Риэлла неотрывно смотрела на простую квадратную дверь.

— Ри… Риэлла? Ты здесь? — раздался голос Тенджи.

По рукам пробежали мурашки.

Он наверняка услышал, как что-то упало, так что притвориться, что её нет, было поздно. Пытаясь двинуться, она задела диктофон, и тот скользнул под кровать. Риэлла сдавленно застонала.

— Слышал, тебе нездоровится… Если не ответишь, я просто открою… — продолжал он.

— Нет! — крикнула она, наклоняясь, чтобы достать диктофон, но дверная ручка уже повернулась. В приоткрытой двери показалось лицо Тенджи, державшего дымящуюся чашку с напитком.

...Я не успела выключить диктофон.

— Э… подумал, что горячий чай поможет, — сказал он с таким робким и виноватым видом, что можно было легко поверить.

Риэлла, затаив дыхание, смотрела на него. Он не выглядел угрожающе, да и ростом был почти с неё.

— Спасибо. Оставь, я попью позже, — ответила она, стараясь казаться спокойной.

Её голос дрожал, выдавая тревогу. Только бы он ушёл. Пока диктофон на максимальной громкости не выдал, что говорит Анна. Скорее...

— Ты такая бледная. Чайные ли-листья, собранные в высокогорье, имеют особый аромат. В-видишь, они золотистые, как будто созрели идеально, — начал он, явно не собираясь уходить, пока она не выпьет при нём.

Пока я не выпью при нём?

Риэлла вдруг уставилась на бледно-зелёную чашку, откуда поднимался лёгкий пар..

«Это не больно. Пентобарбитал — соль, используемая для эвтаназии. Я смешаю её с сахарным сиропом».

— Если что-то пойдёт не так, убей Андрей. Начнём заново.

— …Попробуй, он сладкий, с сахаром, — настаивал Тенджи.

— Нет, не хочу. Мне правда плохо, — отрезала она, побледнев.

Он замер, выдав разочарованное «ох», но, похоже, её твёрдость заставила его отступить. Поколебавшись, он кивнул и взялся за ручку двери.

— Как ты его убьёшь? Не видишь, что рядом модифицированный солдат? — раздался чёткий голос Анны из-под кровати.

Сердце Риэллы остановилось. Анна словно говорила прямо здесь. Глядя на застывший затылок Тенджи, она едва дышала.

— Заставь её выпить чай. Мы здесь надолго, так что милосердие в виде эвтаназии не помешает.

Тенджи медленно закрыл дверь. Щелк. Они остались одни. Риэлла, как будто очнувшись от гипноза, огляделась в поисках оружия. Но в пустой комнате ничего не было — только пустая тумбочка, кровать, голые стены.

В отчаянии она рухнула на пол, протянув руку под кровать за диктофоном. В этот момент чашка разбилась о пол, и Тенджи, бросившись к ней, ударил её по голове и оседлал. От первого в жизни удара она даже не смогла закричать, лишь задохнулась.

Его грубые руки сжали её шею. Она брыкалась, царапалась, но мужская сила была подавляющей. Слёзы текли, зрение мутнело, затем чернело. Снова умираю? Почему? Как всё могло так обернуться?

Внезапно завыла сирена, и комната замигала багровым светом.

— Обнаружено столкновение с неопознанным крупным организмом. Это не соответствует стандартным боевым процедурам. Всем силам немедленно перейти к ключевым точкам обороны и подготовиться к защите.

Повторяющееся сообщение эхом било по ушам. Сирена, похоже, ошеломила Тенджи, и его хватка ослабла. Риэлла, сквозь мутное зрение, видела, как его лицо постепенно обретает осмысленность.

— Нет, так не пойдёт… Если она всё вспомнит и вернётся… Лучше сначала стереть память… — бормотал он, глядя на неё, но сирена заглушала слова.

Ему явно не нравилось, что Риэлла знает о них. Ещё хуже было чувствовать, как его тело, прижатое к ней, возбуждается. Комната мигала, мозг, лишённый кислорода, работал медленно. Она расслабила руки, притворяясь, что сдаётся. Тенджи, подозрительно глядя на её вздымающуюся грудь, ослабил хватку. Кричать бесполезно — сирена всё заглушит. В хаосе катастрофы никто не придёт.

