Ветер, гуляющий в пустоте

[Ён У. Ты хорошо питаешься? Ничего не случилось?]

[Сегодня дождь. Носи с собой зонт в сумке.]

[Твоя мама скоро выходит на работу. Её ноге стало лучше.]

[Сезон дождей, льет сильно. Не слоняйся без дела.]

Проверив сообщения от управляющей Мун, Ён У опустила телефон.

После того как Ён У покинула Доменджэ, управляющая Мун изредка присылала сообщения. В них не было ничего особенного. Новости о Доменджэ, вопросы о том, поела ли она, или предупреждения о сезоне дождей.

Вспомнив слова управляющей Мун о том, что можно не отвечать, если не хочется, Ён У лишь вертела телефон в руках. Она подумала, может, отправить короткий ответ, но, если ответит, разговор может затянуться, а тогда ей, вероятно, захочется услышать голос управляющей.

А там станет любопытно, как дела у старшей коллеги Ын Чжи, и в итоге захочется узнать о том, чего знать не следует.

Подвигав пальцами по экрану, она убрала телефон в карман. И безучастно посмотрела в окно.

— Сезон дождей...

Незаметно пролетел целый месяц. Покинув Доменджэ, Ён У вскоре вернулась в Сеул и снова сняла жилье недалеко от района, где жила раньше.

Переезжая, она подала резюме в небольшую строительную компанию. Это был офис с высокой текучестью кадров, так как льгот для сотрудников там почти не было; на собеседовании Ён У сразу утвердили, и она вышла на работу со следующего дня.

Трудолюбивая по натуре, Ён У приходила раньше других и чисто убирала неопрятный офис. Она воткнула удобрения в растения, бывшие на грани гибели, нашла их названия в интернете и составила график полива.

В компании, включая директора, было восемь сотрудников. Там Ён У занималась бухгалтерией и ведением книг, а также приводила в порядок сметы, которыми обменивались с подрядчиками.

Незнакомые люди, незнакомая обстановка — вокруг всё было чужим, но Ён У это было даже удобнее. Люди, которые ничего о ней не знали, пока она сама молчала; реальность, где нужно было просто выполнять свою работу, была не так уж плоха.

— А, мне на выезд, а дождь льет как из ведра.

Ён У безучастно смотрела в окно, когда начальник отдела, сидевший напротив, пробормотал это. Поняв, что на мгновение отключилась, Ён У перевела взгляд на компьютер.

[Исполнительный директор женится в конце сезона дождей. Знай это.]

В голове уже царил хаос. Новость о Сон Хоне, который женится в конце сезона дождей, всплыла в памяти, и на душе стало тяжело.

Как бы она ни начинала новую жизнь, как бы ни закапывалась в новых людях и новой работе, это не тускнело. Тот лик, те прикосновения, тот голос — ничто не стиралось, каждый раз всплывая в памяти ярко и живо.

Он всё еще жил внутри неё. Настолько, что не верилось, что они в разлуке уже месяц.

— Ён У, вы взяли зонт?

Ён У подняла голову. Это спросил начальник отдела, который был занят сборами на выезд.

— А, да. Взяла.

— Говорят, вечером будет сильный ветер, так что будьте осторожнее по пути домой. В метро, наверное, будет много людей.

— Ничего страшного. В час пик их всегда много. Будьте осторожны за рулем на мокрой дороге.

— Да-да. Чеки для отчета о расходах и журнал использования корпоративного автомобиля я отдам вам сразу за неделю. Так удобнее.

— Отдавайте как вам удобно.

Начальник, взяв пиджак и портфель, вышел из-за стола. Ён У щелкала мышкой, просматривая файлы, когда начальник подошел к ней и положил на стол сэндвич.

Ён У заметила это и подняла голову, а начальник, надевая пиджак, сказал:

— Купил себе поесть, но, как видите, внезапный выезд. Ён У, вы, кажется, не обедаете, так что съешьте.

— А...

Ён У замялась. На мгновение вспомнив Чха Юн Сока, Ён У слегка отодвинула сэндвич.

— Спасибо, но я не голодна. Не думаю, что смогу съесть.

