К полудню люди сели в тени деревьев, чтобы отдохнуть. Все без исключения были перепачканы в грязи и поте.

Состояние Фелтхэма было ужасающим. Уцелело всего три дома. Ещё пятнадцать пострадали, но их можно было быстро починить и снова жить.

А остальные…

— Всё придётся строить заново, — бессильно пробормотала Элоиза.

Радость от спасения была недолгой, и при виде ужасающей картины под ярким солнцем её охватило отчаяние.

Больше ста лет это была тихая деревня, где люди жили без особых происшествий. И тут такое наводнение.

Увидев тушу овцы, наполовину занесённую красной грязью, настроение стало ещё мрачнее.

Исчезли не только дома. Поля, где вот-вот должен был созреть урожай, были полностью затоплены, а многих усердно выращенных животных унесло водой.

Элоиза повернула голову. Повсюду были люди, которые, увидев это ужасное зрелище, плакали.

Хоть они и утешали друг друга, говоря, что хорошо, что никто не погиб, но проблема была в будущем.

Восстановить такие разрушения нелегко. Нет, по сути, невозможно.

Какое-то время можно будет пожить в Блиссбери, но это не может продолжаться вечно. Те, кто не сможет вернуть себе кров…

«Неужели всем придётся уехать на север?»

Фелтхэм был плодородным краем, так что до сих пор отсюда почти никто не уезжал на север.

Но в самых северных, бедных землёй районах все бросали тяжёлый труд арендаторов и переезжали в промышленные города. Потому что это был единственный способ выжить.

«Но жизнь в северных промышленных городах, говорят, очень тяжёлая…»

Говорили, что дым из заводских труб целый день закрывает солнце. От угольного дыма на уличных деревьях оседает чёрная пыль, а вода из заводов убивает всю рыбу в реке.

И самое главное, вся семья должна была жить в одной крошечной комнате.

Если сейчас отказаться от восстановления, то почти половина Фелтхэма, бросив всё, должна будет переехать на север.

От этих мыслей лицо Элоизы становилось всё мрачнее, и тут перед ней легла длинная тень.

— Почему у вас такое лицо?

Подняв голову, она увидела Райана, который с беспокойством смотрел на неё.

— Ущерб оказался больше, чем я думала.

— …

При этих словах Райан не мог найти слов утешения.

Даже на его взгляд, ущерб в Фелтхэме был серьёзным. А поскольку это была деревня, которая никогда не думала о наводнениях, ущерб был ещё больше.

Райан сел рядом с Элоизой.

— Я сделаю так, чтобы все могли оставаться в Блиссбери, сколько захотят. И с бароном Стэнфордом свяжусь. — На его слова Элоиза горько усмехнулась. Она знала, как барон Стэнфорд дорожит жителями Фелтхэма.

Другой аристократ и близко бы не подпустил жителей деревни к своему особняку, а он, тратя свои деньги, каждый год устраивал для них приём.

Но то, чтобы жители долго оставались в Блиссбери, — это другое дело.

Даже барон Стэнфорд не сможет приютить столько людей. К тому же, в Блиссбери не нужно было так много рабочих рук.

— Не стоит так беспокоиться. Всё будет хорошо.

— Было бы здорово...

Хоть она и родилась в столице, Элоиза всегда считала своей родиной Фелтхэм. Ей не хотелось, чтобы такое место так просто исчезло.

* * *

Все поели и снова принялись за работу. Впрочем, сегодня сделать можно было немного.

Пока не восстановят мост и не уберут весь нанесённый грунт, полноценные восстановительные работы были невозможны. Поэтому люди могли лишь кормить уцелевший скот и вытаскивать из полуразрушенных домов уцелевшую утварь и мыть её.

Тем временем из Блиссбери прибыли женщины.

— Элоиза!

— Мама!

Миссис Севертон, выбежав из толпы, обняла перепачканную Элоизу и заплакала.

— Ты не ранена? В порядке?

— Да. Сержант Торнтон спас меня в самый последний момент. Ах, а как Эндрю? Он, должно быть, очень испугался.

— С Эндрю всё в порядке. Лишь несколько царапин на ноге. Конечно, просыпается от испуга, но в его возрасте дети быстро приходят в себя. Ты и не представляешь, как тяжело было его уговорить не ехать с нами. — Рассказывая об Эндрю, миссис Севертон наконец перестала плакать и рассказала о ситуации в Блиссбери.

— Там тоже полный хаос. Но, к счастью, все усердно работали, и сегодня утром уже более-менее навели порядок. Ах, и с Кэмбоном связались.

