Ю Ён задумалась. С того дня Хо Рюн начал «есть».

— Из-за утоления голода?

Ю Сон У отмахнулся от ее руки с бумагами, требуя рассмотреть внимательнее.

— Я тоже так думал, но что-то странно. Посмотри, что не так.

— Я в этом не разбираюсь…

Ее взгляд пробежал по цифрам. С того дня заражение замедлилось, но ближе к сегодняшнему дню снова ускорилось.

— Чем дальше от той ночи, тем быстрее прогрессирует.

— Да, он ест, но это странно, нет?

Ей ответ показался правильным, но не таким уж странным.

— Может, просто совпадение?

Она вернула бумаги, почесав голову. Он цокнул, глядя на нее с укором.

— Что, опять скажешь, что стрелки все тупые? Это ты странный.

— Исследования — это цепляться за странности. Так находят ответы.

— И что нашел умный ты? Давай, поражай.

— Кроме еды, было еще одно отличие. Вы спали.

Ю Ён моргнула. Вода в чайнике закипела. Она сделала вид, что не слышала, заливая лапшу. Умный парень, но недосып явно сказывался.

— Ешь и спи. Устал же?

Она отломила палочки, успокаивая. Он нахмурился, недовольный ее игнорированием.

— Зачем притворяешься, что не слышала?

— Говори что-то разумное, тогда поверю. Ты недоспал…

— Моя ясность не зависит от сна, так что не выдумывай.

Ю Ён, сдаваясь, уточнила:

— То есть, это связано не с голодом, а с сексом?

— Я подумал, что возможно, и проверил.

— Что?

— Заставил его мастурбировать.

Мастурбировать?

«Ах, Ю Ён… Кх…»

Вспомнилось, как он стонал, как смотрел. Его жадный взгляд вызывал напряжение внизу живота. Она глянула на Хо Рюна — он играл с Чэ Мин и Мэнги, ничего не замечая.

— И что? Что-то изменилось?

— Если бы, я бы не говорил. Ничего не изменилось — вот проблема.

— Не ходи кругами. Скажи прямо.

— Я не хочу увиливать. Просто... трудно начать.

Его лицо помрачнело, он вздохнул. Что он скрывает? Ю Ён хотела сказать, что сделает все, но он закатал рукав. На руке — бинт с пятнами крови.

— Эй, что это? Ты ранен? — ее глаза округлились.

Он приложил палец к губам, призывая не шуметь.

— Хо Рюн сделал?

— Ты говорила, он наглый. Так и есть.

— Вы дрались?

— Не дрались, меня втянули. Как тебя той ночью.

Она вспомнила, как он набросился на нее, потеряв разум. Сглотнув, она шепотом спросила:

— То есть… Хо Рюн не сдержался и… напал на тебя?

Его лицо скривилось.

— Черт… Что ты вообразила?

— Не так?

Его нахмуренные брови ответили за него.

— Тогда как ты поранился?

— Обычно он шутит, но тут цеплялся за слова, пинал вещи, лез в споры. Мы поссорились. Тогда и задел.

Ю Ён знала такого Хо Рюна. На службе он цеплялся ко всему, будто хотел умереть. Тогда он был неуправляем. Если разум, включая правила, уходит, его возвращение к тому состоянию неудивительно.

Но как он мог утром весело здороваться после этого?

— И рану он же лечил, — добавил Ю Сон У.

Ее мысли взорвались.

— Неужели…

— Да, сделал и не помнит. Как будто другой человек берет контроль.

Как тогда — нападал, а потом плакал в смятении.

— Я держался за руку, а он вдруг переменился, подбежал, спрашивая, что случилось. Читал нотации за неосторожность, лечил. Это не притворство — слишком искренне для его характера.

— …

— Честно, я не понимал твои слова, но теперь понял, что ты пережила.

Его спокойный тон контрастировал с ее застывшим лицом. Жить отдельно от Хо Рюна было нужно, чтобы защитить ее, но теперь он опасен для всех. Для Чэ Мин, Мэнги. Его надо изолировать, возможно, с анестезией для осмотров.

— Почему он с твоей сестрой? Это же опасно, — шепнула она, глядя на Хо Рюна с Чэ Мин.

— С детьми и собаками он в порядке.

— Откуда знаешь?

— Когда он зверел, его мишенью был я.

Он ковырял размякшую лапшу и продолжил:

— Когда разум умирает, остаются эмоции — чистая честность, желания. Значит, он всегда меня недолюбливал.

Ю Ён покачала головой. Это не сходилось. Они подтрунивали друг над другом, но Хо Рюн уважал Ю Сон У.

— За что ему тебя ненавидеть? Ты его лечишь…

— Между нами — ты.

— …

— Любовь без разума — это одержимость и собственничество. Когда хочешь защитить свое, другие самцы раздражают.

Ее любовь к Хо Рюну вредит другим. Сердце разрывалось, глаза горели. Она чувствовала себя матерью виноватого ребенка.

— Прости… Прости.

— Ну, ты вроде как его опекун, но я тоже ответственный, так что не извиняйся. Я скрывал, чтобы ты не винила себя. Короче, его состояние ухудшается.

— …

— Он мягкий с тобой, и ты не замечаешь. Но заражение растет, и кровь уже пролилась.

Он прав. Они виделись недолго, и Хо Рюн был светлым, заставляя думать, что он в порядке. Она отстранилась, а Ю Сон У взял на себя груз, получив рану.

С чувством вины она спросила:

— Что мне делать? Скажешь — сделаю.

Он кивнул на лапшу, призывая есть и успокоиться.

— Ешь. Потом поговорим.

— …

— Наполни желудок, согрейся, успокойся. Время есть.

Ю Ён схватила палочки и быстро съела лапшу. Она понимала его намек на спокойствие, но хотела знать его план. Доев, она отложила палочки. Он, закончив раньше, начал:

— Это не принуждение. Ты можешь пострадать, а я не хочу двух больных. Пострадать можно не только телом, но и душой. Если боишься или не готова — скажи честно.

— Поняла.

— График замедлился не из-за секса, а из-за тебя. Это лишь гипотеза, но проверить можно, повторив ту ночь.

Ю Ён поняла его просьбу и кивнула с улыбкой. Он расслабился.

— Проведи с ним еще одну ночь.

Если это поможет Хо Рюну и всем, она готова.

Она кивнула.

Глава 59