Если бы в конце первой учебной недели Зориана спросили, какие предметы, по его мнению, будут даваться ему труднее всего, он назвал бы магические формулы и высшую математику. Возможно, ещё боевую магию. Но теперь, две недели спустя, он мог уверенно ответить: защитные чары.

Обереговое дело — искусство защищать что-либо магией — оказалось на удивление сложной наукой. Приходилось учитывать, из чего сделан защищаемый предмет, его размеры и форму, взаимодействие защитного контура с уже действующими заклинаниями… Или можно было просто наложить универсальные защитные чары и надеяться на лучшее. Правда, за такой ответ преподавательница поставила бы неудовлетворительную оценку.

И всё же эти сложности сами по себе не объясняли, почему предмет давался ему так тяжело. В магии Зориан был терпелив и методичен; раньше ему удавалось осваивать вещи и посложнее. Проблема заключалась в преподавательнице — суровой женщине с настолько короткими волосами, что ей проще было бы побриться налысо. Она совершенно не умела преподавать. Совершенно. В своём предмете она, несомненно, разбиралась превосходно, но донести знания до учеников не могла. На лекциях она опускала множество важных подробностей, по-видимому не понимая, что очевидное для неё не обязательно очевидно студентам. Назначенный ею учебник был ненамного лучше: больше походил на справочник для профессионального специалиста по защите, чем на пособие для учащихся.

Задание 6. Вам поручено построить исследовательский аванпост на источнике маны первой степени в Сарокианском нагорье. Здание должно обеспечивать проживание четырёх сотрудников одновременно. Разведчики сообщают о многочисленных стаях зимних волков и нашествии ос-бурильщиков в окрестностях. Ваш бюджет — 25 000 монет. Считайте, что вы сертифицированный специалист по защитным чарам второго круга.

При условии, что для питания защитных чар можно использовать только ману самого источника, какие чары вы сочли бы оптимальными для аванпоста? Обоснуйте выбор.

Нарисуйте приблизительный план аванпоста и объясните, как расположение помещений и форма здания влияют на эффективность защиты.

На ваш взгляд, проблему ос-бурильщиков лучше решить отпугивающими чарами или тщательным выбором строительных материалов? Обоснуйте ответ.

Предположим, вам поручено построить не один, а пять аванпостов при неизменном общем бюджете. Как изменится ваше решение? Стоит ли использовать для всех пяти одинаковые защитные контуры или предусмотреть различия? Укажите достоинства и недостатки каждого подхода.

Зориан в раздражении потёр глаза. Как вообще отвечать на такие вопросы? Он не выбрал архитектуру в качестве факультатива и даже не подозревал, что без неё будет так трудно учиться защитным чарам. Вдобавок от него ожидали знания рыночных цен на необходимые материалы. И знания того, где находятся Сарокианские нагорья. С географией у Зориана всё было неплохо, но об этом месте он прежде не слышал. Судя по зимним волкам, где-то в северных лесах.

По крайней мере, на третий вопрос он знал ответ: несомненно, защитные чары. Даже если сделать аванпост из материала, несъедобного для личинок ос-бурильщиков, насекомым ничто не помешает устроить на нём гнездо. А учитывая их территориальность, такого соседства лучше избежать. Да, «тщательный выбор материалов» позволил бы сэкономить ману, которая иначе уходила бы на отпугивающий контур, но поддержание этих чар требовало совсем немного энергии. Особенно если настроить их именно против ос-бурильщиков.

Размышления прервал девичий смешок с задних рядов. Даже не оборачиваясь, Зориан знал, что происходит: Зак снова развлекает сидящих рядом. Вот бы преподавательница сняла с него баллы за нарушение тишины — особенно во время контрольной! Но Зак пользовался её благосклонностью, поскольку единственный получал за её работы высшие оценки. Наверняка он давно закончил свою контрольную и всё ответил правильно.

И ведь это не имело никакого смысла. Первые два года Зак учился ниже среднего и был известен скорее обаянием, чем способностями к магии. Эдакая более приятная разновидность Фортова. Но в этом году он получал высшие оценки по всем предметам. Всем без исключения. Он демонстрировал знания и усердие, которых прежде за ним никто не замечал, — куда большие, чем можно приобрести за одно лето.

Как вообще можно настолько измениться за какие-то каникулы?

Через пятнадцать минут Зориан бросил карандаш на стол. Он ответил лишь на восемь вопросов из десяти и даже в этих восьми не был уверен, но другого выхода не оставалось. Придётся выделить несколько дней на самостоятельное изучение защитных чар: с каждой лекцией предмет становился всё непонятнее. В аудитории к тому времени осталась лишь Акоджа. Она сдала работу через несколько секунд после него и тоже вышла.

Разумеется, задержались они по совершенно разным причинам: Зориан пытался наскрести ещё несколько баллов, а Акоджа, как убеждённая перфекционистка, в третий раз проверяла ответы, чтобы не упустить ни одной мелочи.

— Зориан, подожди!

Он замедлил шаг, позволяя Акодже догнать себя. Порой девушка бывала невыносимой, но в целом она была хорошим человеком, и Зориан не собирался срывать на ней досаду из-за неудачной контрольной.