Спаситель… Сколько ты будешь ждать того, кто уведёт тебя? Он не придёт. Аслан не придёт. Тогда он тоже… Звал бежать вместе, но в итоге…

Почувствовав, что хватка на шее ослабла, Риэлла сунула руку под кровать. Пальцы нащупали диктофон. Схватив его, она ощутила резкую боль — что-то вонзилось в кожу.

Сознание прояснилось, как от холодной воды. Ощупав цилиндрический диктофон, она поняла: при падении отломилась часть с микрофоном. Это был не диктофон, а нож, замаскированный под него.

Сжав рукоять, она впилась взглядом в открытую шею Тэнджи.

Она точно знала, куда бить. Училась, чтобы была возможность умереть.

— Если ты всё равно сотрёшь память и убьёшь, я хочу знать, — прохрипела она.

Её дрожь передалась его рукам на шее. Он настороженно посмотрел на неё.

— Что такое «Бездна»? — спросила она.

Фундаментальный вопрос.

— Нас правда отправили исследовать подземелье?

Она вспомнила их разговор. Тенджи и Анна — люди корпорации Андрей. Они знали правду. Он посмотрел на неё, как на безумную.

— Риэлла, подумай. Разве для исследований послали бы разведёнку, умирающую от лейкемии, уволенного за воровство профессора астрономии или третьесортного музыканта, продавшего почку ради гитары?

Её глаза задрожали. Сирена смолкла, и его голос холодно вонзился в уши.

— Судя по твоим действиям, это не первый раз. Но не пытайся выбраться из «Бездны». Проект «Бездна» — это буквально то, что означает слово.

— Что? — переспросила она.

— Да. Тебе придется всю жизнь крутиться в «Бездне», как рыбка в аквариуме, пока не умрёшь.

Разум отказывался это принять. Она хотела спросить ещё, но его пальцы, словно насекомые, поползли к её шее. Он хотел её лишить сознания, стереть память и убить. Она попыталась сопротивляться, но его хватка снова стала жёсткой.

Зрение помутнело, страх смерти захлестнул. Собрав последние силы, Риэлла вонзила нож в его сонную артерию. Брызнула кровь. Это был не акт обдуманного насилия, а животный инстинкт выживания. Лезвие в шее казалось огромным, сердце бешено колотилось, адреналин бурлил.

Тенджи, издав хрип, схватил её запястье. Дрожа, она оттолкнула его и оседлала. Как только его хватка ослабла, она выдернула нож и, вложив весь вес, вонзила его снова. Изо рта Тенджи запузырилась кровавая пена, тело конвульсивно дёргалось.

— Ха… ха… — задыхалась она.

Риэлла посмотрела на свои окровавленные руки, затем на лужу крови. Я убила. Убила человека.

Когда конвульсии прекратились, она, шатаясь, встала и открыла дверь. В коридоре она столкнулась с мужчиной, чей вид — растрёпанный, будто после долгого бега — был непривычным. Его тень нависла над ней. Риэлла, потерянная, подняла пустые глаза.

— Аслан…

Он, держась за дверной косяк, мгновенно окинул взглядом её окровавленное лицо и комнату. Его аура стала ледяной. Без слов он приподнял её лицо, проверяя багровые следы на шее. Она вздрогнула от прикосновения к ране и прошептала:

— Почему…

Она сама не знала, что говорит. Слёзы неосознанно потекли по щеке.

— Почему так поздно... Я ждала... Я каждый день ждала, потому что ты сказал: убежим вместе...

Странно. Когда я ждала? Памяти об этом не было, но сердце разрывалось. Боль была такой, что дышать было трудно. Он холодной рукой вытер её слёзы, затем, заметив тяжёлое дыхание, обхватил щёки и наклонился. Их губы, мягкие и влажные, слились, и её пальцы онемели.

Это было как заблудиться в снежную бурю... как потеряться вместе навсегда.

Глава 78