Она нахмурилась из-за зубов, прикусывающих губы до боли, но это длилось лишь мгновение, и его язык яростно вторгся внутрь.

Ю Ён уставилась на него, не понимая, что происходит. Это было абсурдно. Драться, брызгая слюной от ярости, и вдруг — поцелуй.

Мы же не звери, что за...

У него крыша поехала, и он обезумел от похоти? Она не могла понять, как в такой ситуации могло возникнуть желание.

Язык, ворочающийся во рту, был грубым. Словно он не мог сдержать гнев. По сравнению с их прошлыми поцелуями, и рука, сжимающая лицо, и зубы, покусывающие нижнюю губу, были заметно жестче, так что казалось, что это не сексуальное желание, а способ выместить злость. Однако внушительный объем, ощущаемый от плотно прижатой нижней части тела, не давал Ю Ён ошибиться.

Когда его бедро раздвинуло ее ноги и вклинилось между ними, присутствие члена, готового прорваться сквозь брюки, стало еще более ощутимым. Ю Ён была в замешательстве, совершенно не понимая контекста его возбуждения. Но почему-то ее тело становилось все горячее. То ли его возбуждение передалось ей, то ли этот кусачий поцелуй все же оставался поцелуем...

Желая отрицать это, Ю Ён ударила его в грудь. Чтобы оттолкнуть. Но он одной рукой легко перехватил обе руки Ю Ён и продолжил поцелуй, похожий на грабеж.

Запястья, скованные подавляющей силой, болели так, словно вот-вот сломаются. Настолько, что хотелось сосредоточиться на удовольствии, чтобы забыть о боли.

Вместо этого Ю Ён укусила его за язык. Не до крови, а ровно настолько, чтобы остановить поцелуй.

Она видела, как исказились его правильные черты лица. Однако, даже мелко дрожа веками, он не прекратил поцелуй. Наоборот, словно требуя взять ответственность и успокоить боль, которую она причинила, он проник еще глубже. Переплетая языки, он заставлял тереться о место укуса, словно прося погладить, и крепко держал ее лицо, не давая вырваться.

То ли от нехватки воздуха, в голове помутилось. Ноги ослабели, но, как ни парадоксально, она не упала, потому что он держал ее за запястья. Мир закружился.

Гнев на него не утих. Ей все еще хотелось уколоть его, разбередить душу. Но все тело горело. Острое ощущение, которое она не могла контролировать, распространялось по нервным окончаниям по всему телу.

Она не понимала, как могут сосуществовать желание кусать и ранить и импульс безумно сплестись телами.

Может, это тоже своего рода эффект подвесного моста? Адреналин вырабатывается и при напряжении, и при возбуждении, а тело не знает разницы и путает напряжение от страха с возбуждением от любви. Если и сейчас глупое тело не может отличить возбуждение от гнева и возбуждение от похоти...

Ах, бесполезно. Она пыталась как-то оправдать происходящее, но мысли путались.

Трясущимися руками Ю Ён схватила его за воротник. Поскольку оба запястья были зажаты, это было единственное, за что она могла ухватиться. Когда она уставилась на него взглядом, полным убийственной ярости, он оторвался от губ, усмехнулся, приподняв уголок рта, и снова поцеловал. На этот раз Ю Ён тоже укусила его за губу. Это была месть за то, что он сделал ранее. Желание желанием, но это не значило, что она перестала его ненавидеть.

Когда она со злостью укусила его за нижнюю губу, он не стал терпеть молча, а вырвался и укусил ее за верхнюю. Ю Ён тут же отвернула голову, увернулась и впилась зубами в его губу.

Так, не уступая друг другу ни на дюйм, они натыкались на мебель, прижимались к стене, сталкивали вещи со стола, уронили ночник с прикроватной тумбочки на пол, и когда добрались до кровати, Ю Ён уже наполовину выбилась из сил и тяжело дышала.

Он был в том же состоянии. Учитывая его обычную выносливость, он не мог так устать от этого, но его широкая грудь тяжело вздымалась. Из-за покрасневших от лопнувших капилляров белков глаз он казался чем-то иным, нежели человек, и от этого по спине пробегал холодок.

В следующий момент он, как кусающая собака, укусил Ю Ён за щеку.

— Ай!

Разозлившись от острой боли, Ю Ён, не желая уступать, вонзила зубы ему в шею. Когда она укусила шею, на которой было видно, как пульсирует жилка, он издал звук — не то стон, не то вздох — и грубо расстегнул пуговицы рубашки. А когда они не поддались сразу, просто сорвал их силой и отшвырнул рубашку.

Пока она тупо смотрела на его дергающийся торс с рельефными, как ущелья, мышцами, он расстегнул пряжку брюк. Спустив брюки ровно настолько, чтобы обнажить член, он развел ноги Ю Ён и, поставив ладонь ребром, с чавкающим звуком надавил на щель и потер.

— Ах.

Острая боль от трения кожи о кожу, смешанная с пронзительным удовольствием, сбила Ю Ён с толку. Почему даже это воспринимается как удовольствие?

