В его взгляде горел незнакомый жар, какого она прежде никогда не видела.

Твёрдость, упорство, жажда — уверенность человека, который, если чего-то захочет, непременно этого добьётся.

Рой смотрела на Франца как на незнакомца.

Выходит, у поместья снова сменится хозяин?

С герцога Гермонта… опять на Франца?

— Я… м-м.

Рой хотела что-то сказать, но у неё вдруг закружилась голова, и она пошатнулась.

— Рой? Что с тобой?

Франц тут же поддержал её за плечи — и вздрогнул: едва коснувшись её, он почувствовал, что она вся горит.

— Да у тебя сильный жар. Тебе плохо?

— Ещё недавно всё было хорошо…

Сознание мутилось. Сквозь зубы вырывалось горячее дыхание.

Жар, расползавшийся откуда-то из самой глубины тела, отнимал силы. Будто она опьянела.

Чувства понемногу притуплялись, но почему-то тепло на плече, там, где лежала рука Франца, ощущалось совершенно отчётливо.

Да что же это со мной?

Стоило ей осознать этот жар, как чувства обострились ещё сильнее, а голову повело.

Я ведь даже не пила, откуда же такой жар…

И тут она вспомнила шампанское, которое недавно протянула ей одна из юных леди. И то, как вокруг зашептались, когда она выпила его залпом.

Неужели…

— Кажется, я выпила что-то не то…

— Что ты выпила?

— Мне дали вина, я выпила, а с ним что-то было не…

Силы оставили Рой, и она начала оседать на землю. Но у самой земли кто-то проворно её подхватил.

Её обхватили крепкие, надёжные руки. Вместе с прохладой чужого тела до неё донёсся густой запах моря.

— Рой…

Франц смотрел, не веря своим глазам.

На Рой в объятиях Витора.

— Что здесь произошло?

Витор прекрасно знал, кто перед ним, и всё же резкий упрёк сам собой, по наитию, обрушился на Франца.

Рой уткнулась лицом Витору в грудь и потеряла сознание.

* * *

Он и сам не понимал, почему при виде этой сцены ему стало так неприятно.

Витора страшно раздражало, что Рой стоял рядом с незнакомым мужчиной.

А когда он увидел, как Рой улыбается этому мужчине так, как ни разу не улыбался ему самому, в глубине души что-то вскипело.

И в тот миг, когда Витор понял, что этот мужчина — прежний хозяин поместья Элисия и наследный принц, сердце у него ухнуло вниз.

— Луизе. Очнись.

Не успел он расспросить, что тут случилось, как Рой бессильно обмяк, словно кукла с оборванными нитками.

Подхватив его в последний миг, Витор судорожно втянул воздух. Тело Роя пылало, как раскалённый уголь.

Так сильно, что жар тут же передался и Витору.

— Герцог Гермонт. Дело в том, что это не я…

Растерявшись от грозного вида Витора, Франц стал оправдываться и вспомнил слова Роя перед обмороком.

— Он сказал, что, кажется, выпил что-то не то.

— Что-то не то?

— Да. Лицо у него уже давно было красным, и выглядел он как пьяный. Похоже, кто-то подшутил с шампанским…

— Ха.

Только теперь Витор ощутил исходивший от Роя сладкий, с острой ноткой запах вина.

Такое случалось нередко. На здешних вольных южных приёмах.

Новичкам, впервые выходившим в свет, в честь посвящения подмешивали что-нибудь в вино или нарочно выставляли их на посмешище.

Витор не предупредил Роя, рассудив, что никто не посмеет выкинуть подобное, когда он сам стоит тут же, у всех на виду, — и это было ошибкой.

Чем, чёрт возьми, был занят этот паршивец Аллен?

Злость, не разбирая правых и виноватых, обращалась на всех вокруг. Особенно на Аллена, которому он на всякий случай поручил Роя.

Рой дышал всё тяжелее и дрожал. При виде этого ярость никак не желала утихать.

Но сейчас было не время давать волю характеру.

Пусть они и стояли в укромном углу, собеседник был слишком высокой особой, и взгляды к ним тянулись без конца.

— Для начала нужно уйти отсюда.

— Куда вы собираетесь?

