Женщина Хи Дэ

— Исполнительный директор, как вы узнали историю покупок кольца господина Чхве Дэ Сика?

Как только Ён Со вошла в номер Хи Дэ, она сразу завела разговор о кольце. Хи Дэ, молча наблюдавший за Ён Со со спины, закрыл дверь и последовал за ней.

— А, э-э, куда...

Ён Со, войдя внутрь наобум, остановилась посреди огромного пространства. Ее смутил огромный метраж, структура которого отличалась от ее номера.

Куда ни глянь, было много комнат. Когда Ён Со, не в силах сориентироваться, заоглядывалась, Хи Дэ пошел вперед, словно приглашая следовать за ним.

Крепко сжимая сумку с ноутбуком двумя руками, Ён Со шла, осматриваясь по сторонам. Президентский люкс, только на один этот номер которого было потрачено 5,2 миллиарда вон, представлял собой ультрароскошные апартаменты, где каждая зона была выделена отдельной концепцией с использованием различных отделочных материалов и предметов искусства, а также имелось отдельное пространство для сопровождающих секретарей или гостей.

Подавленная масштабами, Ён Со постоянно поглядывала по сторонам. Под невероятно высокими потолками она чувствовала себя съежившейся. Пространство спроектировал архитектор, получивший Притцкеровскую премию, которую называют Нобелевской премией в области архитектуры, а постельное белье из египетского хлопка стало завершающим штрихом спальни.

В каждом помещении стояли диваны и кресла разной высоты, и Хи Дэ плюхнулся на главный диван среди них.

— Садись.

— Да, исполнительный директор.

Ён Со, осторожно опустив сумку, села напротив Хи Дэ. Боевой настрой, с которым она врывалась в номер еще недавно, бесследно исчез.

— Поскольку это конфиденциальная информация, я подумал, что лучше в тихом месте.

Когда Хи Дэ кратко объяснил причину, по которой пригласил ее в свой номер, Ён Со кивнула. Называлось это номером, но на деле здесь было просторнее, чем в любой конференц-зале, так что интимной атмосферы личного жилища не чувствовалось.

Ён Со, доставая ноутбук, спросила:

— Насчет кольца. Мне интересно, как вы узнали.

— Человек, который запустил этот бренд в Корее — моя тетя. Вторая тетя.

— ...

Генеральный директор универмага «Пэкмун», его тетя Юн Хи Джон.

Это были семейные связи, которые обычному человеку трудно было даже представить.

— Тетя рассказывала, что когда-то поехала в командировку во Францию, влюбилась в дизайн и решила открыть магазин у нас. Это не был известный в Корее бренд. Кольцо носили лишь те, кто знал, но после того, как в нем появилась одна знаменитость, популярность резко возросла.

— Да. Вот как.

— Особенно оно популярно среди молодоженов. Настолько, что без предварительного заказа купить сложно. У тети правда отличный вкус. Чутье, что ли, хорошее — все, что она запускает, в итоге имеет успех.

— Какая замечательная у вас тетя.

Хи Дэ положил на стол несколько документов.

— Последнее время продажи падали, и магазин собирались закрывать, но тетя сказала подождать еще три года. А тут бренд внезапно стал знаменитым.

— ...

— Поэтому в Корее магазинов немного. Сейчас восемь. Все эксклюзивно представлены в универмагах «Пэкмун», и один из них — в филиале на Чеджудо.

Просмотрев документы, Ён Со кивнула.

— Значит, он купил его в филиале на Чеджудо? Тогда должна была остаться история платежей.

— На имя Чхве Дэ Сика платежей не было. Зато на имя Чхве Дэ Сика была выпущена клубная карта, и дата выпуска — три месяца назад.

Ён Со, нахмурившись, посмотрела на Хи Дэ.

— Три месяца назад? Если три месяца назад, то...

— Авария произошла шесть месяцев назад, значит, он зарегистрировался в клубе после аварии. То есть, если подытожить: кто-то купил кольцо и зарегистрировал членство на имя Чхве Дэ Сика.

Вместо Чхве Дэ Сика, чье лицо было известно, в магазин пришел «кто-то» и купил парные кольца.