— А как в Кэмбоне?

— Он ведь расположен на возвышенности. Дома у реки пострадали, но большинство уцелело, так что с восстановлением больших проблем не будет. И они прислали много хлеба и картошки, узнав, что нам нужна еда. Благодаря этому миссис Паркер вздохнула с облегчением.

Элоиза понимала её чувства.

После окончания приёма она вместе с ней убирала на кухне в Блиссбери.

Закупленных на приём продуктов осталось много, так что, хоть и были гости, они были уверены, что в ближайшее время, кроме самых необходимых, ничего заказывать не придётся.

Миссис Паркер из тех, кто считает, что если человек пропустит хоть один приём пищи, то рухнет мир.

А тут внезапно нахлынули все жители Фелтхэма, как же, должно быть, она отчаялась.

«Хорошо, что Кэмбон в порядке».

Несчастье в счастье. Если бы и Кэмбон так пострадал, то через несколько дней всем пришлось бы голодать.

— И с теми, кто эвакуировался на запад, тоже связались. Говорят, все разместились в общественном зале Кэмбона. Мы сверили списки тех, кто там, и тех, кто в Блиссбери, и, к счастью, ни пропавших, ни погибших нет.

Сказав это, миссис Севертон осенила себя крестным знамением и снова вознесла короткую молитву Богу.

Всё было разрушено, но никто не погиб — разве это не чудо.

Долго рассказывая о других, миссис Севертон, увидев, что Райан ушёл помогать в другое место, взяла Элоизу за руку и повела её в дом.

— Элоиза, прошу, не скрывай и скажи.

— Да? Что?

От внезапно посерьёзневшего тона матери она растерялась.

— Я знаю, что вы с сержантом Торнтоном… в хороших отношениях. Поэтому… может… вчера, когда вы были вдвоём… Конечно, я верю сержанту Торнтону, но иногда в отчаянных ситуациях люди совершают саморазрушительные поступки. Поэтому…

Миссис Севертон никак не могла закончить фразу, заикаясь. По её лицу было видно, как ей неловко произносить это вслух.

При виде этого Элоиза поняла, о чём беспокоится её мать.

— Мама. Между мной и сержантом Торнтоном не было ничего неподобающего. — Элоиза не стала говорить иносказательно.

На решительный ответ дочери на лице миссис Севертон появилось облегчение.

Элоиза ещё немного успокоила мать и вышла из дома. Затем она коснулась своих всё ещё припухших губ.

Неподобающего не было.

Были лишь двое любящих друг друга людей.

* * *

Через неделю были подведены предварительные итоги ущерба от ливня.

Райан сидел за обеденным столом и рассказывал о ситуации в окрестностях, которую он узнал в Кэмбоне.

— Пострадавшие районы оказались гораздо обширнее, чем мы думали. Не только Фелтхэм и Кэмбон, но и Дорсет, Фой, Селлак, Лайфорд, Лейдертон. Погибших в общей сложности двести десять человек. Пропавших без вести — более тысячи. Число раненых ещё уточняется, но предполагается, что их будет более трёх тысяч. И количество разрушенных домов тоже ещё подсчитывается, но…

В голосе Райана послышался вздох.

— Не будет преувеличением сказать, что половина графства Повент смыта. — При этих словах все замолчали. Половина графства пострадала от ливня.

— Наверное, и число погибших будет расти. Вчера ведь у южного моста нашли три тела жителей Дорсета. — Так и было.

К югу от Блиссбери был большой каменный мост. Это была дорога, ведущая дальше на юг, прочный каменный мост, построенный вместе с Блиссбери.

Этот мост выдержал ливень.

Поэтому под ним скопились ветки и разный мусор, принесённый водой сверху.

Если так оставить, то это будет мешать течению и создавать нагрузку на мост.

Поэтому, как только уровень воды немного спал, люди тут же пошли расчищать мусор под мостом.

И тогда среди веток они нашли тела.

Когда их принесли, все жители Фелтхэма, находившиеся в Блиссбери, сняли шляпы и склонили головы в знак уважения к усопшим.

В комнатах, где были дети, задернули шторы, чтобы они не смотрели на улицу.

Останки тех, кого смыло наводнением, были одним из самых ужасных зрелищ, которые можно было увидеть.

Пока атмосфера за столом становилась всё мрачнее, Райан снова заговорил:

— Поэтому королевская семья решила назвать этот ливень Великим Повентским потопом.

— Постойте, тогда!..

На слова Райана лица Ричарда и Филиппа просияли.

Глава 77