— Ну как, по-твоему, ты справился?

— Плохо, — врать смысла не было.

— Да, я тоже.

Зориан закатил глаза. Его и её представления о том, что значит «плохо», заметно различались.

— Неолу закончила всего за полчаса, — заметила Акоджа после короткой паузы. — Спорим, она опять наберёт максимум?

— Ако… — вздохнул Зориан.

— Знаю, все думают, что я ей завидую, но ведь это ненормально! — взволнованно прошептала Акоджа. — Я не глупая, постоянно занимаюсь и всё равно с трудом справляюсь с программой. Мы два года учились в одном классе с Неолу, и раньше она никогда не показывала таких результатов. А теперь… теперь обходит меня по каждому предмету!

— Как Зак, — подсказал Зориан.

— Именно как Зак! — подхватила она. — Они даже всё время держатся вместе: Зак, Неолу и ещё одна незнакомая мне девушка. Ведут себя так, словно у них свой собственный мир.

— Или словно они встречаются, — заметил Зориан и тут же нахмурился. — Хотя «пара» тут не подходит. Как вообще называются романтические отношения между тремя людьми?

— Да какая разница! — фыркнула Акоджа. — Главное, эти трое только и делают, что валяют дурака и доводят преподавателей, а оценки всё равно получают идеальные. Они даже отказались от перевода в группы первого уровня! Представляешь?

— Ты слишком зацикливаешься, — предупредил Зориан.

— Тебе совсем не интересно, как они это делают?

— Конечно, интересно, — фыркнул Зориан. — Трудно не заинтересоваться. Но что я могу поделать? К тому же Зак мне ничего плохого не сделал. Не хочу создавать ему неприятности лишь потому, что в нём вдруг проснулся гений.

Неожиданно к ним присоединился Бенисек — просто вынырнул из-за угла и пошёл рядом. Иногда Зориан подозревал, что этот полноватый парень способен учуять сплетню по запаху.

— Я тебя понимаю, — сказал Бенисек. — Всегда считал Зака ни на что не годным. Ну, вроде меня.

— Ха! — отозвался Зориан. — Невозможно за одно лето так подтянуться по всем предметам. Похоже, он всё это время водил нас за нос.

— Да это же глупость какая-то! — сказал Бенисек. — Будь я настолько хорош, об этом бы все знали.

— Не думаю, что он два года подряд притворялся неумехой, — возразила Акоджа. — Хоть раз да прокололся бы.

— А тогда что остаётся? — спросил Зориан. Он воздержался от перечисления редких магических способов добиться подобного скачка в способностях: большинство из них считались преступными, да и академия наверняка проверила бы, не подменили ли Зака оборотнем и не вселился ли в него призрак давно умершего мага.

— Может, он знает вопросы заранее, — предположила Акоджа.

— Разве что он пророк, — отозвался Бенисек. — Во вторник, когда ты пораньше ушла домой, Буул устроила ему устный экзамен. Он отвечал так, словно учебник проглотил.

Разговор оборвался, когда все трое вошли в аудиторию алхимии — скорее просторную мастерскую, чем обычный класс. Здесь стояло около двадцати столов, заставленных сосудами и всевозможным оборудованием. Ингредиенты к сегодняшнему занятию уже разложили по местам, хотя некоторые ещё предстояло подготовить. Вряд ли, например, они собирались бросать живых пещерных сверчков прямо в кипящий раствор.

Алхимия, как и защитные чары, была сложным искусством, но преподавательница отлично знала свой предмет и умела объяснять, поэтому у Зориана с ним проблем не возникало. Из-за нехватки столов учащихся распределяли по двое-трое; Зориан неизменно работал в паре с Бенисеком, что на практике означало работать одному. Единственной трудностью было заставить напарника замолчать и не отвлекать его.

— Слушай, Зориан, — не слишком тихо прошептал Бенисек. — Никогда раньше не замечал, какая у нас преподавательница красотка!

Зориан стиснул зубы. Проклятый болван. Он и ради спасения собственной жизни не сумел бы говорить потише. Преподавательница наверняка услышала.

— Бенисек, — прошептал Зориан. — Мне нужны хорошие оценки по алхимии, чтобы после выпуска получить работу, о которой я мечтаю. Если ты мне всё испортишь, я больше никогда с тобой не заговорю.

Бенисек недовольно пробурчал что-то и снова уставился на преподавательницу. Зориан вернулся к работе: для клея, который им предстояло изготовить, нужно было растереть в тонкий порошок панцири ос-бурильщиков.

Впрочем, стоило признать, что Азлин Маривоски действительно удивительно хорошо выглядела для женщины пятидесяти лет. Вероятно, благодаря какой-нибудь косметической процедуре — всё-таки она преподавала алхимию. Возможно, даже настоящему эликсиру молодости, хотя такие зелья были редкостью и почти всегда имели те или иные изъяны.

