Самой от своих слов стало противно, хотелось откусить себе язык. «Муженек». Кто бы мог подумать, что наступит день, когда она назовет его так. Но раскаяние длилось недолго. Увидев лицо мужчины, она поняла, что на этот раз сделала выигрышный ход.

Мужчина, который еще мгновение назад смотрел так, словно готов сломать ей лодыжки, теперь застыл с лицом идиота. Казалось, он сломался. Деревенский дурачок, которого она как-то видела, выглядел точно так же...

Это было смешно, и она смотрела на него, пока не заметила, что мочки его ушей краснеют. Она присмотрелась — покраснели даже ушные раковины. Это уже выходило за рамки нормы, и она заподозрила, что у него поднялась температура, но тут он, скрипя как несмазанная дверь, подошел к ней. А затем опустился на одно колено и повернулся спиной. Приглашая залезть к нему на спину.

Когда она сбежала в первый раз, мужчина, поймав её, спросил: «Понравилась ли прогулка?». Словно все её усилия, дни, когда она бежала, рискуя жизнью, были ничтожны.

Во второй раз было то же самое. Он не разозлился и не наказал её, но полностью проигнорировал её желание уйти от него, которое заставило её сбежать снова. И вот, в третий раз, когда он мог бы уже сдаться, он все равно погнался за ней...

Глядя на беззащитно открытую широкую спину и шею, она представила, как достает кинжал из-за пазухи и вонзает его.

Вспомнилась госпожа. Она не считала, что убила госпожу. Она лишь попросила о помощи, а повеситься — это был выбор госпожи. Но если бы она не попросила помощи, госпожа бы не повесилась... И этот мужчина не потерял бы мать.

Жажда убийства дрогнула. Охваченная человеческим чувством вины, она послушно забралась мужчине на спину. Когда она ухватилась за его плечи, то почувствовала, как его и без того твердое тело напряглось еще сильнее.

«Лучше обнимите меня за шею, жена…»

Даже говоря это, он запинался. Голос сорвался на середине фразы. Стыдясь своей ошибки, он неловко откашлялся.

Его вид был настолько жалким, что она не сдержала смешка. Точнее, насмешки. Но, видимо, её дыхание пощекотало шею мужчины: он вздрогнул.

С виду — хоть ножом режь, и капли крови не прольет, а на деле неожиданно чувствителен. Впрочем, и в постели он был таким. Она не видела, как ведут себя другие мужчины во время секса, но сомневалась, что многие из них плачут в процессе.

Чтобы пощекотать его еще сильнее, она медленно обняла его за шею. Мужчина не издал жалкого стона, но его тело мелко задрожало.

То, что мужчина, который не дрогнул бы и в лютый мороз, так реагировал на каждое её незначительное движение, вызывало у неё странное торжество.

Нарочно приблизив губы к его уху, она прошептала:

«Спасибо».

До сих пор ничто не шло так, как она хотела. Но этот мужчина... возможно, с ним все получится по-её.

* * *

Ю Ён приложила руку ко лбу. Даже во сне ей было стыдно.

Я что, роковая женщина?..

Моменты, когда та женщина пыталась соблазнить мужчину, были для Ю Ён самыми невыносимыми. Её накрывал стыд за чужие действия. Было странно, что этот мужчина каждый раз велся на её неуклюжие уловки. В этой жизни, да и в следующей, наверное, не будет такого легкого и слепого мужчины...

Проведя сухими ладонями по лицу, Ю Ён намеренно прервала мысли. Зацикливаться на снах, реальность которых даже не доказана, достаточно и с закрытыми глазами. С открытыми глазами нужно жить в реальности.

Ли Ён проснулась?

Судя по часам, обычно она уже вставала. Но если они с Лиамом Шенноном провели ночь вместе и поздно легли, она могла еще спать. Может, они все еще в одной постели... Ю Ён отбросила мысль пойти к Ли Ён. Зачем идти и, возможно, увидеть то, чего не следует? Пусть Ли Ён сама придет похвастаться.

По привычке она достала записку Дэйва Сока из чехла телефона, но расшифровать её не удалось. Спрятав записку обратно, Ю Ён открыла книгу. Вчера после ужина она взяла в библиотеке несколько детективов. В надежде, что это поможет разгадать шифр.

Читая в основном про предсмертные послания и расшифровку кодов, она очнулась, когда прошло уже много времени.

Все еще не встала? Во сколько же они легли...

В итоге к завтраку Ли Ён так и не пришла. Гадая, не решила ли сестра отоспаться до самого обеда, Ю Ён пошла в столовую и, к своему удивлению, обнаружила там только Лиама Шеннона. Такое было впервые, и Ю Ён не могла не спросить:

— Доброе утро. А где сестра?..

