Сисл была сиротой. Единственной, кого она могла назвать семьёй, была Роуз — такая же брошенная, с которой она встретилась на улице.

Они занимались одним делом, жили вместе и были неразлучны, как сёстры. Для Сисл Роуз была всем миром.

И вот однажды в деревне у границы, где они жили, появился орден Красного Ястреба.

Рыцари принесли в деревню разом и смятение, и оживление. Деревенские женщины заглядывались на молодых крепких рыцарей, каких здесь редко встретишь.

Рыцари иногда заходили выпить в заведение, где работали подруги, но Сисл, в отличие от других женщин, не обращала на них внимания.

Рыцари почти все были дворянами. Простолюдинке и думать о них было нечего. А уж женщине, работающей в кабаке, как она, — тем более.

— Сисл, тебя рыцари совсем не трогают?

— Заглядываться на дерево, на которое не залезешь, — только себе хуже. И ты не засматривайся. Хорошо?

— Ну вот ещё. За маленькую меня держишь.

Роуз рассмеялась так, словно говорила о само собой разумеющемся. От этих шутливых слов — мол, и она знает своё место — Сисл успокоилась.

Но с какого-то времени Роуз стала странной.

Она всё чаще беспричинно улыбалась, нередко уходила куда-то поздно вечером, а то, что разглядывала в одиночку, прятала, стоило Сисл войти.

Почуяв неладное, Сисл раз за разом допытывалась, и наконец Роуз призналась, что у неё роман с одним рыцарем.

— Ты с ума сошла?! Какой ещё роман с рыцарем! Думаешь, они видят в нас людей?

— Не говори так, Сисл. Джо не такой, как другие! Он меня правда любит.

Роуз терпеливо уговаривала бушевавшую Сисл.

Что Джо, в отличие от других рыцарей, не любит гулянок и ни разу не заходил в кабак.

Что встретились они на мосту у реки: она оступилась и чуть не упала в воду, а он её спас, и они, как по воле судьбы, с первого взгляда влюбились друг в друга.

Что он серьёзный, но чистый и ласковый человек, и ему можно верить.

Роуз твердила это несколько дней, и Сисл пришлось смягчиться. Но совсем успокоиться она не могла и попросила познакомить её с этим рыцарем.

— Джо говорил, что объявлять о нас ещё рано…

— Кто тебя просит собирать людей и объявлять? Покажи только мне. Всего один раз.

На этот раз уговаривала уже Сисл. Подумав, Роуз кивнула.

Роуз рассказывала, что они с рыцарем, прячась от чужих глаз, встречаются в основном на рассвете и гуляют в укромных местах.

И когда рыцарь по просьбе Роуз пришёл на задний двор их дома, Сисл появилась перед ними, будто случайно проснулась.

— Джо, это моя сестрёнка, Сисл. Мы не родные по крови, но она мне всё равно что семья.

— Здравствуйте, я Сисл. Рада знакомству.

Сисл учтиво поздоровалась. Рыцарь заметно растерялся и залился краской.

Он явно не знал, куда деваться, и Роуз принялась его успокаивать:

— Сисл можно доверять. Знаете, как она умеет держать язык за зубами?

Лишь после того, как Роуз несколько минут его уговаривала, рыцарь заговорил:

— Я Джонни Паттинсон…

Так Джонни Паттинсон и Сисл встретились впервые.

Джонни, в отличие от других рыцарей, не грубил и не позволял себе резкостей, так что Сисл решила, что он неплох, и действительно больше не вмешивалась в роман Роуз.

Роуз была счастлива с Джонни. Пусть об их романе не знал никто, кроме Сисл, она не жаловалась.

Потому что…

— Джо говорит, что увезёт меня в столицу, Сисл. Поехали с нами! Начнём новую жизнь.

— Если и я поеду, сэру Паттинсону это не понравится.

— Нет же, он сказал, что хочет, чтобы у нас всё было всерьёз. Только это секрет: он даже о свадьбе думает!

Джонни всё время строил с Роуз планы на будущее, заглядывая всё дальше, так что Сисл нечего было возразить.

Порой, глядя на Роуз, Сисл чувствовала, как в ней поднимается непонятная тревога, но вслух этого не говорила.

Если Джонни Паттинсон и правда любит Роуз, вопреки разнице в положении, ей не хотелось омрачать подруге счастье.