Когда Ён Со, потеряв дар речи, закрыла и открыла глаза, Хи Дэ слегка приподнял подбородок.

— Кажется, адвокат права. У Чхве Дэ Сика есть другая женщина.

Воцарилась тишина.

* * *

Ён Со составляла отчет для отдела, а Хи Дэ звонил в разные места, запрашивая поддержку и содействие.

Закончив последний разговор с секретариатом, Хи Дэ вернулся и замер на месте.

Тихо наблюдая за уснувшей, прислонившись к дивану, Ён Со, он проверил время. Уже девять часов.

Не поужинав толком, она, должно быть, съела лишь половину сэндвича, заказанного через обслуживание номеров, и, ожидая видео, которое загрузит Чхве Дэ Сик, видимо, уснула.

Бесшумно ступая, Хи Дэ сел на диван. Тихо приводя в порядок раскиданные Ён Со документы, он мельком взглянул на нее снова.

Поза казалась неудобной, но она спала крепким сном. Сердце сжалось от жалости при мысли о том, насколько она устала, раз уснула в такой напряженной позе.

Хи Дэ, скрестив руки на груди, откинулся на спинку дивана. И долго смотрел на нее спящую.

«Давно не видел, как ты спишь…»

В те времена Сим Ён Со, не уступавшая первое место в школе, училась, даже урывая время ото сна. Это было не просто усердие, это было исступление.

«Она не выпускала книгу из рук ни пока ела обед, ни даже в автобусе по дороге домой.

И так, сама того не замечая, засыпала. И когда твое клюющее носом лицо касалось моего плеча, я радовался и был счастлив, словно получил весь мир».

Намереваясь отогнать воспоминания, Хи Дэ потер лицо и выдохнул. Затем, успокоив дыхание, снова посмотрел на нее.

Тихое, протяжное дыхание. Слегка приоткрытые губы.

— Хорошо спишь. Сим Ён Со.

«Некоторые вещи так отчетливы, будто случились вчера.

А некоторые — настолько далеки, что кажутся никогда не происходившими.

Прошлое и настоящее непрерывно переплетались, затуманивая мысли. У нас, хоть мы и изменились внешне, есть неизменная история…

И на миг я снова стал тем влюбленным восемнадцатилетним парнем, который знал и смотрел только на тебя».

Пока он тихо смотрел на нее, погруженный в мысли, Ён Со вздрогнула. Вздрогнув в ответ, Хи Дэ расцепил руки и встал.

Принеся из спальни свой кардиган, он заботливо укрыл им Ён Со. Наверное, она вздрогнула, потому что ей стало холодно.

После того как он укрыл ее кардиганом, спустя мгновение ее дыхание снова стало ровным.

Опустившись на одно колено, он разглядывал Ён Со вблизи. Длинные ресницы, гладкая переносица, ровный желобок над губой, пухлые губы.

Словно обводя кончиками пальцев контуры ее лица. Когда кончики пальцев, зависшие в воздухе, обвели губы, он замер от желания коснуться их, но, словно борясь с искушением, крепко сжал руку в кулак.

— Я ведь и правда тебя очень любил. Знаешь ли ты? — прошептал он очень тихим голосом. — Ты ведь была всем для меня. Ты.

«Наверное, не знаешь. Раз не знала, так легко и отвернулась».

Хи Дэ долго смотрел снизу вверх на лицо Ён Со, а затем поднялся. Не желая тревожить ее сладкий сон, он взял документы и тихо читал их.

Спустя какое-то время тело Ён Со медленно наклонилось, и она с глухим стуком упала на диван. Подумав, что она во сне ищет удобную позу, Хи Дэ усмехнулся и снова перевел взгляд на документы.

«Не просыпайся... Пожалуйста, не просыпайся».

Всё равно ведь наступит утро.

Дошло ли до нее его желание? Одурманенная лекарством от простуды, Ён Со крепко закрыла глаза, словно желая смыть накопившуюся усталость, и погрузилась в глубокий сон, будто все ее чувствительные нервы были парализованы.

Когда она снова открыла глаза, было восемь утра.