— А, да-да. Ну тогда я съем по дороге.

— Спасибо.

Начальник забрал сэндвич обратно с неловким выражением лица. Ён У сделала глубокий вдох и снова посмотрела в монитор.

Вернувшийся Сеул не изменился, но изменилась она…

— Чжи Ён У, проверь материалы, которые я сейчас отправил, до трех часов.

— Да, господин директор. Отвечу до трех.

Она навсегда потеряла улыбку и одновременно наглухо закрыла двери своего сердца.

Она полностью оставила надежду вернуть прежнюю себя, ту, что часто смеялась и радовалась мелочам.

История потери его стала достаточной причиной для этого.

* * *

— Да, мам, тебя выписали нормально?

Ён У вернулась домой, прорвавшись сквозь проливной дождь. Оставив в прихожей раскрытый зонт, с которого капала вода, Ён У начала разговор с мамой по телефону.

Маму выписали сегодня. Она еще не выздоровела окончательно, но состояние позволяло вести повседневную жизнь, а остальное можно было лечить амбулаторно. Благодаря упорной физиотерапии и реабилитации спина стала лучше.

В конце короткого разговора мама сказала, что после этих выходных вернется в Доменджэ. Услышав, что у мамы всё тело зудит от желания работать, Ён У тихо рассмеялась.

Она подумала, что это действительно счастье — что маме есть куда вернуться, что она может оберегать Доменджэ, без которого жить не может.

Сказав маме пораньше ложиться отдыхать, она повесила трубку. Стоило опустить телефон, как мгновенно наступила тишина, и только звук дождя, яростно стучащего в окно, сотрясал грудь.

Даже с включенным светом было темнее обычного. Дождь и ветер были настолько грубыми и яростными, что окна дребезжали, а вспыхивающие время от времени молнии лишь усиливали эту унылую атмосферу.

Сняв отсыревшую одежду и умывшись, Ён У села за туалетный столик. С безжизненным лицом она механически наносила лосьон, похлопывая по коже. Ей были неприятны непрекращающиеся гром и молнии, поэтому Ён У впервые за долгое время включила телевизор.

Новости были полны сообщений о фронте сезона дождей. Слушая о том, что в нескольких городах выпало рекордное за пятьдесят лет количество осадков и есть пострадавшие, Ён У развернулась к телевизору всем телом, когда речь зашла об уезде Моксан.

Сообщалось, что из-за сильного ливня и ветра множится ущерб. Она внимательно смотрела репортаж, и когда показали кадры затопления рынка, который она когда-то посещала с управляющей Мун, её глаза широко распахнулись.

— В Доменджэ всё в порядке?

Обеспокоенная, она взяла телефон. Естественным движением нашла номер управляющей Мун, но тут же опустила руку.

Она пристально посмотрела на номер, сохраненный как [Управляющая Мун], и покачала головой. Если она бездумно нажмет кнопку вызова, если бездумно спросит, как дела в Доменджэ, то явно не сможет остановиться на этом и продолжит разговор.

Она не хотела сообщать управляющей Мун, где и как она живет. Управляющая Мун казалась единственным связующим звеном с Сон Хоном.

Поэтому не было нужды специально сообщать о себе. Добавление секрета, которым нельзя поделиться, между управляющей Мун и Сон Хоном, лишь создало бы неудобства для самой управляющей.

Управляющей Мун было лучше не знать, где она и чем занимается. Никого не хотелось мучить, поэтому Ён У считала, что жить так, словно испарилась, — это лучший путь для всех.

— Всё должно быть в порядке... Мама ведь ничего не сказала.

С Доменджэ всё будет хорошо. Если бы в Доменджэ что-то случилось, мама, с которой она только что говорила, не рассуждала бы так беспечно о выходе на работу на следующей неделе.

После долгого вздоха Ён У подняла взгляд. С растерянным лицом, забыв, нанесла она лосьон до конца или нет, она в итоге встала с места.

Встала по привычке, но совершенно не знала, что делать, как убить время до наступления утра, поэтому присела на край матраса.

В новостях всё еще говорили о сезоне дождей.

