Встреча выпускников средней школы

Шесть часов вечера. В главном здании Доменджэ впервые за долгое время было людно. Это началось со встречи выпускников, которую организовал Хён Ук.

Хён Ук, который уехал из Доменджэ с одной камерой и о котором несколько дней не было ни слуху ни духу, вернулся вовремя, и около десяти его одноклассников по средней школе собрались вместе спустя долгое время.

Сотрудники главного здания подавали блюда, приготовленные с большим мастерством. Традиционные блюда, которые издревле украшали праздничные столы семьи Нам, сильно отличавшиеся от дешевых закусок в местных барах, заполнили широкий стол.

Управляющая Мун подала вино из сосновых игл — один из трех главных напитков Доменджэ, который настаивали долгое время. Это вино с характерным свежим ароматом сосны прекрасно сочеталось с мясом и другими закусками, и долгие годы украшало пиры семьи Нам.

— Ого, Хён Ук, благодаря тебе я пробую такое дорогое вино.

— Закуски просто сумасшедшие. А это вино что такое? Запах потрясающий.

Одноклассники наперебой высказывали свое восхищение. Традиционные вина Доменджэ умели делать только управляющая Мун и Ын Чжа, и поскольку они не продавались в магазинах, это казалось чем-то особенным.

Говоря, что нужно есть, пока есть возможность, одноклассники с энтузиазмом поглощали еду и напитки. Глядя на управляющую Мун, которая подкладывала новые закуски еще до того, как тарелки пустели, один из одноклассников поднял голову.

— Управляющая. А кроме нас, сегодня есть еще гости?

— Нет.

— Судя по количеству, кажется, что приглашено всё население страны. Закуски не кончаются.

Управляющая Мун, притворно отнекиваясь, впервые за долгое время улыбнулась.

— Ешьте на здоровье. Вы гости Доменджэ, к тому же одноклассники нашего молодого господина Хён Ука, нельзя же вас плохо принять.

О... Молодой господин...

Со всех сторон послышалось подшучивание. Хён Ук, прикусив губу, поднял рюмку.

— Если будете дразнить, выплюньте всё, что запихнули в желудки, и тогда начинайте.

— Да, вот это я понимаю — «золотая ложка». Завидую. Если родиться заново, то только тобой, знай это.

После слов одноклассника Хён Ук отхлебнул вина.

— Ну, попробуй. Родиться «золотой ложкой» не так-то просто. Родиться может каждый, но не каждый может родиться мной. Так и знай.

— Ох, блин. Обидно, но возразить нечего.

— Хён Ук. Я единственный, кто тебе не завидует. Я просто хочу дружить с тобой вечно, так что даже если порвешь со всеми, со мной дружи. Мне этого достаточно.

— Со мной тоже.

— И со мной.

Реакция друзей на бокал дорогого вина была разной. Хён Ук, который редко приглашал друзей в Доменджэ, закончил разговор коротким смешком.

Это были не те друзья, которых он завел, хвастаясь своим состоянием. В Доменджэ он был сыном чеболя, но среди друзей — просто добрым и общительным парнем. Отношения не испортились бы, если бы он раскрыл свою жизнь, но и необходимости в этом не было.

И вот сегодня Хён Ук впервые показал друзьям Доменджэ. Тайное королевство уезда Моксан, куда не мог войти никто без приглашения, историческое поместье.

Для вдумчивого Хён Ука это было непростое решение.

— Кстати, а где Ён У?

— Точно. Ты же говорил, что Ён У здесь? Она опаздывает?

Хён Ук снова отхлебнул вина. Он решил собраться в Доменджэ именно потому, что здесь была Ён У.

— Похоже, Ён У не сможет прийти.

— Эй. Почему? Ты же сказал, она здесь.

— Даже ненадолго не может? Почему? Эй, организатор, Ён У не знает, что мы пришли? Я вообще-то ради нее пришел.

Организатор был в замешательстве. Он ведь растрезвонил по всей округе, что Ён У здесь.

— Ну, как бы это сказать. Ён У здесь работает.

— И что?

— Кажется, ей трудно отлучиться с работы. Она просила передать извинения.

Одноклассники сделали озадаченные лица.

— Эй, сколько сейчас времени? Скажи, что мы подождем, пусть приходит после работы. До скольки она работает?

Хён Ук вместо ответа вскинул брови.

У Ён У сегодня дежурство. Дежурство новичка — давняя традиция Доменджэ. Управляющая Мун, строго следующая принципам, вряд ли сделает поблажку, поэтому Ён У не сможет присутствовать.