— Не понимаю, что тебе так нравится в этом предмете, — буркнул Бенисек. — Не уверен даже, что его можно назвать магией. Мана здесь вообще не нужна. То травы ищи, то корешки правильно режь… Будто готовка какая-то. Мы клей делаем, ты представляешь? Пусть девчонки таким занимаются.

— Бенисек…

— Но это же правда! — возмутился Бенисек. — Даже преподавательница у нас женщина. Красивая, конечно, но всё-таки. Я читал, что алхимия зародилась в ведьмовских ковенах, где варили всякие зелья. И до сих пор лучшие семьи алхимиков происходят от ведьм. Спорим, ты этого не знал?

Ещё как знал. До поступления в академию его обучала алхимии самая настоящая ведьма, притом настолько верная традициям, что презрительно фыркала при слове «алхимия» и называла своё ремесло исключительно «зельеварением».

Но о подобных вещах по множеству причин лучше было не распространяться.

— Если ты сейчас же не заткнёшься, больше не позволю тебе работать со мной в паре, — совершенно серьёзно сказал Зориан.

— Эй! — запротестовал Бенисек. — Кто тогда мне поможет? Я в этом не разбираюсь!

— Не знаю, — безмятежно ответил Зориан. — Может, найдёшь себе какую-нибудь девчонку.

К счастью, преподавательница была слишком занята очередным шедевром Зака, чтобы следить за их столом. Каким-то образом он ухитрился сварить из выданных ингредиентов усиливающее зелье — и, судя по реакции Азлин, это было весьма впечатляющее достижение. Её, похоже, совсем не смущало, что Зак проигнорировал задание изготовить магический клей и занялся чем-то своим.

Зориан покачал головой и постарался сосредоточиться. Интересно, как отреагировала бы преподавательница, проделай он нечто подобное? Тоже восхитилась бы или обвинила в желании покрасоваться? Несколько раз Зориан пытался удивить учителей, но слышал в ответ лишь наставления о необходимости закреплять основы и не зазнаваться: высокомерие до добра не доводит. Дело в том, что Зак — наследник благородного дома Новеда? Или причина в чём-то другом?

В такие моменты Зориан хорошо понимал Акоджу.

* * *

— На этом сегодняшний урок закончен, — объявила Ильза. — Но прежде чем вы уйдёте, у меня есть сообщение. Как некоторым из вас известно, накануне летнего фестиваля академия по традиции устраивает танцевальный вечер. Этот год не исключение: вечер состоится в следующую субботу в парадном зале. И для тех, кто ещё не слышал, уточню: в этом году присутствие обязательно.

Зориан застонал и стукнулся лбом о парту. По классу прокатились смешки. Ильза демонстративно не обратила внимания на его реакцию.

— Для тех, кто не умеет танцевать, каждый вечер в восемь часов будут проводиться занятия в шестой аудитории. Те, кто умеет, всё равно обязаны посетить хотя бы одно занятие и подтвердить свои навыки. Не позволю вам опозорить меня на танцевальном вечере. Все свободны. Мисс Строуз, мистер Казински — задержитесь, пожалуйста.

— Ну прекрасно, — пробормотал Зориан. Пожалуй, не стоило столь бурно реагировать на объявление. В действительности он собирался пропустить вечер, невзирая ни на какую обязательность. Догадалась ли Ильза? Нет, по её манере держаться неодобрения не чувствовалось, а если бы она распознала его намерения, то наверняка разозлилась бы.

— Что же… — начала Ильза, когда все остальные студенты вышли. — Полагаю, вы оба умеете танцевать?

— Конечно, — ответил Зориан.

— Эмм… — поёжилась Акоджа. — Не очень хорошо.

— Ничего страшного, — сказала Ильза. — Пробелы в твоих навыках мы без труда устраним. Я попросила вас остаться потому, что мне понадобится помощь с уроками танцев.

Зориан уже подумывал отказаться: тратить на это время ему совершенно не хотелось. Но услуга могла пригодиться, если однажды потребуется, чтобы Ильза простила ему какой-нибудь проступок. Например, отсутствие на обязательном танцевальном вечере. Он как раз собирался неохотно согласиться, когда Акоджа ответила за него.

— Чем мы можем помочь? — спросила она, явно польщённая оказанной «честью». Зориан удивлённо приподнял бровь: с каких пор Акоджа решает за него? Впрочем, пока он решил промолчать.

— У нас всего пять дней, чтобы научить всех танцевать, — пояснила Ильза. — Поэтому придётся прибегнуть к магии.

— Заклинания анимации, — догадался Зориан.

— Да, — подтвердила Ильза и пояснила для Акоджи: — Существуют чары, которые заставляют руки, ноги и всё тело человека двигаться в соответствии с определённым танцем. Разумеется, они не заменяют настоящего умения, но если учиться танцевать под их воздействием, дело пойдёт гораздо быстрее.

— Как это действует? — спросила заинтересованная Акоджа.

— Заклинание дёргает тебя, словно марионетку на ниточках, пока ты не научишься двигаться вместе с ним, — пояснил Зориан. — Хотя бы ради того, чтобы прекратить эти рывки. В конце концов ты привыкаешь к движениям настолько, что чары уже не нужны.