Когда Витор подхватил Роя на руки, Франц шагнул к нему.

— Туда, где нет чужих глаз. Нужно понять, насколько всё серьёзно.

— Тогда я тоже…

— Вашему высочеству нельзя идти с нами.

Слова упали резко, как нож, и Франц сверкнул глазами. На лице Витора осталась одна лишь холодная рассудительность.

— Как бы то ни было, Луизе потерял сознание рядом с вашим высочеством. А ваше положение не позволяет вам оказаться втянутым в эту историю.

— …

Франц не нашёлся с ответом и плотно сжал губы.

Наследный принц беседовал наедине с человеком, о котором ходил слух, будто он секретарь герцога, а то и любовник. Одного этого хватило бы для пересудов.

Тем более сейчас, когда всё, что касается престолонаследия, так шатко, нельзя допустить ни малейшей оплошности.

Витор останавливал его не потому, что ему было неприятно видеть Роя рядом с принцем. Он был обязан оберегать честь и безопасность наследного принца.

Потому что он был военным Рострии.

Франц долго молчал. Но и отпускать их не спешил.

Хорошо хоть не упрямился, напрашиваясь с ними. Терпение Витора было на исходе, и он заговорил первым:

— Ваше высочество, позвольте нам удалиться.

— Идите…

Получив неохотное позволение, Витор коротко поклонился и тут же развернулся.

Но в тот же миг его снова остановил голос Франца.

— Герцог Гермонт.

Витор на мгновение замер.

— На днях я навещу поместье Элисия. Есть дело, которое я хотел бы обсудить всерьёз.

— В любое время. Буду ждать визита вашего высочества.

Ответ Витора прозвучал безупречно ровно.

Коротко попрощавшись, он ушёл, унося Роя на руках.

* * *

Тело было тяжёлым. В голове стоял туман.

Руки и ноги безвольно обмякли, во рту пересохло.

Сознание возвращалось очень медленно. Первым, что она почувствовала, было тепло.

Тяжёлое, надёжное и на удивление спокойное тепло.

Тепло, к которому можно прислониться… нет. К которому она, кажется, уже прислонилась…

— Пришли в себя?

Когда она подняла тяжёлые веки, совсем рядом раздался знакомый голос. Сквозь мутную пелену Рой с трудом его узнала.

— Ваша светлость?..

Витор с тревогой смотрел на неё сверху вниз. Плечо, к которому она всё это время прислонялась, было его.

Витор протяжно, с облегчением выдохнул.

— Слава богу.

Рой медленно повернула голову и огляделась.

Садовый лабиринт, над которым нависали густые кусты.

Свет сюда не доставал, было сумрачно, и, видно, они ушли далеко от гостей: музыка доносилась еле слышно.

— Я… потерял сознание?

— Да. Похоже, в вино, которое вы выпили, что-то подмешали.

— Ах…

От этих слов неповоротливые мысли быстро встали на место. Одно за другим вернулись воспоминания о том, что было до обморока, и Рой постепенно побледнела.

— Простите меня! А его высочество? Я вдруг упал и доставил столько хлопот. Нужно вернуться, ох…

— Куда вы собрались в таком состоянии?

Рой хотела вскочить, но потеряла равновесие, и Витор проворно её подхватил. Бережно усадив её обратно на скамью, он сказал:

— Я всё как следует объяснил его высочеству. Он обещал связаться с вами позже и уже уехал.

— Вот как…

Витор, наверное, перепугался, когда она вдруг упала, да ещё и всё уладил за неё. Рой стало совестно.

Раз он принёс её в сад — может, заодно хотел пустить слух?

Она слышала, что аристократы ищут места вроде садовых лабиринтов для тайных утех.

Как бы то ни было, сознание вернулось, но жар в теле так и не спадал. Непонятное жгучее чувство кружило внутри водоворотом.

Холодно не было, но почему-то всё время тянуло к теплу — странное ощущение.

— Ваша светлость, а вы не знаете точно, что я выпил?

Раз Витор спокоен, значит, зелье не опасное. Но и привычной непринуждённости на его лице не было, и это тревожило.

Он пристально разглядывал Рой потяжелевшим, настороженным взглядом, а затем ответил:

— Афродизиак.

Глава 29