Гильдия, к которой обратился герцог Вандермир, славилась высокой долей успешных заказов и бралась в основном за дела, которыми не похвастаешься.

В то же время её составляли люди, которые за деньги не гнушались напасть и на дочь знатного дома.

Передавая огромную плату за высокий риск, герцог потребовал простого.

«Любым способом нанести увечье. Чтобы на время не могла и шевельнуться».

Учитывая, что противник маг, гильдия отрядила пятерых наёмников. Это и так считалось с запасом.

Что там за великий маг, который только и делает, что чахнет над исследованиями. Хилая, слабая. Да ещё и женщина, так что, честно говоря, выглядела лёгкой добычей.

Они нарочно обставили всё так, будто за ней послал Дамиан, усадили Арасиллу в карету одну и увезли в глушь. Тогда выйдет, что она пострадала, поехав к будущему мужу, а это отличное семя раздора, чтобы потом развести эту пару.

Все пятеро, включая тех, что переоделись кучером и слугой, окружили карету. Чтобы Арасилла не сбежала.

Но сколько они ни ждали, в карете было тихо, без малейших признаков жизни. Никто не выходил, не слышалось ни голоса.

Один из наёмников приложил ухо к дверце и с сомнением сказал:

— Что такое, она точно внутри? Почему никакой реакции?

— И правда, уснула, что ли?

Другой наёмник сжал кулак и заколотил в дверцу так, словно хотел её разбить. Но изнутри по-прежнему не было никакого ответа.

— Может, перепугалась и окаменела?

— Ха-ха! Ну да, на портрете совсем хрупкая барышня.

— Давайте откроем и вытащим её. Мы в защитных доспехах, бояться нечего.

Они приехали в очень дорогих доспехах, которые, как уверяли, отражают любую магическую атаку. Против магии слабой барышни это было даже слишком, но, даже если бы она напала, им ничего не грозило.

Наёмник, колотивший в дверь, взялся за ручку и повернул. Он собирался войти первым и вытащить Арасиллу один.

Сломать одну ногу и получить несколько сотен миллионов золотых, очень даже выгодно.

Хе-хе, наёмник подло усмехнулся. Для него, бравшего заказы даже на убийства аристократов, этот заказ был сущим пустяком.

Быстренько закончу — и выпить…

Бах!

— А-а!

Наёмник, едва шагнувший в карету, получил чем-то, отлетел и покатился по земле. Его доспех с треском раскололся и развалился надвое.

— Ч-что такое?!

— Ты чего вдруг!

От неожиданности остальные наёмники растерялись и заметались. Отлетевший так и не смог подняться и только стонал.

— Да что же это!..

В этот момент дверца кареты, которая от удара наполовину захлопнулась, распахнулась. Все взгляды устремились на неторопливо появившуюся женщину.

Арасилла, в форме Башни с четырьмя звёздами на груди, оглядела наёмников и лучезарно улыбнулась.

— Хозяин у вас, похоже, дурак. Послать людей нападать на меня в таких дешёвых доспехах. Или это он меня просто ни во что не ставит?

На самом деле доспехи наёмников были и впрямь отменной защитой, но мана Арасиллы была настолько сокрушительной, что пробивала их насквозь, и толку от них не было.

Окинув взглядом побледневшие, оторопелые лица, Арасилла холодно усмехнулась.

Подобное она переживала уже много раз. Большинство людей, как правило, не принимали её всерьёз: женщина-маг.

Её заслуги как мага терялись за яркой внешностью и необычным поведением, и наружу просачивались в приуменьшенном виде. Все обсуждали только внешнее, а до мага Арасиллы Хьюго никому не было дела.

И лишь встретив её и испытав её силу на собственной шкуре, они наконец понимали.

Почему Арасиллу Хьюго называют будущей главой Башни.

— Даю один-единственный шанс. Сейчас же на колени передо мной, и признавайтесь, кто вам это приказал. Тогда так и быть, прощу.