— Вижу, ты уже испытал этот метод на себе, — улыбнулась Ильза.

Зориан едва удержался от гримасы. В детстве Дэймен применил к нему такие чары, и воспоминание об этом до сих пор оставалось одним из самых неприятных. Ничего забавного в той истории не было.

— Искренне надеюсь, вы дадите ученикам право отказаться, — сказал он.

— Разумеется, — заверила Ильза. — Но отказавшимся от этого способа придётся посетить как минимум три занятия вместо одного, так что большинство, думаю, предпочтёт магию. В любом случае я хочу, чтобы вы помогали мне накладывать чары во время уроков. Скорее всего, их придётся часто развеивать и накладывать заново; лишняя помощь не повредит.

— А почему вы выбрали нас? — спросил Зориан.

— Вы оба неплохо управляете маной и достаточно ответственны, чтобы доверить вам такое заклинание. Анимационные чары, воздействующие на человека, относятся к закрытым материалам. Обычно студентам их не преподают.

Любопытно. Как же тогда Дэймен раздобыл эти чары? Да ещё на втором курсе?

Впрочем, неважно. Теперь Зориану будет легче противостоять этому заклинанию, если его снова попытаются применить к нему.

— Ещё вопросы? Нет? Отлично. После последнего урока приходите ко мне в кабинет: я подготовлю манекены для тренировки, прежде чем вы попробуете накладывать чары на людей. При неумелом обращении ощущения от них бывают крайне неприятными. Мы же не хотим никого травмировать.

Зориан прищурился. Неужели Дэймен… Нет, даже он бы не стал… Да кого он обманывает? Конечно, стал бы. Испытывать подобное заклинание на собственном младшем брате — вполне в его духе.

— Мисс Строуз, можете быть свободны — мне нужно кое-что обсудить с мистером Казински.

Зориан покачал головой, выгоняя посторонние мысли, и сфокусировался на Ильзе — она заговорила, как только Акоджа вышла из класса.

— Итак, Зориан, — с лёгкой улыбкой начала она. — Как тебе работается с куратором?

— Он заставляет меня выполнять три базовых упражнения, — бесцветным голосом ответил Зориан. — До сих пор занимаемся левитацией.

Да, даже спустя четыре недели Ксвим по-прежнему заставлял его поднимать карандаш снова и снова. «Начните сначала. Начните сначала. Начните сначала». Единственное, чему научился Зориан за эти занятия, — уворачиваться от стеклянных шариков, которыми Ксвим постоянно в него швырялся. У мерзавца, похоже, имелся неисчерпаемый запас этих шариков.

— Да, профессор Ксвим предпочитает закрепить основы, и только потом переходить к сложным вещам, — кивнула Ильза.

Или он ненавидит студентов. По мнению Зориана, второе куда вероятнее.

— Я хотела сказать, что скоро у тебя может появиться возможность сменить куратора, — сообщила Ильза. — Один мой подопечный после летнего фестиваля оставит учёбу, и у меня освободится место. Если не случится ничего непредвиденного, я почти наверняка выберу тебя. Конечно, если перевод тебе ещё интересен.

— Ещё как интересен! — почти выкрикнул Зориан, рассмешив Ильзу. Затем он нахмурился. — Только скажите: вы тоже собираетесь швырять в меня стеклянные шарики? Или это стандартный метод обучения?

— Нет, — рассмеялась Ильза. — В этом смысле Ксвим неповторим. Ну что ж, я лишь хотела узнать, как ты к этому относишься, прежде чем предпринимать какие-либо шаги. Хорошего дня.

Лишь выйдя из аудитории, Зориан осознал, насколько это осложняет его планы пропустить танцевальный вечер. Ему никак нельзя злить будущего куратора: иначе останется с Ксвимом до самого выпуска.

Что ж, ловко сыграно, профессор. Очень ловко.

* * *

— Почему бы нам просто не накладывать на себя эти чары, когда начнутся танцы?

Зориан тяжело вздохнул.

— Для такого заклинания нужно самому уметь делать то, что заставляешь делать другого. Если вы не умеете танцевать, то и заклинание не научите. Кроме того, как вы собираетесь прервать его действие, когда танец закончится, если не сможете по собственной воле пошевелить руками? Такие чары вообще не стоит накладывать на себя.

В этой затее было столько изъянов, что Зориану трудно было даже перечислить их все. Эти люди хоть иногда думают, прежде чем что-то спрашивать?

— И сколько танцев нужно разучить?

— Десять, — ответил Зориан, готовясь к возмущённым выкрикам.

Ожидаемое возмущение не заставило себя ждать. К счастью, тут вмешалась Ильза: велела всем разбиться на пары и разойтись по просторной комнате, чтобы хватило места. Зориан уже чувствовал приближение головной боли и проклинал себя за то, что позволил втянуть себя в эту историю. Пусть шестая аудитория и была довольно просторной, людей собралось много, а исходящее от них невидимое давление сегодня ощущалось особенно сильно.

— Ты в порядке? — спросил Бенисек, кладя руку ему на плечо.