— Сезон дождей. Ненавижу...

Невольно пробормотав это, она рухнула на кровать.

[Исполнительный директор женится в конце сезона дождей. Знай это.]

Она хотела, чтобы сезон дождей не наступал. Чтобы дождь не шел долго. Нет, чтобы жить в засушливом сезоне до самой смерти.

Ён У, лежавшая на кровати, снова приподнялась, открыла ящик прикроватного столика и достала его визитку.

「Нам Сон Хон」

Она погладила визитку так, словно это было его лицо. Странное дело, ведь она решила забыть. Собиралась забыть.

Почему же с каждым днем всё становится только отчетливее? Почему множатся только те воспоминания, которые невозможно забыть?

[Исполнительный директор женится в конце сезона дождей. Знай это.]

— Сезон дождей... Хочу, чтобы он не заканчивался.....

Раз уж дождь идет, пусть бы он не прекращался. Конец сезона дождей — хочу, чтобы он не наступал.

Грох-бабах!

Молния сверкнула, словно ударила по щеке, и сразу за ней прогремел гром, похожий на крик разгневанного бога. Ён У провела долгую ночь, бережно поглаживая его визитку.

— Я скучаю...

Просто, просто вспомнила.

Потому что идет дождь, потому что погода скверная, потому что ночь темная и длинная.

На мгновение вспомнила кое-кого. Просто кого-то, кто прошел мимо в жизни.

— Я скучаю по тебе…

Нет, моего «кого-то», кто забрал мою жизнь целиком.

* * *

Сон Хон, отсутствовавший около десяти дней из-за командировки, впервые за долгое время закончил сборы на работу в Унсондане. Дождь, капающий с карниза, не прекращался уже несколько дней, и Сон Хон, раскрыв качественный черный зонт, зашагал к главному зданию.

Он прошел мимо главного здания, но управляющая Мун вышла следом. Сон Хон слегка поднял руку, показывая, что провожать не нужно, но управляющая молча шла позади.

— Исполнительный директор постоянно пропускает приемы пищи, что же делать.

— Я хорошо ел в командировке. Не беспокойтесь.

Это была ложь. Осунувшееся за время разлуки лицо Сон Хона говорило об обратном.

— Эм, дату свадьбы назначили. Сначала проведут традиционную свадьбу в Доменджэ.

Управляющая Мун вставила слово, но Сон Хон шел, не отвечая. Он уже знал этот факт.

— Из того дома сказали, что приедут в Доменджэ еще раз. Хотят подогнать свадебные наряды и изучить свадебный этикет, надо же.

Все неприятные и жесткие слова приходилось выслушивать управляющей Мун. Юн Ён не связывалась с Сон Хоном напрямую, а передавала всё через управляющую.

Сон Хон лишь слушал, выражая молчаливое согласие. Казалось, ему было всё равно, будь что будет.

— Мама Ён У выходит на работу со следующей недели.

Впервые шаги Сон Хона остановились. Следовавшая за ним управляющая Мун тоже остановилась.

— Я сказала ей выходить, если сможет, но, если вам, исполнительный директор, совсем неудобно, можно немного отложить выход...

— Скажите ей выходить. Не имеет значения.

— Да, директор.

Казалось, и здесь ему было всё равно.

На руке Сон Хона, сжимавшей портфель, было множество мелких ран. Казалось, они не успевали заживать, и управляющая Мун, подумав, что это отражение души Сон Хона, снова заговорила.

— Ён У ушла вот так, и от нее нет вестей, вам не любопытно?

Внезапно дождь усилился. Стоя под проливным дождем, управляющая Мун смотрела на Сон Хона.

— Может, мне узнать, где сейчас Ён У?

Было отчетливо видно, как дернулся кадык Сон Хона. Сон Хон, стоявший на месте и закрывавшийся зонтом от льющего как из ведра дождя, спустя мгновение разомкнул губы.

Голос был абсолютно отрешенным, словно он уже вышел за пределы реальности.

— Нет. Всё нормально. Оставьте это.

Управляющая Мун медленно закрыла и открыла глаза.

Глава 81