— Ху-у...

Уткнувшись лицом в плечо А Хён, Хэ Джун, чувствуя глубокое послевкусие после семяизвержения, снова поцеловал её белую кожу. Слегка покусывая и глубоко всасывая плоть, Хэ Джун обнял А Хён за талию и ещё немного задержался внутри неё, всё ещё подрагивающей. Отделяя прилипшие к щеке А Хён пряди волос одну за другой, он коротко поцеловал её в щёку.

— Мин А Хён.

Начав со щеки А Хён, он продолжил поцелуи до мочки уха и прошептал:

— Расслабься.

— Ах, — А Хён резко вскрикнула и схватила Хэ Джуна за руку, но даже так напряжение внутренних стенок не спало. Влагалище, сжавшееся так туго, словно не желая выпускать его, было достаточно, чтобы член Хэ Джуна снова встал.

— Если хочешь ещё раз, давай ещё.

— Н-нет!

К ней уже вернулся рассудок, и А Хён поспешно замотала головой, отодвигаясь назад. Однако сразу лечь на пол она не смогла, потому что Хэ Джун потянул её на себя.

— Хм-м.

Издав носовой звук, он развернул А Хён и заставил её наклониться к полу. Тяжёлый вес накрыл тело А Хён.

— Когда ты так резко отказываешь, хочется ещё больше.

— Б-бригадный генерал.

— Что.

— Т-тяжело. Хватит...

На покрасневших уголках глаз А Хён скопились капли слёз, и они слегка припухли. Хэ Джуну вдруг пришло в голову, что он хочет поцеловать её в веки, и, рассудив, что сейчас это вполне уместно, он поцеловал их. А затем слегка слизал скопившиеся слёзы.

— Что же делать, ты такая красивая.

Оторвав губы от глаз, он поцеловал её в щёку, в нос, а затем, снова прижавшись к мягким губам А Хён и мазнув по ним языком, Хэ Джун медленно поднялся.

— Ут... ху-у...

А Хён, чувствуя, как Хэ Джун постепенно выходит из неё, мелко задрожала. Сочащиеся толчками смазка и сперма выглядели настолько непристойно, что от одного лишь взгляда на них член мог снова встать. Едва удержав остатки разума, Хэ Джун вытер низ А Хён салфеткой и лёг рядом с ней.

— Мне вот что интересно.

— Да… Говорите...

Голос А Хён сильно охрип из-за того, что она слишком много стонала. Хэ Джун подумал, что такой хриплый голос тоже неплох. Ведь это произошло из-за него. Улыбаясь и глядя на А Хён, Хэ Джун оперся на локоть, подпер голову рукой и спросил:

— Если тебя кусает заражённый, ты всегда так возбуждаешься? Теряешь голову?

А Хён, которая тогда лишилась разума, но сохранила воспоминания, густо покраснела и зажмурилась. Воспоминания о том, как она умоляюще цеплялась за Хэ Джуна, были свежи. Ей хотелось провалиться сквозь землю.

— Нет, это было мило, так что можешь не смущаться. Так что скажи. Это всегда так?

А Хён, изо всех сил стараясь не обращать внимания на пылающие щёки, кивнула.

— Который это уже раз, когда тебя кусают?

Немного подумав, А Хён поджала губы и ответила:

— Кажется, около... трёх раз.

Трёх раз? Глаза Шин Хэ Джуна сузились.

— И что ты делала каждый раз? Цеплялась за другого мужчину и умоляла трахнуть тебя, как сейчас?

— Что вы!.. Нет!

А Хён попыталась вскочить, но Хэ Джун оказался быстрее. В мгновение ока оседлав А Хён, он прижал своё достоинство к её бедру и нащупал пальцами лоно.

— А что тогда?

— У... ут.

— Ты так течёшь от одного лишь прикосновения. А стоит только войти, как ты закатываешь глаза от удовольствия.

— Б-бригадный генерал!

— С каким ублюдком ты спала.

Его голос был полной противоположностью тому, которым он только что нежно называл её по имени. От одного лишь звука по спине бежали мурашки, настолько он был жутким и пугающим. Поэтому А Хён сболтнула то, чего в обычной ситуации ни за что бы не сказала.

— Сама...

— Сама?

— Делала это... сама.

Шин Хэ Джун слегка надавил языком на внутреннюю сторону щеки и усмехнулся. Его настроение, ещё секунду назад бывшее паршивым, вмиг улучшилось.

— Как? — спросил он, с силой надавив между бёдер А Хён. — Засовывала пальцы?

Он потянул А Хён за руку. Поскольку А Хён и без того была расслаблена, её рука послушно поддалась Хэ Джуну, и он заставил её вставить свои же пальцы внутрь.

— А-ах, — сквозь зубы А Хён вырвался стон.