Объяснять всё это было долго. Поймут ли друзья, привыкшие к обычной офисной жизни, внутренние дела Доменджэ — неизвестно, поэтому Хён Ук промолчал и налил себе вина.

Он не мог просить управляющую Мун отпустить Ён У с работы только потому, что она его одноклассница. Хён Ук, родившийся и выросший здесь, прекрасно это понимал. Место, где живы принципы, где традиции и упрямство — это всё.

Место, где решения управляющей Мун, управляющей множеством сотрудников без проблем, стоят выше закона.

— Прошу прощения.

В этот момент дверь главного здания открылась, и кто-то просунул голову; все обернулись на звук.

Большинство вскочило со стульев с удивленными лицами.

— Офигеть, Ён У!

— Эй! Чжи Ён У!

Ён У, тихонько улыбаясь в дверном проеме, смотрела на одноклассников. Удивленный Хён Ук тоже встал и, широко раскрыв глаза, поставил рюмку.

— Простите, что опоздала. Можно войти?

Одноклассники засуетились, приветствуя ее.

— Конечно! Иди сюда! Заходи, Ён У!

— А-а-а-а! Ён У пришла, Ён У! Сколько лет, сколько зим!

Сняв обувь, Ён У вошла. Хён Ук, повернув голову вслед за медленно входящей Ён У, рассмеялся.

— Как ты пришла? Говорила же, что не сможешь.

— Ну, управляющая Мун сказала идти домой. Куда мне сесть?

— А, сюда. Садись сюда, Ён У.

Это был неожиданно ранний уход Ён У с работы.

Сон Хон, вернувшись с работы, прошел мимо главного здания. Глядя на множество аккуратно расставленной обуви и слушая звонкий смех, доносившийся изнутри, он направился к Унсондану.

Управляющая Мун, ожидавшая в Унсондане, поприветствовала Сон Хона, снимающего туфли. Двор был чисто подметен, проветривание закончено.

— Вы пришли, директор.

— Да. В главном здании шумно.

— Сегодня встреча выпускников молодого господина Хён Ука.

— А. Сегодня, значит.

Видимо, Хён Ук, уезжавший на несколько дней фотографировать, вернулся. Сон Хон прошел в спальню, и управляющая Мун последовала за ним.

— Директор. Сегодня вам придется поужинать в Унсондане.

— Я не голоден. Просто сварите кофе.

— Да. Поняла.

Сон Хон снял пиджак, помыл руки и сел за чайный столик в гостиной. Управляющая Мун взяла маленькую чашку для эспрессо, встала перед кофемашиной и медленно нажала кнопки.

Кофе полился вместе с горячим паром. Насыщенный аромат наполнил комнату, и вскоре управляющая Мун принесла кофе на подносе.

— На пустой желудок будет вредно. Может, принести немного хлеба?

Сон Хон жестом отказался и взял маленькую чашку. Сделав глоток свежесваренного кофе, он почувствовал горьковатый вкус во рту. Смакуя его, он нашел, что после богатой кислинки следует приятное ореховое послевкусие.

Протерев кофемашину, управляющая Мун посмотрела на желтую сосновую пыльцу и сказала:

— Скоро пыльца перестанет лететь. В это время года она просто сводит с ума.

Это случалось каждый год. Когда пыльца перестанет лететь, Ён У, вероятно, перестанет подметать двор Унсондана; от этой мысли Сон Хон с сожалением усмехнулся.

Затем он спросил управляющую Мун:

— Кстати, управляющая Мун, давно не видел вас в Унсондане.

— Да. Я отправила новенькую на встречу выпускников, людей нет, вот я и пришла.

— А-а. Встреча выпускников.

А. Значит, она пошла на встречу.

— Говорила ей идти, а она уперлась: не пойду, не надо. Никакой гибкости.

— Вы о Чжи Ён У?

— Да. Говорю, освобожу от работы, а она ни в какую. Ох, ругательства сами вырываются перед директором.

Сон Хон невольно усмехнулся.

— Умоляла ее идти, она — нет, не могу, долго препирались, еле выпроводила. Друзья пришли, едят, а она что, работать будет?

— Вы хорошо поступили.

Вспомнился смех, доносившийся из главного здания. Вчера она много плакала, так что пусть сегодня Ён У много смеется и наслаждается весельем.

— Управляющая Мун, можете идти. Я в порядке.

— Эм, директор.

Когда управляющая Мун позвала, Сон Хон поднял голову.

— Да. Управляющая.

— У меня есть к вам небольшой разговор.

— Говорите.

Управляющая Мун вытерла руки о передник. Видимо, разговор был непростой.

