С того момента я собралась с мыслями, сосредоточилась изо всех сил, изучая правильную стойку, и, наконец, встала лицом к мишени. Я подумала, что теперь он даст лук, но Пэк Сын Джо вплотную подошел ко мне со спины.

— А теперь давай выпустим первую стрелу.

Приняв ту же позу, что и я, мужчина своей огромной рукой одним движением обвил мою талию, притянул к себе и прижался всем телом.

В тот миг, когда спина без единого зазора соприкоснулась с его твердой грудью, наши склоненные тени слились воедино. Запах моей пудры смешался с запахом его туши, и от этого ударившего в нос аромата закружилась голова.

Не понимаю, почему мой учитель стрельбы из лука, которого я попросила научить меня стрелять, так бесстыдно обнимает свою ученицу посреди бела дня.

Его горячая рука накрыла левую руку, державшую древко лука. Пэк Сын Джо положил стрелу поверх большого пальца, который уже начал краснеть.

Другой рукой он обхватил правую руку, заставляя взяться за тетиву. Между хрупкими пальцами, привыкшими лишь перебирать струны каягыма, переплелись длинные, узловатые пальцы мужчины.

Неужели эти мозоли появились от того, что он бесчисленное количество раз натягивал тетиву? Каждый раз, когда кончики его пальцев, твердые и грубые, совсем не подобающие гражданскому чиновнику, касались моих рук, я вздрагивала.

К прикосновениям Пэк Сын Джо я уже привыкла, но сейчас они казались неловкими. И все же глупое сердце по-прежнему трепетало, что приводило в крайнее замешательство.

— Смотри только в центр мишени.

Мужчина наклонил голову и посмотрел через мое плечо прямо на далекую мишень. Но я словно ослепла и не видела ее. Чувствовала лишь, как его подбородок мягко касается плеча, и ощущала жар щеки, опасно скользящей по моей.

— Отбрось все посторонние мысли. Не позволяй летящим перед глазами лепесткам или своему дрогнувшему сердцу ослепить тебя.

Высоко подняв мою руку, сжимавшую лук, над головой, Пэк Сын Джо прошептал это так, словно прочитал мысли. Разве он не понимает, что жар губ, почти касающихся уха, еще больше будоражит сердце? А ведь сейчас голова забита исключительно посторонними мыслями.

Я в полной мере испытывала то же, что чувствовал вчера Пэк Сын Джо, когда, встретившись со мной взглядом, его сердце безнадежно дрогнуло, и он всадил последнюю стрелу в землю.

— А теперь попробуй натянуть тетиву.

Я задержала дрожащее дыхание. В этот миг грудь обнимавшего меня мужчины тоже перестала вздыматься, и дыхание, щекотавшее щеку, замерло.

Мы, словно став единым целым, вместе начали медленно натягивать тетиву с вложенной стрелой. Но лук сгибался не от моей, а от его силы, так что получалось, будто не я стреляла из лука, а Пэк Сын Джо, просто одолжив мое тело.

Но я не могла оттолкнуть его и попросить отойти подальше, сказав, что справлюсь сама. На это просто не было сил.

Сначала, когда он прижался ко мне, я думала, что это лишь предлог, чтобы удовлетворить свои пошлые желания под видом обучения стрельбе из лука. Так было до тех пор, пока не поняла, насколько тугой и жесткой, словно бычья жила, была тетива.

Если бы Пэк Сын Джо не натягивал ее за меня, я бы не смогла оттянуть ее ни на дюйм. Даже сейчас сила натяжения была настолько огромной, что я боялась: стоит ему отпустить руки, как мою руку потащит за тетивой и вывернет вперед.

Если натянуть лук один раз так трудно, как же можно делать это подряд десять, а то и десятки раз? Тетива была так туго натянута, что дрожала, словно осиновый лист, но рука державшего ее мужчины оставалась непоколебимой, как могучее дерево. Внезапно эта рука показалась поистине невероятной.

Пока мы натягивали тетиву, наконечник стрелы медленно опустился и указал прямо перед нами. Мне казалось, что он указывает в центр, но, видимо, глазомер меня подвел, потому что Пэк Сын Джо слегка наклонил лук, прицеливаясь в мишень.

— Сейчас.

В тот момент, когда горячее дыхание снова обожгло ухо, пальцы мужчины широко раскрыли пальцы, сжимавшие тетиву.

Вжик!

Тетива отскочила вперед, и стрела со свистом пронеслась, больно задев воздух у самого уха. Я должна была до самого конца сохранять ровную стойку, не дрогнув ни мускулом, но, испугавшись резкого свиста ветра, невольно вжала голову в плечи.

Тук!

Стрела, сорвавшись с тетивы, в мгновение ока пересекла просторное стрельбище и с глухим стуком глубоко вонзилась в мишень вдалеке. Лишь услышав этот пробирающий до костей, бодрящий звук, я расправила съежившиеся плечи.

— Ух ты… Мы попали в мишень!