— Ли Ён неважно себя чувствует, она сказала, что спустится позже.

— Что? Почему...

Ю Ён хотела спросить о причине, но сама догадалась и поспешно закрыла рот. К счастью, Лиам Шеннон счел это не вопросом, а мыслями вслух, и пропустил мимо ушей.

Глядя на накрытый стол, Ю Ён сменила тему.

— Подождем сестру?

— В этом нет особого смысла. Сидеть перед едой и молиться духам предков — только еда остынет и станет невкусной.

Услышав от иностранца про поминальные обряды, Ю Ён почувствовала сильный диссонанс. Насколько хорошо этот мужчина знает корейский? Можно поверить, что он прожил в Корее всю жизнь.

Видимо, это были не пустые слова, так как Лиам Шеннон тут же взялся за приборы. Он был холоден. Или, лучше сказать, рационален? Но Ю Ён предпочла бы, чтобы он предложил подождать. От одной мысли о том, чтобы есть с ним наедине без Ли Ён, у неё сводило желудок.

Во время еды Ю Ён обычно была наполовину невидимкой. Ли Ён и Лиам Шеннон разговаривали между собой, а Ю Ён иногда отвечала на их вопросы. Бывало, что она не произносила ни слова за весь обед. Но вдвоем так не получится.

Если Лиам Шеннон заговорит, Ю Ён придется отвечать, а если не заговорит — придется есть в тишине. И то, и другое неудобно, но что хуже...

— Вам понравился последний подарок?

Он заговорил.

Неожиданная атака на мгновение парализовала мозг Ю Ён. Замерев с куском хлеба в руке, она перебирала варианты ответов. Их было много, но она выбрала вопрос, который мог помочь понять его намерения.

— Почему вы мне это подарили?..

— Почему.

Приподняв бровь, он пояснил:

— О таких грандиозных вещах я не думал. Подарки дарят, когда хочется.

— Так почему вам вдруг захотелось сделать мне подарок?

Потому что она помогла с кольцом для Ли Ён?

Если он так ответит, Ю Ён собиралась возразить, что награда слишком велика по сравнению с её вкладом. Но его ответ полностью выходил за рамки её ожиданий.

— Потому что оно вам подходит.

Потеряв дар речи, Ю Ён с опозданием переспросила:

— Что это знач...

— Когда находишь на полу кусочек пазла, хочется поднять его и вернуть на место, верно? Туда, где он должен быть, где он смотрится лучше всего.

Глядя на неё спокойными серыми глазами, он невозмутимо продолжил:

— С таким чувством не нужно ничего усложнять. Иногда хочется купить вещь, которая, как мне кажется, подойдет знакомому, а мы с вами не просто знакомые.

На красивом лице появилась очаровательная улыбка.

— Мы скоро станем семьей.

Ю Ён не хотела произносить банальные комплименты о том, как ослепительна его красота. В этом не было ничего нового. Она не впервые видела лицо этого мужчины. Но его слова вызвали у неё жуть: не было ли это еще одним проявлением его стремления к контролю?

Он человек, который не успокоится, пока не вставит кусочек пазла в место, которое сам определил. Но что будет, если он попытается силой впихнуть неподходящий кусок в неверное отверстие? Иногда он кажется сияющим богом солнца или меланхоличным богом тьмы, но на самом деле он не всемогущее божество, а всего лишь человек, который может ошибаться.

— Видимо, вы очень добры к своей семье…

— Это добродетель мужчины.

Несмотря на то, что по интонации он должен был понять, что это не комплимент, он невозмутимо согласился. И даже нагло добавил:

— Став моей семьей, вы не пожалеете.

— Вы же говорили, что вы маньяк контроля.

Ответив так, Ю Ён пожалела. Надо было промолчать и лишь мысленно съязвить: «Как можно не пожалеть, связавшись с маньяком контроля?». Почему-то перед этим мужчиной она постоянно совершала ошибки.

— Хотите, я расскажу вам, как избежать моего контроля, Ю Ён?

Держа нож для масла, он небрежно ответил на свой же вопрос.

— Нужно начать контролировать меня до того, как я начну контролировать вас.

Пока Ю Ён ошеломленно осмысливала эту «чудесную логику», ничем не отличающуюся от утверждения «чтобы собака не укусила, укуси её первой», он продолжил:

— Кстати, я думаю, было бы неплохо, если бы хоть один человек меня контролировал. Как вам такое предложение?

Глава 45