Сон Хон, попивавший кофе, поставил чашку и выпрямился. Он всем видом показал, что готов слушать, и через мгновение управляющая Мун заговорила:

— Сколько вы пробудете в Доменджэ?

— Я?

— Да.

Вопрос был неожиданным. Сон Хон немного подумал и ответил:

— Сначала планировал около месяца, но теперь думаю о трех месяцах.

— Три месяца?

— Ситуация на стройке оказалась сложнее, чем я думал, потребуется время, чтобы разобраться.

Сон Хон только сейчас понял, что собирается остаться на три месяца.

— Вам неудобно, что я здесь?

— Ой, нет. Что вы. Дело не в этом, просто... в головном офисе ведь много юристов, да?

— ...

— Я подумала, если вы поедете в Сеул, может, я смогу с ними встретиться.

Брови Сон Хона дрогнули.

— У вас что-то случилось, управляющая?

— Нет, не у меня.

Управляющая Мун замахала руками.

— Просто нужно проконсультироваться по одному делу, получить совет. Ничего особенного, но знакомых нет, спросить не у кого, думала, задам пару вопросов...

— ...

— Сотрудники нашего Доменджэ, строго говоря, имеют тесную связь с группой «Солян», можно даже сказать, что мы часть «Солян». Поэтому я подумала, может, можно получить небольшую помощь...

— Это проблема сотрудника Доменджэ?

— Ой, ну, да. Не то чтобы стоило беспокоить директора, я просто хотела узнать.

Управляющая Мун, не умеющая просить, выглядела крайне смущенной. Сон Хон молча смотрел на нее, затем сцепил пальцы и склонил голову набок.

— Это касается Чжи Ён У? Вице-президент «Намсон Индастриал Девелопмент»?

— Ого, директор, откуда вы знаете?

Когда Сон Хон проницательно спросил, удивленная управляющая Мун растерялась. Только тогда Сон Хон снова отхлебнул кофе и продолжил:

— Так вышло, что узнал. Это случилось в моем офисе.

— Ох...

Управляющая Мун издала долгий вздох. В нем смешалось множество чувств.

— Боже мой, как же он извел человека, девчонка совсем высохла, вот-вот рассыплется. Что же делать.

Раз Сон Хон знал, управляющая Мун наконец открыла душу. Она строго-настрого запретила Ён У говорить об этом, а сама всю ночь искала в интернете статьи о сталкинге. Глаза болели весь день от того, что она долго смотрела в телефон через очки для чтения.

— Нельзя же вечно держать ее в Доменджэ, когда-нибудь придется выпустить, а тут эти отморозки рыщут, и так и эдак беспокойно.

— Рыщут? Кто?

— Да. Недавно я встретила тут одного жуткого типа с фотографией новенькой, спрашивал, здесь она или нет. Если бы не трусы, не знаю, что бы было.

Про трусы Сон Хон пропустил мимо ушей, поняв только первую часть; его дыхание стало глубоким. Чтобы не выдать стиснутые зубы, он глотнул кофе, максимально расслабив лицо. Вкус, казавшийся глубоким и богатым, теперь ощущался горьким, как яд.

Управляющая Мун, выложившая всё Сон Хону, выглядела озабоченной. Она так строго велела молчать, а сама доносит Сон Хону — ситуация была абсурдной.

— Я думала просто наблюдать, но боюсь, как бы чего не вышло.

— Управляющая Мун, я не знал, что вы такая сердобольная. И вмешиваться умеете, и ябедничать.

На слова Сон Хона управляющая Мун смутилась.

— Старею, наверное, или весна на меня так действует. Делаю то, чего раньше не делала. Или от Ын Чжи заразилась? Вы же знаете, она вечно везде нос сует.

— Это хорошо. Если вы не позаботитесь о сотруднике Доменджэ, то кто позаботится?

Сон Хон встал.

— Вам не нужно ехать в головной офис, управляющая. Это далеко. И в машине долго трястись.

— Да? А как же мне встретиться с юристами?

Накинув пиджак на руку, Сон Хон ответил:

— Я как раз сегодня встречался с адвокатом.

— Да? Вы, директор? Лично? Зачем?

На вопрос «зачем» Сон Хон немного подумал и коротко усмехнулся.

— Не знаю. Весна действует, наверное.

— ...

— Спасибо за кофе.

Когда Сон Хон направился в ванную, управляющая Мун лишь пошевелила губами.

Она долго смотрела в спину удаляющегося Сон Хона. Его плечи всегда выглядели надежными, а походка — уверенной.

Глава 30