Скрестив руки, она вздёрнула подбородок и приказала с достоинством. От силы духа, исходившей от хрупкого тела, наёмники попятились.

Инстинкт сигналил об опасности сильнее, чем когда-либо. На лбах выступили капли пота.

Но сумма, которую герцог Вандермир назначил за заказ, была слишком велика, чтобы вот так взять и встать на колени. Да и самолюбие было задето.

— Все в атаку!

Один из наёмников выхватил из-за пояса меч и крикнул. Глядя на мужчин, которые с рёвом бросились на неё, Арасилла цокнула языком.

Почему на свете так много людей, которые даже данный им шанс не могут принять?

— Боже, и сегодня я посылаю к тебе глупых овец.

Она помолилась, как истовая прихожанка, и вызвала ману с лиловым отливом.

Обычно мана белая, но чем мощнее сила мага, тем особеннее её оттенок. Лиловая мана Арасиллы была сейчас в Башне единственной в своём роде.

— А-а!

— О-ох!

Как листья, подхваченные ветром, наёмники один за другим улетали кто куда или врезались в землю. Мана, бушевавшая вокруг неё, словно защищая, не давала и пальцем её тронуть.

Арасилла спокойно стояла на месте и убирала врагов одного за другим. Когда остался один-единственный, она прекратила атаку и стянула мужчину маной, как цепями.

— М-м, м-м!

Мужчина, которому не удалось покончить с собой, прикусив язык, дрожал, обмотанный лиловой маной по самую шею.

Арасилла подошла к нему и сказала ласково:

— Ты ни за что не умрёшь. Ты мне нужен как живое доказательство.

— !..

Мужчина судорожно вдохнул. В его зрачках отражалось холодно улыбающееся лицо Арасиллы.

— Ну что, ради того чтобы остаться живым и целым, начнём с того, кто тебе это приказал?

* * *

Дамиан не удивился, что гостьей, пришедшей на закате, оказалась Арасилла. Встреча на сегодня была назначена, и она предупредила, что задержится.

Удивило его то, что Арасилла приволокла какого-то мужчину и швырнула ему под ноги.

— Что это за человек?

— Подарок от вашей семьи, сэр, к свадьбе.

Арасилла, которая бывала здесь уже не раз, удобно устроилась на диване и принялась обмахиваться, оттягивая воротник формы. Если присмотреться, одежда на ней была странно растрёпана.

Дамиан перевёл взгляд со связанного мужчины с заткнутым ртом на Арасиллу, которая поправляла волосы, и примерно понял, что произошло.

Дом Вандермир докатился до того, что подослал к Арасилле кого-то вроде убийц.

Убить дочь Хьюго они, конечно, не посмели бы: собирались запугать или покалечить, чтобы свадьба не состоялась.

— Простите. Вы не ранены?

Проведя ладонью по глазам, Дамиан первым делом извинился.

Согласилась выйти за него, и вот до чего дошло. На этот раз Арасилла и впрямь могла передумать. Чтобы хоть немного этому помешать, он и начал с извинений.

— Нет. Но почему вы извиняетесь, сэр? Это, случайно, не вы его послали?

— Я что, сумасшедший? Я больше вас самой хочу, чтобы вы остались целы.

Глубоко вздохнув, Дамиан посмотрел на Арасиллу тяжёлым взглядом. После смертельно опасной передряги она, если не считать слегка растрёпанной одежды, выглядела невредимой.

Ни усталости, ни страха, и желание выйти замуж, похоже, не угасло.

Дамиан позвал Айзека, велел увести мужчину и сел напротив Арасиллы.

— Спрашиваю на всякий случай: после сегодняшнего ваше желание выйти за меня хоть сколько-нибудь уменьшилось?

— Нет, разгорелось ещё сильнее. Чем труднее сорвать цветок, тем больше азарт.

Губы Арасиллы улыбались шутливо, но в её глазах, сияющих, как сапфиры, горел твёрдый огонь.

Дамиан, внезапно ставший цветком, который Арасилле нужно сорвать, спросил голосом, полным сомнения:

— Почему вы так хотите выйти за меня?

