Яркий утренний свет струился сквозь тонкую решётку окна и ложился красивым узором. Ён Хе неподвижно смотрела на солнечный узор, вышитый на одеяле.

Нет, на самом деле она вспоминала вчерашний день, пронёсшийся, как буря.

Муж, посмевший обнять её прямо перед королём. Король, не сказавший ему ни слова. И странное возбуждение сановников, собравшихся в зале государственных дел. Всё это она ощущала кожей.

Пэк Ён не дал Ён Хе времени выйти к королю и доложить о себе. Он вёл себя так, словно забыл, что она явилась ко двору по вызову. Волей-неволей Ён Хе пришлось силой отстранить мужа, через три года вернувшегося живым, и осторожно выйти к трону. Может, из-за этих неожиданных объятий, но сердце её больше не трепетало от страха.

— Ваша покорная слуга Хон-бин…

— Полно, полно. Видно, Пэк Ён очень за тебя тревожился. Я и сам всегда за тебя тревожился, но куда мне до мужниной заботы.

Тревожился?

Ён Хе чуть не подняла взгляд на трон. Едва сдержавшись, она покорно склонила голову. От таких бесстыдных слов ей хотелось тут же гневно переспросить, и этот порыв она подавила с трудом. Тревожился… То, что она пережила за три года, было издевательством — ни больше ни меньше.

Ну да, пыток не было.

Но издевательства были, это точно. Ей пришлось жить, как преступнице, приговорённой к ссылке за терновой оградой ¹. В дворцовую усадьбу, где она затворилась, продукты порой привозили с опозданием, а дрова выдавали сырые и гнилые. Трон, мол, слишком высоко, вот король ничего и не знал? Ён Хе была не настолько наивна. Дворец живёт по настроению короля. Тех, кого король любит, дворец окутывает теплом, а тех, кого он ненавидит, стискивает терновыми плетями.

¹ Ссылка за терновой оградой (вирианчхи) — наказание, при котором вокруг дома ссыльного ставили ограду из колючего кустарника и держали его за ней взаперти. (Прим. автора.)

Бесчисленные оскорбления. Летящие в неё чашки. Свёкор, плюющий прямо у неё перед глазами, — всё это до сих пор так и стояло перед ней.

— Я лишь до слёз тронута милостью государя.

Ён Хе горько усмехнулась, втайне издеваясь над собой: чем не попугай? И тут наследный принц Пэк Ён взял её за руку. Она удивлённо распахнула глаза, а он, ласково похлопывая её по руке, тихо сказал:

— Ваш муж вернулся. Отныне вы будете в безопасности от всего на свете, и вас ждёт лишь жизнь в достатке и благополучии. Обещаю вам.

Ён Хе молча смотрела на него.

Он мягко улыбался и утешал её так, будто знал всё, что у неё на душе. Но что он мог знать? Всё это случилось из-за того, что его не было, — пока он был рядом, такого нельзя было и вообразить. Откуда ему знать о том, что происходило в его отсутствие?

Есть вещи, которых и вы не знаете.

По правде, никто из здешних людей по-настоящему за вас не тревожился. После вашей смерти все были заняты тем, как устроить свою судьбу. И я, наверное, тоже.

Даже я, которой пристало чтить вас как мужа и скорбеть.

— Я лишь желаю вам здравствовать.

Сдерживая горькую усмешку, Ён Хе прошептала это и высвободила руку из руки Пэк Ёна. В чувство вины упала капля обиды. Два ярких чувства смешались в грязный бурый цвет. Ён Хе захотелось закрыть глаза. Отвернуться от всего. Так было с той минуты, как она увидела тело мужа, и так же осталось, когда он вернулся живым. Какое противоречие.

Кожа на руке, которой он коснулся, оставалась странно холодной. Может, потому, что ей казалось, будто её коснулся мертвец?

Нет, его рука и правда была холодноватой.

Может, он волновался? Её муж всегда был тёплым. Придворные лекари говорили, что энергия ян у него сильнее, чем у других, потому и тело горячее. А вчера оно показалось ей непривычно холодным.

Потому что он умер и вернулся?

Одеяло, согретое солнцем, было тёплым. Ён Хе погладила его и опустила глаза.

Или это у меня на сердце так холодно, что мне так показалось?

Если верно второе, то наследного принца было очень жаль. Он вернулся живым, пройдя через тысячу мук, но Восточный дворец ему не вернули. Его единокровный младший брат давно там обосновался. Пэк Ён был безупречным наследным принцем, а теперь безупречным уже не был. Ведь он умер и ожил. Положение было двусмысленным. Смотря как взглянуть: это могло сделать его героем, а могло стать тяжким изъяном.