Выстрел был сделан не моими силами, да и целилась не я. Это было достигнуто лишь благодаря физической силе и мастерству Пэк Сын Джо, но я все равно не могла скрыть радости.

Однако, приглядевшись, увидела, что стрела отклонилась от центра и чудом держалась на самом краю мишени. Должно быть, это из-за того, что в момент выстрела я испугалась и дрогнула, сбив прицел.

От этого во мне вспыхнуло упрямство. Стоя перед мужчиной, который с довольной улыбкой смотрел сверху вниз, я крепко сжала кулаки.

— Я попробую еще раз.

В этот раз я обязательно попаду в самую середину. Пэк Сын Джо тихо рассмеялся и достал из колчана новую стрелу. Он снова вложил ее поверх моей руки и тайком прошептал на ухо:

— А теперь представь, что эта мишень — морда Пак Вон Чхуля, и давай пронзим ее.

В это мгновение по позвоночнику пробежали мурашки. Пак Вон Чхуль. При звуке этого имени в глазах, прикованных к мишени, словно лесной пожар, вспыхнула жажда убийства.

Давай-ка размозжим голову Пак Вон Чхулю.

То, что Пэк Сын Джо снова вплотную прижался к спине, больше не вызывало смущения. Наоборот, я сама крепче прижалась к нему, опираясь всем весом, и мы снова натянули тетиву.

Тук!

С радостным звуком стрела вонзилась в красную точку — самый центр мишени. Вообразив, что этот ярко-красный цвет — кровь, брызнувшая из головы этого мерзавца Пак Вон Чхуля, я почувствовала, как тяжесть в груди хоть на миг, но отступила.

Что ж, тогда следующий — Квон Ик Сон.

Я, словно слившись воедино с молчаливо одалживающим мне свою силу Пэк Сын Джо, продолжала натягивать тетиву, безжалостно пронзая звериные морды кровных врагов, заслуживающих смерти.

И вот, когда я, словно безумная, стреляла из лука, выплескивая запертую внутри убийственную ярость, это случилось.

— Ха-ха-ха! Раз уж вы так говорите, господин командующий, я даже не знаю, куда деваться от смущения.

Громкий мужской голос, принесенный ветром, отвлек внимание. Я уже собиралась натянуть тетиву, но остановилась и повернула голову: по дороге, в окружении мужчин, похожих на купцов, сюда направлялся Чан Хё.

Чан Хё еще не заметил меня. Расстояние было довольно большим, к тому же казалось, что он слишком увлечен разговором со своими спутниками.

Но я, узнав его, похолодела и застыла. Прошлой ночью, когда я осыпала Чан Хё ядовитыми упреками в темноте, мне было легко на душе, но встретиться с ним лицом к лицу прямо сейчас, при ярком свете дня, было крайне неловко. И даже просто глядя издалека на эту фигуру, совершенно не соответствующую его званию, я снова почувствовала, как грудь сдавливает от тяжести.

В отчаянной попытке избежать неловкой встречи, я хотела было поспешно отвернуть голову к мишени. Как вдруг крепко обнимавший меня мужчина резко развернулся в сторону, и я, ведомая его силой, тоже повернулась туда же.

И вот так, оказавшись лицом к лицу с группой Чан Хё, Пэк Сын Джо, сжимая мою руку, натянул тетиву так туго, что она, казалось, вот-вот лопнет. Беспомощно следуя за его движениями и готовясь выпустить стрелу в совершенно нежелательном направлении, я вдруг поняла.

Он собирается выстрелить в Чан Хё.

Мгновенно побледнев, я с криком вцепилась в тетиву изо всех сил, словно от этого зависела моя жизнь.

— Господин!

Но отчаянная попытка остановить его была уже запоздалой. Как только наконечник стрелы нацелился в голову Чан Хё, Пэк Сын Джо грубо, словно отбрасывая, разжал мои переплетенные с его пальцами руки, и тетива, не выдержав неудержимой силы, безжалостно выскользнула из рук. Одновременно с этим стрела, несущая в себе жажду крови, свирепо рванула вперед.

Вжи-и-их!

Впервые в жизни звук стрелы, рассекающей воздух, показался настолько пугающим. Остро заточенный наконечник, зловеще сверкнув синевой под лучами полуденного солнца, на огромной скорости полетел в сторону Чан Хё.

Я была в таком ужасе, что не могла даже закричать. Неужели он всерьез собирается убить чиновника высшего ранга, да еще и полководца, охраняющего север, прямо посреди бела дня, на глазах у множества людей?

Одно дело, если бы это я, охваченная жгучей обидой, попыталась убить его. Но то, что это делает Пэк Сын Джо, было поистине шокирующе.

Намерения этого человека были совершенно непостижимы. Хоть в личных делах он и скалился на Чан Хё, считая его соперником, разве в политике они не были единомышленниками? И вдруг ни с того ни с сего пытается его убить.

Вжик. Стук!

Стрела, в мгновение ока преодолевшая это огромное расстояние, с глухим звуком глубоко вонзилась во что-то.

Глава 55