Но пусть тайна той ночи больше ничего не значила, ей не хотелось отдавать его раны кому-то на потеху.

— Знакомство с детства увенчалось браком — как романтично.

— Вы так думаете?

— Конечно. О таком хоть раз мечтает каждая девочка. Да ещё когда избранник — сам герцог… Хотя, конечно, завершила эту романтическую историю ваша любовь.

Блэр вопросительно посмотрела на Агнес.

— Ведь это вы сохранили это воспоминание. С новогодним празднеством наверняка связаны и другие воспоминания, а вы помните прежде всего герцога, правда?

Блэр удивлённо, медленно моргнула. Она никогда не смотрела на это с такой стороны.

Агнес с улыбкой сказала:

— Похоже, вы очень любите герцога.

Растерянно обдумав эти слова, Блэр бледно улыбнулась.

Да, она его любила. Может, как и сказала Агнес, её потянуло к нему ещё с того самого праздника.

Но теперь — нет.

Однако, будучи герцогиней, она не могла сказать незнакомому человеку, что не любит герцога. И всё же одно она могла сказать наверняка…

— Я любила то время.

Себя, так чисто любившую вас, и то время, когда это чувство ещё не было преступлением.

Агнес с ней согласилась.

— Воспоминания о счастливых мгновениях порой дают силы жить всю жизнь. Пусть и в этот новогодний праздник у вас появятся такие воспоминания.

Этот новогодний праздник Блэр уже однажды пережила.

Кстати, а что случилось на новогоднем празднестве в этом году?

Перебирая воспоминания, Блэр замерла.

Только теперь она вспомнила, что до возвращения в прошлое в этот самый праздник случилось несчастье.

* * *

В ту ночь Блэр, касаясь губ кончиками пальцев, расхаживала по комнате. Причиной были внезапно всплывшие воспоминания о новогоднем празднестве до возвращения.

До возвращения в этот самый праздник случилось несчастье.

В императорские охотничьи угодья, куда главы родов и хозяйки домов отправились добывать дичь для жертвоприношения, нагрянул магический зверь.

Блэр не вспомнила об этом сразу, потому что в тот день простудилась и не была на празднестве.

Обо всём она узнала лишь на следующее утро, когда спал жар, — от Лины.

Бывший там Хердин убил магического зверя, и благодаря ему, хотя несколько человек были ранены, никто не погиб. Хердин вернулся весь в крови зверя, но сам не пострадал.

Что же делать?..

Если всё пойдёт так же, как в прошлом, обойдётся без больших бед, но что, если из-за её вмешательства, которое уже случилось, всё пойдёт иначе? Или, наоборот, она попытается предотвратить беду и всё испортит?

Бесчисленные варианты роились у Блэр в голове. Как правильно, она не знала.

А главное, рассказать о будущем она не решалась потому, что ей было нечем объяснить, откуда она это знает.

Разве что признаться, что вернулась в прошлое.

Поверит ли Хердин в такую нелепицу — что она вернулась в прошлое?

Но ведь в истории с Линой он мне поверил.

Ни о чём не спрашивая и не выясняя, он заступился за неё и наказал служанок.

Значит, может быть, поверит и на этот раз? Хотя эта история несравнимо нелепее, чем случай с Линой.

Но даже если не поверит, сказать нужно.

Обычно лучше знать о грядущем и принять меры, чем не знать вовсе.

Хердин, должно быть, уже вернулся домой.

Долго поколебавшись, Блэр пошла к комнате Хердина. Но, сколько она ни стучала, ответа не было.

Уже спит?

Так рано он обычно не ложился, но, учитывая завтрашние дела, это было возможно.

Она раздумывала, не вернуться ли к себе, и тут…

— Что привело вас ко мне в такой час?

Обернувшись на голос, Блэр встретилась взглядом с Хердином: скрестив руки, он стоял, небрежно привалившись к стене, и наблюдал за ней. Судя по свободному ночному халату, он только что вышел из ванной.

Встретившись с его голубыми глазами, утонувшими во тьме, она почувствовала себя так, словно встретилась взглядом с хищником, выслеживающим добычу.

— Мне непременно нужно вам кое-что сказать.

Белые щёки Блэр, говорившей с весьма решительным видом, раскраснелись от холода. Хердин какое-то время смотрел на неё, а затем вошёл в комнату.

Блэр последовала за ним в спальню. Хорошо натопленный воздух согрел её озябшее тело.

Широким шагом подойдя к столу, Хердин отпил виски и обернулся к Блэр.

— Итак, что вы хотели сказать?

— Завтра в охотничьих угодьях появится магический зверь. Лучше до начала охоты осмотреть окрестности и предотвратить беду заранее.

От такого заявления Хердин нахмурился.

— Где вы это слышали?

Такой реакции она и ждала.

Немного помедлив, Блэр осторожно начала:

— Я… могу видеть будущее.

Какое-то время Хердин смотрел на Блэр, несущую несусветную чушь, а потом невольно усмехнулся. Ему вспомнились слова Руса в ту ночь несколько дней назад, когда Блэр ходила в гильдию.

Зачем она явилась среди ночи с этой нелепицей? Что она прячет за этим невинным личиком?

Кривая усмешка исчезла с губ Хердина, остался лишь ледяной взгляд.

— И я, значит, должен в это поверить.

— Знаю, звучит как несусветная чушь, но предосторожность ведь не повредит…

Блэр осеклась, увидев, что он уже стоит прямо перед ней. От его холодного напора она инстинктивно попятилась.

Хердин обхватил её за талию, отрезав путь к отступлению.

— Херд…

Она испуганно попыталась его оттолкнуть, но его губы приблизились к её губам. Так близко, что она боялась: шевельни она губами — и они соприкоснутся.

Остановившись на этом расстоянии, Хердин прошептал:

— Что ж, тогда угадайте, что я сделаю дальше.

Ледяные голубые глаза вонзились в неё, как кинжалы.

Глава 19 — Хороший человек, плохой человек