Как двор истолкует его возвращение?

От этого зависело, сможет ли он снова стать наследником престола. Но, говорят, он доложил, что ничего не помнит о последних трёх годах, а очнулся уже у ворот Тонхвамун. Никто бы в такое не поверил, а король с этим согласился.

Почему? И если король это принял, примут ли сановники?

Ён Хе повернула голову и молча посмотрела на окно. Те, кто знал, что она проснулась, медленно открывали его. Чтобы утро было для неё приятным.

Створка медленно поднялась, и тусклый свет хлынул в комнату ярким потоком. Глядя на этот свет, она пробормотала про себя: «Чего же я хочу?» Чтобы он вернулся в Восточный дворец? Или лучше бы он вовсе не возвращался?

Хотя не вернуться для него значило бы остаться мёртвым навсегда.

Какая же я дурная и жалкая.

Когда Ён Хе опустила глаза, снаружи, за дверями её покоев, спешила сангун Хан, изо всех сил стараясь не выдать волнения.

— Госпожа Хан из личных покоев.

Завидев сангун Хан, служанки из других палат кланялись ей в пояс. В их поклонах была и радость, и поздравление, а в чьих-то глазах мелькала тень зависти. Замечать всё это и делать вид, что не замечаешь, — добродетель придворных, поэтому сангун Хан лишь кивала служанкам и проходила мимо.

Но на душе у неё сейчас было очень неспокойно.

Тот, кто когда-то был наследным принцем, а затем стал мертвецом, вернулся живым, но прежнего положения не вернул. Все теперь звали его «Пэк Ён» — посмертным именем. Наследный принц Пэк Ён. Так его называли. Принц, которому пришлось жить с именем, какое дают только мёртвым, вернулся лишь наполовину и стал наследным принцем лишь наполовину. Люди называли его наследным принцем, но, похоже, и сами не знали, как с ним обращаться.

Поселили его не в Восточном дворце, а во дворце Сучжонгун. Когда-то там были покои вдовствующей королевы, потом их быстро забросили, и дворец стоял пустым, но всё же находился в пределах дворцовых стен. Неподалёку от Тэджоджона, опочивальни королевы. Случайно ли вернувшемуся принцу пожаловали именно этот дворец? Нет, в воле государя случайностей не бывает. Тогда что это — милость или желание держать его под присмотром?

Голод, страх перед будущим и тревога, что издевательства начнутся снова, остались позади, но с таким трудом обретённый покой разлетелся вдребезги. С возвращения во дворец её госпожа Хон-бин целыми днями ходила бледная как полотно, а придворные делали вид, что почитают её, и украдкой на неё косились. Женщина, которая когда-то была всеми обожаемой наследной принцессой и первой красавицей Хэсона, оказалась никому не нужной обузой.

А если бы мы всё-таки сели на тот корабль?

Сангун Хан думала, что тогда её госпожа, может быть, была бы счастлива.

— Будьте повнимательнее, — одёрнул её казначей, словно заметив, как неспокойно у неё на душе.

Пока служанки и младшие евнухи сновали туда-сюда, перетаскивая вещи, он зачитывал ей список и наставления, и, похоже, его задело, что мысли сангун Хан витают где-то далеко. Она уже хотела извиниться, но казначей понизил голос:

— Во дворце неспокойно.

— …

— Не знаю, слышали ли вы, но вчера при дворе, говорят, творилось невесть что. Северяне и южане ² чуть не поубивали друг друга, а в зале совета ³ огонь не гас всю ночь.

² Северяне (пуксон) и южане (намсон) — две придворные партии.

³ Зал совета (пинчхон) — палата, где собирались высшие сановники для обсуждения государственных дел.

— Вы хотите сказать, что высшие сановники так и не разошлись по домам?

— И в зале совета, и в Пигуке ⁴ собрались все до единого. Вы ведь знаете, кто попечитель Пигука.

⁴ Пигук — сокращённое название Пибёнсы. Поначалу это был совет гражданских и военных сановников, ведавший военными делами государства, но постепенно он стал высшим органом, принимавшим решения в стране. (Прим. автора.)

Попечителем Пигука, то есть Пибёнсы, вторым лицом в нём и фактическим главой был заместитель главы Хонмунгвана ⁵ Хон Чжэ Ик по прозванию Ха Ын. Он возглавлял южан — более многочисленную из двух придворных партий — и к тому же был отцом Ён Хе.

⁵ Хонмунгван — придворная академия, ведавшая королевской библиотекой, составлением указов и советами государю.

Том 1 Глава 3 — Незнакомое и привычное — часть 1