— Всё нормально, — ответил Зориан, убирая чужую руку со своего плеча. Прикосновения ему не нравились. — Просто немного болит голова. Тебе что-то нужно?

— Да нет. Просто стоишь тут один в уголке, я подумал, тебе компания не помешает, — сказал Бенисек. Зориан не стал объяснять, что нарочно держится в стороне, пока не понадобится помощь. Бенисек не из тех людей, кому понятна потребность хоть немного побыть одному. — Кстати, с кем ты идёшь на танцевальный вечер?

Зориан сдержал стон. Разумеется, Бенисеку непременно нужно было обсудить именно это.

О романтических отношениях Зориан задумывался нечасто. Шансы, что какая-нибудь одноклассница согласится с ним встречаться, были ничтожны. Во-первых, о такой связи сразу узнали бы все вокруг, и мало какие отношения выдержали бы нескончаемые поддёвки. Во-вторых — и это, пожалуй, было важнее, — девочкам-подросткам нравились парни постарше. Встречаться с молодым человеком на два-три года старше себя считалось едва ли не признаком статуса; ровесников же девушки дружно называли грубыми и незрелыми. Когда они учились на первом курсе, все девочки мечтали о третьекурсниках. Теперь они сами стали третьекурсницами — и мечтали уже о выпускниках, поступивших в ученики к мастерам. А поскольку желающих старших парней тоже хватало, рассчитывать Зориану было не на что.

С девушками, не учившимися в его классе, дело обстояло ещё хуже. Для большинства он был не Зорианом Казински, а «младшим братом Дэймена и Фортова Казински». Девушки заранее представляли, каким он должен быть, а когда выяснялось, что настоящий Зориан совсем не соответствует этим ожиданиям, неизменно разочаровывались.

Да и вся эта романтика… Ну…

— Так кого? — поторопил Бенисек.

— Я не иду, — сказал Зориан.

— Что значит — ты не идёшь? — осторожно спросил Бенисек.

— То и значит, — ответил Зориан. — Я пропущу весь этот танцевальный вечер. Видишь ли, со мной произойдёт небольшой несчастный случай во время алхимического опыта, и мне придётся провести вечер в комнате.

Оправдание, конечно, банальное, но сойдёт. Зориан уже нашёл рецепт весьма капризного зелья, которое должно делать человека общительнее и раскованнее. То, что он захотел бы изготовить такое средство, никого бы не удивило. Если приготовить его неправильно, человек серьёзно заболеет, хотя и не умрёт. Если всё продумать, происшествие сойдёт за честную ошибку, а не попытку увильнуть от танцев.

— Да брось! — возмутился Бенисек. Зориану пришлось ущипнуть его, чтобы тот заговорил тише. Ещё не хватало, чтобы Ильза подслушала. — Это же летний фестиваль! Особенный летний фестиваль, со всем этим… параллельным… ну, этим самым…

— Сопряжением планов, — подсказал Зориан.

— Неважно. Главное — ты обязан прийти. Там будут все, кто хоть что-то собой представляет!

— Я никто.

Бенисек вздохнул.

— Нет, Зориан, это неправда. Послушай, мы оба из торговых семей, верно?

— Мне уже не нравится, к чему ты клонишь, — предупредил Зориан.

— Я знаю, тебе это не нравится, но…

— Стоп. Хватит уже.

— …ты обязан достойно представлять свою семью. Твоё поведение отражается на её репутации, понимаешь?

— С моим поведением всё в порядке! — рявкнул Зориан. Он заметил, что на них оглядываются, но сейчас ему было плевать. — Ходи на какие хочешь приёмы, только меня не впутывай. Я никто. Третий сын в мелкой купеческой семье из захолустья. Всем здесь насрать на меня. Они даже не знают, кто я такой. И меня это полностью устраивает!

— Ладно, ладно! — Бенисек замахал руками. — Слушай, ты сам уже устраиваешь сцену…

— Да плевать, — фыркнул Зориан. — Просто отстань от меня.

Какая наглость! Уж кому и следовало задуматься о том, какое впечатление он производит, так это Бенисеку. Этот безответственный нахлебник давно угодил бы в группу третьего уровня, если бы Зориан постоянно ему не помогал. И вот как тот отплачивает за помощь? Зачем он вообще с ним водится?

Зориан фыркнул, пытаясь успокоиться. Проклятый летний фестиваль, проклятые танцы. Забавно, что, в отличие от большинства людей, ненавидевших подобные мероприятия, он совсем не был в них беспомощен. Он умел танцевать, вести себя за столом и поддерживать светскую беседу. Пришлось научиться: родители часто брали его с собой на приёмы и внимательно следили, чтобы он не опозорил семью.

Но Зориан терпеть этого не мог. Даже слов не хватало, чтобы выразить, насколько ему претили такие сборища. Почему его должны заставлять участвовать в том, что он ненавидит, если академия вообще не имеет права от него этого требовать?

Нет. Не имеет. Ни малейшего права.

* * *

Зориан нерешительно постучал в дверь кабинета Ильзы, недоумевая, зачем та его вызвала. Неужели она всё-таки…

— Войдите.

