День угас быстро. Когда солнце окончательно скрылось за западными горами, Бипа бросила поиски оберега.

Кто мог его подобрать? Может, служанки, подметая двор, просто смахнули его в мусор?

Если так, то полбеды. Но если кто-то нашел его и забрал себе, последствия могут быть катастрофическими. Стоит кому-то неосторожно коснуться активирующей печати, и заклинание сработает.

Мощная иллюзия, которая вытаскивает из подсознания жертвы самые болезненные, травмирующие воспоминания и заставляет переживать их наяву.

Сама Бипа, будучи заклинательницей, могла легко контролировать эту силу, но обычный человек окажется в ловушке собственного кошмара и может сойти с ума.

Бипа в отчаянии рухнула на стул. Как она могла совершить такую чудовищную оплошность?!

Голова шла кругом. Оберег утерян, а рискованная вылазка из дворца не принесла ничего, кроме новых тревог — она так и не узнала того, ради чего принц Дан её позвал, зато выслушала леденящую кровь историю.

Несмотря на накатывающую тошноту, время неумолимо шло вперед. Наступил час Свиньи.

Бипа, переодевшись в неприметный наряд служанки, пошатываясь, вышла из Магоджона.

Добравшись до условленного места, она никого не увидела. В голову закралась мысль, что он может и не прийти.

Она бессильно опустилась на землю, прислонившись спиной к дереву, и закрыла глаза. Головная боль и не думала отступать.

Сколько прошло времени? Казалось, прошла целая вечность, а может — лишь миг. Она сидела в полном оцепенении, когда внезапно услышала до боли знакомый голос.

— Спишь?

«Пришел». Бипа ответила, не открывая глаз:

— Нет.

С трудом подняв тяжелые веки, она сквозь мутную пелену увидела перед собой мужской силуэт. Мужчину... в императорской короне с подвесками-жемчужинами.

Сон как рукой сняло. Вздрогнув от ужаса, Бипа крепко зажмурилась и снова открыла глаза.

Перед ней стоял тот самый мужчина с благородным, аккуратным лицом. Никакой короны на нем, конечно же, не было.

«Это не Император».

Вся сила разом покинула её тело. Спина, плотно прижатая к стволу дерева, бессильно съехала вниз по коре.

Бипа, оказавшись почти в полулежачем положении, выпрямилась и вгляделась в лицо мужчины.

В нем не было абсолютно ничего общего с Симу.

Возможно, потому что Симу — Сын Неба, но в её вещем сне Император казался единственным мужчиной в мире, которого боги вылепили собственными руками.

Врожденное, абсолютное величие и ледяное высокомерие, сквозящее в каждой черточке. Император был пугающе, нечеловечески красив. Лицо же этого человека было просто красивым, как на добротной картине. У них были совершенно разные черты.

Тогда почему на какую-то долю секунды он показался ей Императором?

Бипа помассировала пульсирующие виски кончиками пальцев.

Наверное, всё дело в том, что сегодняшняя дневная встреча с Симу на озере слишком глубоко врезалась ей в память.

Мужчина, молча наблюдавший за ней сверху вниз, вдруг достал что-то из рукава.

— Кажется, вчера ты кое-что обронила.

Бипа, пытавшаяся успокоить бешено колотящееся сердце глубокими вдохами, ошеломленно замерла.

Между его длинными, изящными пальцами был зажат тот самый оберег, который она безуспешно искала весь день.

— Он... он был у вас, господин?!

Бипа вскочила на ноги и чуть ли не вырвала бумагу из его рук, после чего тревожно впилась взглядом в его лицо.

Выражение лица мужчины оставалось совершенно обычным. Он явно не выглядел человеком, пострадавшим от тяжелой ментальной магии. Бипа наконец-то смогла с облегчением выдохнуть.

— Благодарю вас. Я так извелась, потеряв его.

— И что же это за оберег такой важный?

Его внезапный вопрос прозвучал с какой-то скрытой, колючей остротой, что показалось Бипа странным.

— Это... талисман на исполнение желаний. У каждой служанки во дворце есть по такому.

— Вот как?

Судя по всему, его это не особо заинтересовало, потому что он не стал допытываться и легко сменил тему.

— Выглядишь паршиво.

Бипа, всё еще опираясь на дерево, слабо кивнула:

— Да... Голова кружится.

И в этот момент он вдруг мягко сощурил глаза и позвал её по имени:

— Биён.

Глаза Бипа распахнулись. От этих двух неожиданных слогов, слетевших с его губ, сердце ухнуло куда-то в пятки.

Да кто он вообще такой?! Как он смеет так запросто, так интимно обращаться к чужой женщине по имени? Но что было еще более непонятно — почему от одного лишь его голоса её сердце забилось как сумасшедшее?

Она просто испугалась фамильярности незнакомца, или здесь кроется иная причина... Бипа не могла понять саму себя.

— Хочешь подняться повыше? Свежий ветер быстро прочистит голову.

Бипа на секунду замялась, прежде чем ответить:

— Если это безопасно.

Он слегка усмехнулся. Бипа почувствовала, как пульс ускоряется еще сильнее.

Когда он резко притянул её к себе, обхватив за талию, сердце едва не вырвалось из груди.