И находилась она в главной спальне президентского люкса.

* * *

— Ой, давно не виделись, матушка?

Джин Хва, выбравшаяся на тренировочную площадку для гольфа, обернулась. Увидев стоявшего позади Мин Ука, школьного товарища сына, Джин Хва удивленно подняла брови.

— Ты тоже ходишь на эту площадку?

— Да. Говорят, сейчас это популярное место, вот я и перешел, наверное, слухи пошли, потому что вы сюда ходите. — Когда Мин Ук ответил, Джин Хва снова отвела взгляд. Мин Ук был школьным товарищем ее сына Хи Дэ, но Джин Хве он не нравился.

Мин Ук еще со средней школы водился с сигаретами и алкоголем и доставлял проблемы. Поскольку их родители были немного знакомы, ей приходилось лишь наблюдать, но ей совершенно не нравилось, что Мин Ук, даже повзрослев, таскается за ее сыном Хи Дэ.

— Как поживает отец?

И вот так.

— А. Зря спросил. Наверное, и матушка не знает. — Его развязный и странно колкий тон раздражал.

— Кстати, матушка. Получили клюшки для гольфа? Те, новые, что я вам недавно отправил. — Мин Ук, окинув взглядом клюшки Джин Хвы, спросил. Тогда Джин Хва, разминая плечи, сухо ответила:

— Если спрашиваешь, получила ли — то получила. Но не пользуюсь.

— Почему же, попробуй. В этот раз клюшки отлично вышли. И дальность удара увеличилась.

— Я и сама собиралась сказать: впредь не присылай подобное. И девать некуда, и мне совершенно не нравится получать что-то от чужих людей без причины.

— Эй, какие же мы чужие. Обидно слышать, правда. — Когда Мин Ук пробормотал это, Джин Хва пристально посмотрела на него.

— Кстати, ты сейчас мне тыкаешь или выкаешь?

— А?..

— Думала, у тебя только мозгов для учебы нет, а оказывается, еще и манер?

— Извините. Просто вы мне так близки, вот и вырвалось само собой.

Когда Мин Ук, стерев улыбку, тут же извинился, Джин Хва отвела взгляд. Запах сигарет, исходивший от Мин Ука с самого утра, так сильно раздражал.

— Не ненавидьте меня так сильно, матушка. Я доставлял проблемы только в подростковом возрасте, сейчас я не такой. Я повзрослел. Правда.

— Я еще ни разу не видела человека, который бы повзрослел и говорил об этом сам.

— Эй, раз я повзрослел, то и подарки вам на каждый день рождения отправляю, и на праздники отправляю, да и вообще без повода отправляю.

— Вот именно. Вежливости нужно было в детстве учиться. Взрослым учиться тяжело. И денег стоит. — Джин Хва, выбирая клюшку, бросила на Мин Ука быстрый взгляд.

— Ничего мне не присылай, и не ходи постоянно в компанию к нашему Хи Дэ, пока он работает. Это у тебя работа — есть и по мячу бить, а наш исполнительный директор Юн не такой бездельник, как ты.

— ...

— И вообще, секретари Хи Дэ — не твои секретари и не твоя прислуга, где ты набрался таких манер? Указывать секретарям, чтобы они доставили клюшки. Я и без того хотела тебе сказать при встрече. Чтобы не делал так.

Когда Джин Хва отчитала его за то, что он заставил секретарей лично доставлять клюшки, Мин Ук тяжело выдохнул.

— В общем, я сказала. Не приходи к Хи Дэ в офис. И наш Хи Дэ теперь должен жениться, он занят, так что не соблазняй его постоянно развлекаться.

«Ха, реально. Эта тетка из-за пустяка так отчитывает человека».

— В общем, иди. Приветствий достаточно. В следующий раз можешь пропустить.

— Матушка. Хи Дэ теперь женится? Значит, в итоге на ней женится. Да? Наконец-то. Так ведь?

— На ней?

Джин Хва всем телом развернулась и посмотрела на Мин Ука.

— На ком это? О ком ты сейчас говоришь? — Вместо ответа Мин Ук, притворившись удивленным, широко раскрыл глаза.

Глава 20