Зориан заглянул внутрь, и Ильза тут же велела ему присесть. Сама она спокойно сидела за столом, потягивая что-то из чашки. Вероятно, чай. С виду она была невозмутима, но в её позе Зориан различил едва заметное неодобрение. Хм…

— Итак, Зориан, — начала Ильза. — На моих занятиях ты показываешь очень хорошие результаты.

— Э-э… Спасибо, профессор, — осторожно ответил Зориан. — Я стараюсь.

— Более того, тебя можно назвать одним из лучших учеников в группе. Учеником, которого я собираюсь взять под своё руководство после того, как вся эта суета с фестивалем уляжется. Примером для остальных и, наравне с мисс Строуз, представителем всего класса.

Ох, дело плохо.

— Я не…

— Кстати, ты ведь с нетерпением ждёшь субботнего танцевального вечера? — спросила Ильза, словно внезапно сменив тему.

— Конечно, — без запинки солгал Зориан. — Должно быть очень весело.

— Вот и прекрасно, — довольно сказала Ильза. — А то до меня дошли слухи, будто ты собираешься бойкотировать вечер. Признаться, это меня расстроило. Кажется, я совершенно ясно сказала, что присутствие обязательно.

Запомнить: придумать для Бенисека какую-нибудь кошмарную месть. Например, заклинание, от которого язык будет гореть огнём. Или нечто, вызывающее острую боль в паху…

— Всего лишь грязные сплетни, профессор, — уверенно сказал Зориан. — Я бы никогда не стал намеренно пропускать торжество. Если у меня не получится…

— Зориан, — оборвала его Ильза.

— Профессор, почему вообще так важно, чтобы я там был? — спросил Зориан, не сумев до конца скрыть раздражение в голосе. Он прекрасно понимал, что срываться на преподавательницу — плохая идея, но весь этот разговор приводил его в бешенство. — У меня, между прочим, есть медицинская проблема. От толпы у меня болит голова.

— И у меня от них голова болит, если тебе от этого легче, — фыркнула Ильза. — Могу дать зелье. Видишь ли, я одна из организаторов вечера, и если слишком много студентов не придут, это плохо отразится на моей служебной репутации. Особенно если среди отсутствующих окажется кто-нибудь столь заметный, как ты.

— Выдающийся? Я? Я просто обычный студент!

— Ты далеко не такой обычный, каким себя считаешь, — возразила Ильза. — Чтобы добиться твоих результатов, нужны незаурядные ум и целеустремлённость. Особенно тому, кто, как ты, вырос не в магической семье и не был с детства окружён магией. На таких, как ты, обращают внимание. И потом, ты младший брат Дэймена. Мы оба знаем, насколько он знаменит.

Губы Зориана сжались в тонкую линию. Он был уверен: всё дело именно в последнем. Остальные доводы — лишь отговорки и попытки его задобрить. Даже с другого континента Дэймен продолжал заслонять его своей тенью.

— Ты не любишь, когда вас сравнивают, — отметила она.

— Нет, — резко ответил он.

— Почему? — полюбопытствовала Ильза.

Зориан уже собирался уклониться от вопроса — семья была для него болезненной темой, — но неожиданно решил ответить честно. Может, ничего от этого и не изменится, зато он наконец выговорится.

— Всё, что я делаю, сравнивают с Дэйменом и, в меньшей степени, с Фортовом. Так было с детства, ещё до того, как Дэймен прославился. Родители никогда не скрывали, кому отдают предпочтение, а поскольку для них важнее всего были успехи в обществе, я неизменно оказывался хуже братьев. Замкнутый книжный червь нашей семье был не нужен, и за эти годы мне ясно дали это понять. До недавнего времени меня почти не замечали — обращались скорее как с нянькой для младшей сестры, чем как с сыном.

— Но недавно что-то изменилось и на тебя обратили внимание? — предположила Ильза.

— Изменился Фортов, — прорычал Зориан. — Провалил несколько экзаменов, и отцу пришлось вытаскивать его с помощью связей. Да и вообще он оказался человеком ненадёжным. А ведь ему предназначалась роль запасного наследника семейного дела — на случай, если Дэймен погибнет в одной из своих авантюр. Теперь меня вдруг достали из чулана и принялись готовить на его место.

— А тебе не хочется становиться запасным наследником? — уточнила Ильза.

— Я вообще не хочу участвовать в делах семьи Казински. Я не часть этой семьи. Никогда ею не был. В лучшем случае — какой-то дальний союзник. Я благодарен им за еду и за оплату моей учёбы и готов возместить расходы, когда начну зарабатывать. Но требовать от меня большего они не имеют права. Даже слушать об этом не желаю. У меня собственная жизнь и собственные планы, и в них нет места ни роли вечного второго номера при старшем брате, ни бесконечным пустым приёмам, на которых все только и делают, что подлизываются друг к другу.

Он оборвал себя: ещё немного — и разозлится сильнее. К тому же вряд ли Ильза действительно его понимает. Большинство людей считали, что он просто драматизирует отношения с родителями. Им-то не приходилось жить под одной с ними крышей.

Поняв, что продолжения не будет, Ильза откинулась на спинку кресла и глубоко вздохнула.

