Вскоре машина остановилась перед моим домом.

Прежде чем выйти, я попросила Ги Ин Хва дать мне руку.

Уговор держаться за руки по десять секунд в день негласно подразумевал только будние дни, но это касалось тех случаев, когда мы не виделись. Раз уж мы встретились сегодня, в выходной, то, наверное, можно...

Я была немного напряжена и морально готовилась к отказу или хотя бы к легкому сопротивлению, но Ги Ин Хва послушно протянул руку.

Глядя на нее, я спросила:

— Вам противно?

— Честно говоря, да, — спокойным голосом ответил он.

«Я так и знала, что противно...» — подумала я и коротко кивнула. Держаться со мной за руки для него — просто обязанность. Очередное назойливое дело, с которым нужно поскорее покончить.

Вдруг мне пришла в голову мысль: а что изменится за эти шесть месяцев?

Шесть месяцев я буду подстраиваться под его расписание, обедать с ним раза три-четыре в неделю, гулять по десять минут, держаться за руки по десять секунд, видеться на собраниях или вечеринках киноклуба и в одностороннем порядке таскаться за ним и Но Чжу Ын, ловя на себе осуждающие взгляды окружающих...

Есть ли во всем этом хоть какой-то смысл?

Я задала себе этот вопрос и сама же ответила: «Смысл есть».

Это гораздо лучше, чем не делать вообще ничего. Пусть Ги Ин Хва я и не нравлюсь. Возможно, я с самого начала была слишком самонадеянна и поставила перед собой невыполнимую цель.

«Нужно разбить цель на мелкие детали. Нужно выстроить пошаговый план», — решила я в тот момент.

Не «завоевать Ги Ин Хва» и не «сделать так, чтобы он принял Чо Юн как свою судьбу», а просто сделать так, чтобы ему перестало быть противно держаться с Чо Юн за руки.

Пусть это станет моей целью номер один. На первое время.

Приняв это решение, я попросила Ги Ин Хва дать мне не правую, а левую руку.

— Не тяни время, — безэмоционально упрекнул он и сменил руку.

Сжав его левую руку, я на мгновение ощутила прохладу кожи, а затем закатала рукав рубашки, сидевший точно по запястью. Ги Ин Хва не сопротивлялся и позволил мне делать всё, что я захочу. Видимо, думал, что через десять секунд всё равно заберет руку.

Как я и ожидала, предплечье было красным и опухшим. Это воспаление явно отличалось от красного шрама от ожога, тянувшегося от тыльной стороны ладони. Непохоже, чтобы кость была сломана, но, возможно, там трещина. Завтра вся рука покроется иссиня-черным синяком.

А боль... чувствует ли он боль?..

Я молча хмурилась, разглядывая его руку, пока он наконец не отдернул ее.

Мне показалось, что десять секунд — это слишком мало, но я не стала высказывать недовольство.

— Спасибо, что довезли.

Попрощавшись, я немного помялась, быстро бросила: «Берегите себя», и выскочила из машины. Стоило мне закрыть дверь и сделать шаг назад, как его белая машина тронулась с места. Быстро набрав скорость, она в мгновение ока скрылась из виду.

На самом деле я хотела сказать не эту размытую фразу про «берегите себя», а что-то вроде: «Обязательно сходите в больницу» или «Пойдемте завтра в больницу вместе».

Но скажи я это, он бы только устало отмахнулся. Подумал бы, что я слишком навязчивая со своими непрошеными советами. Это могло бы лишь подлить масла в огонь его раздражения по отношению ко мне.

«Сделать так, чтобы Ги Ин Хва перестал испытывать отвращение, держась за руки с Чо Юн».

Даже эту пониженную планку первой цели выполнить не в моей власти. Ведь это зависит от чувств Ги Ин Хва, а значит — от его воли.

Изменить отношение человека, которому неприятен физический контакт с тобой, да и вообще само твое существование, невероятно сложно. Я усвоила этот урок на примере собственной матери.

Возможно, проблема с самого начала заключалась в том, что я решила «встречаться с ним через шантаж».

Нет, не «возможно», это и была проблема. Разумеется.

Но у меня не было другого выхода. Когда в мои руки попала информация об измене Но Чжу Ын, я решила, что это мой единственный шанс. Я посчитала, что иного способа попасть в поле его зрения просто не существует.

Я сталкерила его четыре года, собирала информацию, из кожи вон лезла, чтобы хоть раз заговорить с ним, но он даже не знал о моем существовании. Стоило мне отвернуться, как он тут же забывал обо мне. Не запоминал. Впрочем, он так относился почти ко всем.

В сфере его интересов находились только тетя и Но Чжу Ын.

Все остальные были для него лишь камушками под ногами. А я не хотела оставаться камушком. Я хотела стать тем единственным человеком, который врежется ему в память и останется рядом до самого конца.

* * *

Вернувшись домой, я обнаружила входящее письмо.