Она уже собиралась возмущенно спросить, что он себе позволяет, как вдруг он с силой оттолкнулся от земли и взмыл в воздух.

Ситуация была настолько сюрреалистичной — мужчина, перепрыгивая с ветки на ветку, стремительно нес её на самую вершину гигантского дерева, — что Бипа просто потеряла дар речи.

Наконец, остановившись, он склонился к её уху и тихо спросил:

— Ну как тебе?

Бипа, не смея пошевелиться, лишь опустила взгляд вниз и потрясенно ахнула. Огромная территория Магоджона была видна как на ладони. Это было настолько захватывающее, невиданное зрелище, что она совершенно забыла о страхе высоты. Высвободившись из его объятий, она с восторгом смотрела на раскинувшийся внизу мир.

Усевшись на толстую ветку, она протянула руку к одному из дальних павильонов.

Здание легко скрылось за её ладонью. Она сжала кулак — и павильон оказался в её власти. Это было невероятно забавно.

Она принялась «накрывать» рукой и другие постройки. Те самые здания, которые снизу казались такими подавляюще огромными, здесь легко умещались в её маленькой ладошке.

— Резвишься как малый ребенок.

Мужчина, тихо наблюдавший за ней с легкой усмешкой, сел рядом.

Она вытянула указательный палец параллельно какому-то безымянному двухэтажному зданию и прищурила глаз, измеряя его высоту. Ни больше ни меньше — ровно в размер её пальца.

— Я впервые забралась так высоко.

Как раз в этот момент внизу по дорожке прошел человек.

Бипа украдкой навела на него кончик пальца. Человечек казался меньше её ногтя. Внезапно в голову пришла странная, пугающая мысль.

Она занесла палец прямо над его крошечной фигуркой. И мысленно, с силой придавила его к земле.

Сердце бешено заколотилось. Человек, на долю секунды скрывшийся под её пальцем, вскоре вновь показался из-под него и преспокойно пошел дальше. Она с облегчением выдохнула.

— Думала, что сможешь раздавить его, как муравья?

Его голос раздался у самого уха — он наклонился так близко, словно делился страшным секретом.

Бипа вздрогнула. Его слова были пугающе точны. Нет, они попали в самую суть. На какое-то короткое, безумное мгновение она действительно об этом подумала.

Но почему? Поразмыслив над этим, она тяжело вздохнула и пробормотала:

— Это всё потому, что я забралась слишком высоко.

— Верно. Высота именно такая. Она делает тебя слепым и безразличным ко всему, что внизу.

Он спокойно согласился с ней. И в тот же миг перед мысленным взором Бипа почему-то всплыл образ Императора.

Император, который силой брал её, истерзанную пытками, не обращая внимания на её слабое сопротивление.

Император, который смотрел на неё с самого высокого места в банкетном зале.

Его безразличный, равнодушный взгляд, торопящий выпить чашу с ядом.

Лицо, казавшееся почти довольным её смертью.

Неужели жестокость Императора проистекает именно из того, что он — Сын Неба?

Неужели, находясь на самой недосягаемой вершине, ты неизбежно становишься бесчувственным монстром?

Если твой привычный взгляд на мир — это ощущение, что ты можешь раздавить что угодно, и что всё внизу ничтожно мало, то жестокость монарха кажется вполне закономерной.

Опустив руку, Бипа посмотрела на мужчину рядом. Он со скучающим, ничего не выражающим лицом смотрел на землю. И внезапно она поймала себя на мысли, что его профиль до безумия похож на профиль Императора.

Черты лица были абсолютно разными, но образ Симу почему-то сам собой накладывался на сидящего рядом человека.

И вскоре она поняла причину. Всё дело в глазах. У него был точно такой же пустой, леденящий взгляд, как у Императора из её вещего сна.

«Интересно, если дотронуться до них, они и вправду будут холодными как лед?»

В своих кошмарах она часто задавалась этим вопросом, но, конечно же, никогда бы не осмелилась проверить. Однако сейчас...

Бипа медленно протянула руку. Её дрожащие кончики пальцев осторожно коснулись его кожи возле глаз.

Дул холодный ветер. Воздух на такой высоте был намного свежее и морознее, чем на земле. Поэтому она смогла бы уловить даже малейшее тепло. Кожа под её пальцами оказалась теплой.

Бипа медленно, почти гипнотически провела пальцем по контуру его глаза. Она обвела веки, уголки, скулу — везде, где бы она ни коснулась, пульсировало живое, человеческое тепло.

«Интересно, у Императора глаза такие же?» — подумала Бипа. И в тот самый миг, когда она уже собиралась убрать руку, он резким, хищным движением перехватил её за запястье.

Она безвольно, не в силах сопротивляться, оказалась прижата к его груди.

Её сердце вновь зашлось в бешеном ритме. Только сейчас до Бипа дошло, насколько вопиюще дерзкий поступок она только что совершила.

Трогать лицо чужого мужчины. Такое позволялось делать только с возлюбленными.

С... возлюбленным.

Глаза Бипа испуганно задрожали. Какие нелепые, абсурдные мысли!

Не желая больше утопать в этих пугающих, сбивающих с толку фантазиях, она намертво вцепилась пальцами в ткань своего платья и спрятала пылающее лицо на его груди.

Глава 24