— Я же говорила. Хочу помешать сестре выйти за молодого господина Вандермира.

— И всего лишь из-за этого вы так настойчивы?

— Как это всего лишь, речь о семье.

На белом маленьком лице переливалось чувство, которого Дамиану не понять никогда. Любовь к семье, преданность, самопожертвование.

Ему, мечтавшему убить собственную семью, этого чувства было не постичь.

— Я не хочу, чтобы сестра вышла за молодого господина Вандермира и стала несчастной.

— Мне тоже кажется, что брак с братом сделал бы её несчастной, но вы, леди, уверены в этом куда больше моего.

Оскар Вандермир слыл в герцогских землях распутником, который не пропустил ни одной женщины. Слухи могли дойти и до столичного света.

Но даже так, стоит ли это такой одержимости браком? Полно аристократических пар, которые поддерживают пустую видимость, и полно тех, кто живёт, изменяя друг другу.

Выросла в слишком дружной семье и потому не вынесет даже такого несчастья? Или…

— Можно подумать, если она выйдет за брата, ваша сестра умрёт.

Или у неё есть нечто, что она тщательно скрывает?

Арасилла посмотрела на Дамиана спокойными глазами. Глазами, глубину которых не измерить, как бескрайнее море.

— Такая возможность не исключена. У молодого господина Вандермира такой вид, будто он хоть раз в жизни да замыслит измену.

На это Дамиан выдохнул смешок, похожий на насмешку.

— Такой, как брат, с его заячьим сердцем и мелкой душонкой?

— Вы не понимаете. Как раз такие и плетут втихомолку мрачные интриги. Потому я и выхожу за вас, сэр, разве нет?

— Вы не пожалеете?

Он спрашивал Арасиллу о её намерениях в последний раз. Пусть это и эгоистично, дальше Дамиан собирался продавливать свадьбу во что бы то ни стало.

Так, чтобы у Арасиллы не осталось и щёлочки для колебаний.

— Нет. Это ради семьи, как я могу пожалеть. Я не сбегу на полпути, так что не волнуйтесь.

Точно угадав, что тревожит Дамиана, Арасилла лучезарно улыбнулась. Её чёткий, звонкий голос почему-то внушал доверие и ощущение искренности.

Хотя это не значило, что Дамиан поверил ей до конца.

— Понял. С последствиями сегодняшнего разберусь я. Больше такого не повторится.

— Хорошо. До свадьбы совсем немного, и хочется, чтобы неприятности наконец закончились.

Сказав так, Арасилла взглянула на часы. Из-за того, что ехать пришлось в объезд, она добралась с опозданием, и уже наступил вечер.

Обсуждать сегодня пункты брачного договора было, пожалуй, не с руки.

— Пункты договора обсудим завтра.

— Хорошо.

Когда она встала, Дамиан тоже направился к двери. Он сам открыл её. Арасилла вместо рукопожатия коротко кивнула.

— Я пойду.

И тут Дамиан внезапно преградил ей путь. Она недоумённо подняла глаза, и гладкое, словно из обожжённой белой глины, лицо резко приблизилось.

Это что ещё за внезапная атака лицом?

Пока растерявшаяся Арасилла стояла не двигаясь, Дамиан внимательно осмотрел её с головы до ног и отступил в сторону.

— Проверил, действительно ли вы не ранены.

— …

— Счастливого пути.

Он учтиво и чинно склонил голову. Арасилла невольно прыснула.

— А если раны там, где скрыто одеждой?

— Этого я проверить не смогу. Проверьте дома, и если ранены, выставьте мне счёт за лечение.

— Обойдусь.

Ран всё равно не было. А одежда растрепалась только от ветра, который поднялся, когда бушевала мана.

Кивнув на прощание, Арасилла размашисто зашагала прочь.

Убедившись, что она удаляется, Дамиан снова позвал Айзека. Хвосты лучше всего подчищать быстро и чисто.

Том 1 Глава 16 — Брак — это война — часть 5