— Как устроимся в столице, я непременно тебя позову, так что жди. Сисл, ты ведь моя сестрёнка. Давай начнём новую жизнь вместе.

Роуз улыбалась, окрылённая мечтами и надеждами. Глаза её, грезившие о новой жизни, сияли, как звёзды.

Но в столицу она так и не попала.

— А-а-а! Роуз!..

Однажды она вдруг покончила с собой.

Найдя Роуз мёртвой, Сисл разрыдалась. Вцепившись в остывшее тело, она кричала в голос.

Джонни на похороны Роуз не пришёл. Сисл даже послала ему письмо с вестью о её смерти, но он бессердечно отослал его обратно и никак не откликнулся.

Когда Сисл, кое-как в одиночку похоронив Роуз, вернулась домой, оказалось, что в комнату Роуз забрались воры и от её вещей почти ничего не осталось.

Она проводила день за днём в отчаянии и скорби по потерянной семье. Убитая горем, она даже работать толком не могла.

А потом она задолжала за жильё, и её выселили из дома, где они жили с Роуз.

Готовясь к переезду и вычищая комнату по всем углам, Сисл случайно нашла под своей кроватью тайник в полу, а в нём — дневник Роуз и кулон на цепочке.

Почему вещи сестры здесь?..

Обрадовавшись, что наконец нашлось хоть что-то из вещей Роуз, она открыла дневник. И то, что она узнала, потрясло её.

«20 марта.

У Джо есть невеста. Говорил, что любит меня… а на самом деле просто играл со мной.

Когда я, не сдержав гнева от предательства, потребовала объяснений, он, наоборот, повёл себя нагло.

Насмехался и издевался: кто, мол, всерьёз полюбит такую, как я.

Сердце будто разрывалось от боли.

Какой же я была глупой и безмозглой, что поверила тебе, твоим словам, твоей любви».

«25 марта.

Джо сказал, что мы расстаёмся.

И пригрозил, что, если я где-нибудь проболтаюсь о нас, он мне этого не спустит.

Как можно предать человека, а потом быть таким холодным?

Я сказала, что не смирюсь с этим: слишком обидно.

Пусть Джо считал меня игрушкой, но и у меня есть сердце и чувства.

Я не могу просто уйти, оставшись одна с этой раной».

«2 апреля.

Джо подарил мне кулон на цепочке.

Как ни горько, он протянул мне кулон и попросил меня умереть.

Попросил не пятнать его честь рыцаря и не губить ему будущее.

Мне так больно, что я не могу дышать. Мужчина, которого я когда-то так любила, теперь хочет моей смерти…

Что же мне делать?»

И на рассвете, в ночь со второго на третье апреля, Роуз покончила с собой.

Лишь тогда узнав, почему Роуз наложила на себя руки, Сисл пришла в ярость. Ей во что бы то ни стало хотелось отомстить Джонни Паттинсону, который поиграл чувствами Роуз — единственной её семьи — и довёл её до смерти.

Но простолюдинке отомстить дворянину Джонни было непросто.

Когда в ней уже накопилось столько горькой, кипящей злости, вышла статья о свадьбе Арасиллы и Дамиана.

«Женится на маге? Неужели у Дамиана Вандермира нет рыцарской гордости?!»

Эта газета неодобрительно писала о том, что рыцарь Дамиан женится на маге Арасилле, и осуждала его.

Прочитав эту статью, Сисл узнала, что для рыцаря связаться с магией — бесчестье.

И ей пришёл в голову хороший способ отомстить Джонни.

Если его свяжут не просто с магией, а с чёрной магией, удар будет ещё сильнее, правда?

Сисл по-своему тщательно разузнала о чёрной магии и составила план, как подставить Джонни, обвинив его в её применении.

Донос она нарочно написала на последний день, когда он виделся с Роуз. Он тайком уходил на встречу с ней, так что алиби у него не было, и толковых показаний он наверняка не дал бы.

Рыцарскую честь, будущее, ради которых он велел Роуз умереть, — всё это я ему разрушу.

Оставляя донос в Башне, Сисл поклялась себе, что, даже если её саму постигнет кара небесная, Джонни Паттинсон непременно поплатится за своё преступление.

Что все узнают о его вине.

Том 2 Глава 66 — Милые бранятся — только тешатся — часть 11