В этот момент он резко ввел средний палец внутрь. Хотя это был всего один палец, из-за его длины и толщины было тесно. Ю Ён стиснула зубы и уставилась на него. Кусать или царапать было слишком далеко. Когда она подняла ногу, чтобы пнуть его, он, словно призрак, заметил это, перехватил ногу, прижал ее и предупредил жутким голосом:

— Лучше расслабьтесь. Иначе больно будет только вам, Ю Ён.

И начал двигать пальцем. Ю Ён пыталась расслабить тело под безжалостными толчками пальца. Как он и сказал, сопротивление принесло бы боль только ей.

Это было совершенно не похоже на то, как он нежно подготавливал ее ртом в прошлый раз. Палец входил грубо и без колебаний. Ведь возбуждена была не только Ю Ён. Он двигал рукой с такой силой, что вены на предплечье вздулись, и казалось, что трясется даже голова.

Ю Ён еще несколько раз дернула ногами, но все попытки пнуть его были пресечены его рефлексами. Тем временем количество пальцев, проникающих внутрь, увеличилось с одного до двух, с двух до трех. Когда их стало четыре, ноги Ю Ён окончательно ослабели, и она не могла делать ничего, кроме слабых подергиваний.

Каждый раз, когда пальцы входили и выходили, раздавался хлюпающий звук и брызгала смазка. Вытащив четыре пальца из полностью расслабленного лона, он слизал липкую жидкость, стекшую до запястья. Затем потерся своим членом о мокрую промежность, смазывая его, и вошел одним мощным толчком. До конца.

Это было не постепенное проникновение, дающее время привыкнуть, а агрессивное вторжение до самого основания с самого начала, и Ю Ён испытала шок, словно мозг плавился. Перед глазами все побелело, как от удара молнии, и казалось, что тело разрывается пополам. И пронзительная дрожь, похожая на удар током в сердце, настолько сильная, что казалась насилием.

Пока она беспомощно дрожала, не зная, что делать, он начал двигаться. С силой, несравнимой с той, что была во время прелюдии пальцами.

Ю Ён забилась в конвульсиях.

В безумной тряске в поле зрения вдруг попал его силуэт, нависающий сверху. Ю Ён впилась ногтями и начала беспорядочно царапать его плечи.

У нее не было сил даже разглядеть выражение его лица. Это был поступок, продиктованный извращенной логикой: раз со мной так грубо обращаются, пусть и он получит, пусть ему тоже будет больно. И все же в силе толчков его бедер не было никаких изменений, что даже злило.

Разозлившись на то, что ее односторонне используют, Ю Ён схватила его за шею. В тот момент, когда она почувствовала упругую пульсацию под ладонью и вздрогнула, он прошептал:

— Каково это — держать мою жизнь в своих руках, ха-а, а?

Эти слова мгновенно привели ее в чувство.

Что я сейчас делаю?

Собираюсь задушить этого мужчину?

Есть вещи, которые нельзя делать, как бы ты ни был зол.

Ю Ён поспешно убрала руки с его шеи, но не успела сделать что-то еще, как он поцеловал ее. Это был жестокий поцелуй, но Ю Ён, наполовину ошарашенная своим поступком, приняла его беззащитно. Остывшее тело тут же снова вспыхнуло.

От головокружительного удовольствия, словно плавящего нейронные связи мозга, Ю Ён снова повисла на нем, царапая ногтями предплечья и широкую спину. Вскоре пик наслаждения вскружил голову, и все рассыпалось вдребезги.

Открыв глаза, Ю Ён нахмурилась из-за полной темноты.

Ночник не включен?

Протянув руку и пошарив по тумбочке, Ю Ён поняла, что ночника нет, и приподнялась. Из-за отсутствия света было плохо видно, но на полу смутно угадывались очертания предмета, похожего на ночник.

Осторожно выбравшись из-под одеяла, Ю Ён протянула руку. На ощупь это действительно был ночник. Подняв его, поставив на место на тумбочку и включив, она наполнила комнату мягким светом.

С облегчением собираясь вернуться в кровать, Ю Ён замерла, увидев лежащего Лиама Шеннона. Он лежал на боку, спиной к ней. От лопаток до предплечий она была испещрена красными следами. Присмотревшись, она увидела даже корочки запекшейся крови.

Это я его так отделала?

Ю Ён молча ужаснулась результату, открывшемуся в свете ночника. С другой стороны, у самой Ю Ён, кроме ноющей боли между ног, ничего особо не болело. Потрогав места, которые он кусал, она обнаружила, что кожа там гладкая, никаких корочек. Значит, несмотря на боль, следов он не оставил.

Эта разительная разница смутила Ю Ён. Даже обезумев настолько, что глаза налились кровью, он не причинил вреда Ю Ён...

К тому же начисто вымыл и одел...

Перебирая край одежды, Ю Ён с этой мыслью вздрогнула и посмотрела на свое тело.

На ней было тонкое платье.

Глава 81