— Я тебе сочувствую, Зориан, но, боюсь, таких сравнений не избежать. Если это тебя хоть немного утешит, из тебя самого получается очень хороший маг. Не каждому суждено быть вундеркиндом вроде Дэймена.

— Да, — коротко ответил Зориан, не поднимая глаз.

Ильза вздохнула и провела рукой по волосам.

— Ты заставляешь меня чувствовать себя злодейкой. Но если отвлечься от семейных проблем, что тебя так раздражает? Это же праздник. Я думала, подростки любят вечеринки. Боишься не найти пару? Пригласи какую-нибудь первокурсницу — она будет в восторге. Первокурсникам вообще нельзя приходить без приглашения старших.

Зориан тоже вздохнул. Ему не требовался совет о том, как найти спутницу: стоило лишь назвать фамилию, и какая-нибудь впечатлительная хихикающая первокурсница согласилась бы провести с ним вечер. Он искал способ не приходить. Ильза, похоже, помогать в этом не собиралась.

— Я никого приглашать не буду, — сказал Зориан, поднимаясь. — Прийти на вечер вы меня, возможно, и заставите, но приглашать спутницу никто не обязывает. Хорошего дня.

К его удивлению, Ильза не стала возражать. Возможно, вся эта история с танцами окажется не такой уж мучительной.

* * *

Зориан устало брёл по коридорам общежития, не особенно торопясь в свою комнату. На выходные преподаватели не задали ничего существенного, понимая, что перед фестивалем у студентов будут другие заботы. Обычно столько свободного времени стало бы для Зориана настоящим подарком, но одна мысль о завтрашнем вечере отбивала охоту и развлекаться, и заниматься чем-нибудь полезным. Так что, добравшись до комнаты, он намеревался немедленно лечь спать.

Войдя в жилой корпус, Зориан заметил, что кто-то уже настроился на праздничный лад: стены коридора пестрели яркими пятнами жёлтого, зелёного и красного.

— Зориан! Ты-то мне и нужен!

Зориан вздрогнул от громкого возгласа за спиной и резко повернулся. Перед ним стоял ухмыляющийся идиот. Зориан нахмурился.

— Что тебе надо, Фортов?

— Что, я уже и младшего брата навестить не могу? — возмутился Фортов. — Или ты теперь слишком важный, чтобы со старшим братом общаться?

— Брось, Фортов. Ты никогда не заходишь просто поболтать. Какая помощь тебе опять понадобилась?

— Это совсем не так, — надулся Фортов. — Ты ведь мой любимый брат, знаешь?

Зориан пару секунд бесстрастно смотрел на него.

— Дэймена здесь нет, так что сойдёт и Зориан, да?

— Дэймен — козёл, — огрызнулся Фортов. — С тех пор как прославился, у него вечно нет времени помочь младшему брату. Клянусь, он думает только о себе.

— Вот уж кто бы говорил, — пробормотал Зориан.

— Что? Не расслышал.

— Ничего, ничего, — отмахнулся Зориан. — Так в какую передрягу ты на этот раз угодил?

— Э-э… Я тут, кажется, пообещал одной знакомой приготовить зелье от сыпи, — смущённо признался Фортов.

— Зелья от сыпи не бывает, — фыркнул Зориан. — Есть мазь от сыпи. Её наносят на поражённую кожу, а не пьют, как зелье. Лишнее доказательство, что в алхимии ты полный болван. О чём ты вообще думал, когда это обещал?

— Я случайно толкнул её в заросли пурпурного плюща на занятии по выживанию в дикой природе, — признался Фортов. — Пожалуйста, помоги мне! Я за это найду тебе девушку!

— Не нужна мне девушка! — огрызнулся Зориан. Особенно такая, какую подберёт Фортов. — Слушай, зачем ты вообще пришёл ко мне? Сходи в аптеку и купи мазь.

— Вечер пятницы. Все магазины закрылись, готовятся к завтрашнему празднику.

— Что ж, очень жаль, но я тоже не могу тебе помочь, — ответил Зориан. — Первые два года нас учили теории и технике безопасности, а третий курс только начался. На занятиях мы пока почти не занимались серьёзной алхимией.

Правда до последнего слова — и одновременно наглая ложь. На занятиях Зориан действительно делал не так много, зато немало изучал самостоятельно. Приготовить средство от сыпи после пурпурного плюща ему было бы нетрудно. Но ради чего тратить свои дорогостоящие ингредиенты?

— Да ладно тебе! Ты на трёх языках говоришь, все эти дурацкие упражнения с маной освоил — и не можешь приготовить такую простую вещь? Чем ты вообще занимаешься, когда целыми днями сидишь у себя в комнате?

— Нашёлся кому говорить! — возмутился Зориан. — Ты на год старше меня. Сам вполне должен это уметь.

— Ты же знаешь, алхимия никогда меня не интересовала. Слишком кропотливое и скучное занятие, — Фортов пренебрежительно махнул рукой. — Я и овощной суп не могу сварить, не перепортив матери всю посуду. Ты правда хочешь подпускать меня к алхимическому оборудованию?