— Так засовывала? Один? Или два?

— Б-бригадный генерал, п-подождите!..

— Двух недостаточно?

Хэ Джун снова подсунул руку под выгибающуюся поясницу А Хён и потянул её на себя. От этого пальцы А Хён вошли ещё глубже, а Хэ Джун начал круговыми движениями массировать её клитор и ласкать лоно. От этого А Хён почувствовала, как её тело распаляется всё сильнее, ведь ощущения разительно отличались от тех, когда она мастурбировала одна. Каждый раз, когда горящий взгляд Хэ Джуна касался её тела, каждый раз, когда в его глазах отражался её постыдный вид, А Хён толчками изливала смазку, а её влагалище судорожно сжималось.

— Хм-м, а-а, хыт...

Не успев даже смутиться от того, что предстала перед Хэ Джуном в самом постыдном виде, А Хён издала томный стон.

А Хён, возбуждающаяся от того, что ласкает пальцами собственное нутро. Хэ Джун тяжело задышал, глядя на её раскрасневшееся лицо, влажные губы и припухшие глаза, в которых застыла мольба. Ему хотелось прямо сейчас же всунуть в неё.

— Ха, блядь. Серьёзно.

Он потянул за вторую руку А Хён и заставил её обхватить свой твёрдо стоящий член. Положив свою руку поверх руки А Хён, он начал двигать ею вверх-вниз, раз за разом потирая клитор А Хён. А Хён уже по собственной воле ещё яростнее гладила член Хэ Джуна и ковырялась в своем лоне.

— А Хён, А Хён-а. Ха-а.

От становящихся всё более резкими движений рук А Хён Хэ Джун почувствовал, как мутится рассудок. Её ледяные руки разительно контрастировали с обжигающе горячим нутром, и эта разница сводила его с ума ещё больше.

— А, хыт! Б-бригадный генерал!

— Имя.

— Хм-м, а-а, ах! Хэ, Хэ Джун, ут!...

Хэ Джун прижал член к лону А Хён, раздвинув влажную плоть, и начал тереться, а А Хён теперь свела ноги и повисла на нём так, словно он снова брал её.

— Верно. А Хён. Сейчас ты висишь на мне.

Хэ Джун стал ещё быстрее тереться членом, уткнувшись лицом в её затылок. Пальцы ног А Хён подогнулись, и она ещё сильнее сжала его торс.

— Поэтому, если тебя укусят в будущем…

— Хыт!

— Приходи ко мне.

— Кхык, — Хэ Джун кончил точно в этот момент, а А Хён, запрокинув голову, издала томный стон.

— Ха-а...

Поднявшись, Хэ Джун посмотрел вниз на А Хён, чья грудь всё ещё вздымалась от тяжёлого дыхания. При виде своей спермы, разбрызганной по её белой коже, он почувствовал, как низ снова напрягается.

«Вот уж действительно сукин сын».

Пробормотав это, Хэ Джун наклонился, мягко поцеловал А Хён в щёку и вытер сперму салфеткой.

— Мин А Хён.

При звуке его голоса плечи А Хён слегка вздрогнули. Она отвернулась в другую сторону, но, судя по покрасневшим мочкам ушей, только сейчас начала испытывать смущение. «Какая милая». Хэ Джун усмехнулся и склонился к А Хён ещё ближе.

— Не ответишь?

— К-какой ответ вы имеете в виду.

— Чтобы приходила ко мне, когда укусят.

Он оторвал губы от щеки А Хён, взял её за подбородок и слегка прикусил нижнюю губу. Проглотив стон, сорвавшийся с губ А Хён, он сказал:

— Потому что я снова сделаю с тобой всё так же, как сегодня.

А Хён не смогла ответить. Да и что она могла сказать? Ей было неловко, стыдно и хотелось куда-нибудь спрятаться. Но ещё больше сводило с ума то, что лоно всё ещё спазмировало.

— Б-бригадный генерал. Для начала... нам лучше вернуться.

— Верно.

Хэ Джун усмехнулся и поднял брошенную рубашку. Смятый воротник и рукава были совсем не в его стиле, но, тем не менее, он выглядел таким же аккуратным, как и всегда. Настолько, что невозможно было даже представить, как он только что трахал её, словно собака.

«Как же это несправедливо». А Хён, чувствуя ломоту в пояснице и ногах, наполовину приподнялась. Именно в этот момент.

Бабах!

Их оглушил чудовищный взрыв. Ударная волна была настолько мощной, что машину тряхнуло. А Хён и Хэ Джун переглянулись, а затем открыли окно и посмотрели на электростанцию, откуда раздался звук.

Там находились люди из революционной фракции, которые только что взорвали бомбу, и безумно хлынувшая толпа заражённых.

Глава 60