Это был ответ от «moralnoral» на письмо, которое я отправила перед уходом.

Текст гласил:

[Человек с такими же способностями, как у вас, fromhell1818 — это я. Надеюсь, это отвечает на ваш первый вопрос? И да, люди, на которых не действует телепатия, определенно существуют. Вероятность встретить такого крайне мала, лично я за всю жизнь встречал лишь двоих. Надеюсь, это отвечает на ваш второй вопрос? Ну как, продолжим наше общение? Жду скорейшего ответа.]

Я тут же принялась писать новое письмо:

[Вы встретили целых двух человек, на которых не действует способность? Разве это возможно? Если да, то знаете ли вы причину? Почему на них не действует способность? Решение о том, продолжать ли нам общение, я приму после того, как услышу ваш ответ на этот вопрос.]

Я прождала ответа от moralnoral глубоко за полночь, пока не уснула. А на следующее утро, едва открыв глаза, первым делом схватила телефон и проверила почту.

Ответ от moralnoral уже пришел.

[Да, это возможно. Они встречаются крайне редко, но это не значит, что их не существует. Вы когда-нибудь слышали о теории клеточной памяти? Я полагаю, что наша способность связана именно с ней. Если память хранится в каждой отдельной клетке, разве для этого не требуется соответствующая энергия? Для удобства я называю эту энергию «эмоциональной энергией», и считаю, что наша способность заключается в передаче этой эмоциональной энергии через физический контакт. Исходя из этого, можно предположить, что человек, на которого не действует способность — это тот, чья эмоциональная энергия равна нулю или бесконечно стремится к нему. Люди, которые, намеренно или нет, подавили свои эмоции до предела и живут в бесчувствии, или же те, кто мертв изнутри, будучи живым. На самом деле, такие люди чаще всего в итоге действительно умирают, поэтому... ^^ их очень трудно найти. fromhell1818, не знаю, устроит ли вас мой ответ.]

Ответ moralnoral звучал весьма правдоподобно. В нем были моменты, которые перекликались с теми выводами, к которым пришла я, собирая и анализируя данные.

Я тоже считала, что чтение воспоминаний происходит не абсолютно случайным образом. Чем сильнее эмоция, связанная с воспоминанием, тем выше вероятность ее прочитать. По моему опыту, эта вероятность настолько высока, что ее можно смело приравнять к 99 процентам.

То, что я называю сильными эмоциями, вполне может быть тем же самым, что moralnoral называет эмоциональной энергией.

Когда я сопоставила эти факты, сердце у меня забилось чаще.

Возможно, moralnoral действительно, как и утверждает, обладает способностью к телепатии, как и я.

Но я не могу верить каждому его слову. Нельзя исключать вероятность того, что он лжет, да и даже если говорит правду, это всего лишь его гипотеза и догадки, а не научно доказанный факт.

Особенно меня зацепила часть про людей, на которых способность не действует.

Его предположение, что их эмоциональная энергия равна нулю или близка к нему.

Описание людей, подавивших эмоции до предела, живущих в бесчувствии, или тех, кто мертв изнутри. Утверждение, что такие люди часто в итоге действительно умирают, поэтому их так трудно найти... приправленное этим смайликом «^^», непонятно зачем вставленным, от чего слова казались еще более холодными, жестокими и сухими.

Ги Ин Хва действительно редко проявляет эмоции. Наблюдая за ним четыре года, я так и не поняла, о чем он думает. Он не злится, когда нужно злиться, и не смеется, когда нужно смеяться. Не шутит и не болтает попусту. Точнее, он вообще предпочитает помалкивать и делает всё чисто из чувства долга.

Ни вкуса, ни обоняния у него нет, а вчера я убедилась, что и болевого порога, кажется, тоже. Но...

Но Ги Ин Хва изо всех сил старается жить. Он учится усерднее любого другого, работает на износ и всей душой заботится о своих близких.

«На самом деле, такие люди чаще всего в итоге действительно умирают, поэтому... ^^»

Ги Ин Хва точно не из таких.

К тому же Ги Ин Хва умеет «испытывать отвращение». Он часто прямо говорит мне, что я ему «противна» или «раздражаю». Отвращение и раздражение — это тоже эмоции. Пусть они и не масштабные, но это эмоции, обладающие своей четкой энергией.

Поэтому я решила пока отложить гипотезу moralnoral в сторону.

Но общаться с ним определенно стоило.

Помассировав дрожащие руки, я нажала «Написать письмо» и начала печатать.

Я выразила благодарность и интерес к тому, что он так легко — даже слишком легко, что вызывало подозрения... — и открыто поделился информацией, но при этом добавила кучу оговорок, ясно давая понять, что всё еще не доверяю ему полностью. И всё же я четко подтвердила свое согласие на продолжение общения.

А также вкратце упомянула о данных, которые мне удалось собрать.

Глава 30