Что ж, с этим доводом трудно было поспорить…

— Я устал, — сказал Зориан. — Сделаю мазь завтра.

— Ты с ума сошёл?! Завтра будет поздно!

— Да брось! — раздражённо сказал Зориан. — От какой-то сыпи она ведь не умрёт!

— Зориан, пожалуйста! Я знаю, тебе до таких вещей дела нет, но она влюблена в одного парня и…

Зориан застонал и перестал слушать. Всё, теперь серьёзность этой «чрезвычайной ситуации» была ему понятна.

— …а если сыпь не пройдёт, она не сможет пойти на танцы и никогда меня не простит! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…

— Хватит.

— …пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…

— Я сказал — хватит! Ладно, сделаю! Приготовлю эту чёртову мазь, но ты будешь мне очень должен, слышишь?

— Ага! — радостно отозвался Фортов. — Сколько тебе понадобится времени?

— Встретимся у фонтана часа через три, — вздохнул Зориан.

Он проводил взглядом убегающего Фортова. Тот наверняка торопился, пока брат не передумал или не выдвинул конкретных требований в обмен на услугу. Зориан покачал головой и вернулся в комнату за алхимическими реагентами. В академии имелась мастерская, доступная студентам для личных опытов, но ингредиенты следовало приносить свои. К счастью, всё необходимое для этой мази у него было.

В мастерской он оказался совершенно один — ничего удивительного. Все готовились к завтрашнему танцевальному вечеру, и вряд ли кому-то пришло бы в голову упражняться в алхимии накануне праздника. Не обращая внимания на непривычную тишину, Зориан разложил реагенты на столе и принялся за работу.

По иронии судьбы главным ингредиентом мази служило то самое растение, из-за которого всё и началось: пурпурный плющ. Вернее, его листья. Зориан заранее высушил их на солнце, и теперь оставалось измельчить в порошок.

Обычно это была самая неприятная часть приготовления. Если просто растолочь листья пестиком в обычной ступке, они поднимают в воздух облако раздражающей пыли. Во всех прочитанных учебниках предлагались замысловатые способы избежать этого, как правило требовавшие дорогостоящего оборудования. Но Зориан придумал решение попроще: завернул листья в слегка влажную ткань, поверх обернул кожей и колотил по получившемуся свёртку, пока не перестал ощущать сопротивление. Мельчайшая раздражающая пыль должна была пристать к ткани, а кусочки листьев — остаться внутри.

Смешав листовой порошок с десятью каплями мёда и ложкой сока ягод облии, он поставил смесь на слабый огонь и помешивал, пока цвет и консистенция не стали равномерными. После этого снял миску с огня и сел ждать, когда мазь остынет.

— Впечатляющая работа, — раздался за его спиной довольно женственный голос. — Хорошо придумано с листьями плюща. Надо будет запомнить этот приём.

Зориан узнал голос. Несмотря на ходившие слухи, Каэл был парнем. Зориан повернулся к морлоку, на миг задержав взгляд на белоснежных волосах и пронзительных голубых глазах, а потом вернулся к мытью использованной посуды. Ещё не хватало лишиться доступа к мастерской из-за того, что он не убрал за собой.

Он не сразу нашёлся с ответом, пока Каэл профессиональным взглядом разглядывал мазь. Этот парень был для него загадкой: он лишь недавно перевёлся в их группу неизвестно откуда и вообще не отличался разговорчивостью. Да и потом, он был морлоком. Давно Каэл стоит здесь и наблюдает? Увы, когда Зориан увлекался работой, он часто совершенно забывал об окружающем.

— Ничего особенного, — наконец сказал он. — А вот твоя работа действительно впечатляет. У меня такое чувство, что в алхимии ты на совершенно ином уровне, чем все мы. Даже Зак далеко не всегда может с тобой сравниться, хотя в последнее время ему удаётся всё подряд.

Беловолосый парень слегка улыбнулся.

— Заку не хватает подлинной увлечённости предметом. Алхимия требует мастерского чутья и огромного терпения. Сколько бы он ни знал, нужного склада ума у него нет. А у тебя есть. Если бы ты практиковался столько же, сколько, похоже, практиковался Зак, то наверняка его превзошёл бы.

— Значит, ты тоже считаешь, что у него был опыт раньше? — спросил Зориан.

— Я знаю его хуже, чем ты и другие ваши одноклассники: я лишь недавно присоединился к вашей группе. И всё же за несколько месяцев невозможно стать настолько искусным в алхимии. Он работает с уверенностью человека, который занимается ею уже много лет.

— Как ты? — предположил Зориан.

— Как я, — подтвердил Каэл. — Не хочу показаться невежливым, но ты уже закончил? Я тоже собирался сегодня кое-что приготовить.

Зориан извинился, что задержал его; морлок отмахнулся, давая понять, что ничего страшного не произошло, и они попрощались.

По дороге Зориан подумал, что стоило заодно сварить для себя сонное зелье. Этой ночью ему необходимо было как следует выспаться: завтра такой возможности наверняка не представится.

Глава 3 — Горькая правда