Когда небо окрасилось в закатные цвета, банкетный зал Блиссбери уже был полон весёлого смеха.

Когда оркестр приготовился играть, люди, словно только этого и ждали, вышли в центр зала.

В столице бал начался бы с кадрили[1], где пары становятся в каре. Но до Фелтхэма столичная мода ещё не дошла, так что начинали по-старинке.

[1] Кадриль (quadrille): популярный в XVIII-XIX веках танец, исполняемый четырьмя парами, которые располагаются по сторонам квадрата (каре). Танец состоит из нескольких фигур со сменой партнёров.

Люди выстроились в две линии, лицом друг к другу: женщины — слева от входа, мужчины — справа.

Обычно предпочтение отдавалось старшим, но в этот раз первыми могли танцевать самые молодые, начиная с тех, кому только что исполнилось восемнадцать. И самый первый танец был отдан молодёжи Фелтхэма.

Девушки и юноши, которым в этом году исполнилось восемнадцать, с восторгом на лицах осознавали, что наконец-то могут танцевать в Блиссбери.

Все знали. В таком возрасте, живя в такой деревне, танцевать в таком прекрасном поместье — это невероятная удача, возможная лишь в дешёвых романах.

Дети ждали, когда им исполнится восемнадцать, и копили деньги, чтобы купить в тот день праздничный наряд. И мечтали в тот день потанцевать с тем, кто им нравится. Конечно, и с надеждой на незнакомца.

В отличие от них, охваченных восторгом от исполнения давней мечты, те, кому было семнадцать, с завистью смотрели на готовящихся к танцу, надеясь, что и они в следующем году будут на их месте.

Когда заиграла музыка, восторг сменился напряжением, и все, выстроившись в линию, сглотнули.

Старшие, стоя сзади, с улыбкой наблюдали за ними.

— Я тоже, когда танцевала первый раз, так же застыла и не знала, что делать.

— И я. Не помню даже, скольким я наступила на ноги.

Как и говорили леди, позы молодых людей, танцевавших впервые, были очень неуклюжими. Но в этот момент даже это казалось милым.

Когда первый танец совершеннолетних закончился, раздались аплодисменты.

К счастью, в этом году никто не упал и не столкнулся, и первый танец закончился благополучно.

Несколько лет назад одна пара, перепутав направление, столкнулась в центре и упала.

Это стало поводом для их свадьбы, но они до сих пор, когда вспоминали тот случай, краснели от смущения.

Под аплодисменты молодёжь ушла, и на их место вышли люди постарше, ожидая начала новой музыки.

Участники этого возраста, которым уже пора было искать пару, были одеты с особой тщательностью.

И сейчас Райан участвовал во втором танце.

Хозяин праздника, независимо от возраста, имел привилегию участвовать во втором танце.

Поэтому каждый год чета Севертонов, танцуя второй танец, шутливо говорила, что хоть это и выглядит неприлично, но просят их понять.

Когда он впервые услышал об этом, то мысленно проворчал, что за надоедливое правило.

Но сейчас он, глядя на Элоизу, стоявшую напротив, благодарил того, кто придумал это правило.

«Летний праздник? Я, конечно, потанцую разок, но потом вряд ли смогу. На кухне столько дел, что нужна будет помощь. Да мне так и удобнее. Начиная со второго танца, там такая борьба за партнёров. К тому же, раз можно уйти, то и наряжаться особо не нужно… Ах, мистер Палмер! Это, пожалуйста, туда».

Он помнил этот разговор во время подготовки.

Действительно, одежда Элоизы, как она и говорила, по сравнению с нарядами других, подготовленными с особой тщательностью, выглядела очень просто.

«Наверное, она не стала особо наряжаться, раз собиралась потанцевать лишь раз из вежливости».

«И всё же…»

Взгляд Райана скользнул по нарядам других женщин.

В основном на таких праздниках женщины носили белоснежные муслиновые платья.

На первый взгляд, все платья были одинаковы, но, присмотревшись, можно было заметить разницу в качестве муслина и тонкости вышивки белого льва.

Хоть Райан и был равнодушен к женской одежде, но в этот момент он почему-то хорошо замечал такие вещи.

Платье Элоизы было превосходным. Дочь самой знатной семьи в Фелтхэме, естественно, должна была носить такое платье.

Но на нём были едва заметные следы времени. Наверное, это платье она надела сегодня не впервые.

Он вспомнил платья женщин, которых видел в столице, перед тем как приехать в Блиссбери.

Может, из-за того, что после войны появилось много заграничных вещей, в столице стали входить в моду пышные шёлковые платья.

Тогда ему показалось это чрезмерным, но сейчас он подумал, что Элоизе такое платье пошло бы.

Бледно-оранжевый шёлк с лёгким блеском, подходящие перчатки и ридикюль[2], украшенный всевозможными бусинами.

[2] Ридикюль (reticule): небольшая женская сумочка, обычно на шнурке или цепочке, которую носили в руках. Была популярна в конце XVIII — начале XIX века как альтернатива карманам, отсутствовавшим в лёгких платьях того времени.

Как ни странно, в его голове отчётливо возник образ Элоизы в шёлковом платье.

В этот момент заиграла музыка. Райан поспешно очнулся и посмотрел вперёд.

Сначала — шаг вперёд и приветствие партнёра.

Когда он подошёл и поклонился, Элоиза тихо сказала:

— А вы неплохо танцуете.

Затем — лёгкий поворот, пройдя мимо друг друга.

— Младшие офицеры обязаны это уметь. — Снова встретившись, они легко взялись за руки.

— Я уж думала, раз вы ни разу не репетировали, то либо уверены в себе, либо совсем сдались. Честно говоря, думала, что второе.

— Простите, что не оправдал ваших ожиданий. — Они обменивались привычными колкостями. Но при этом оба были сосредоточены на танце.

Не хотелось показывать свою неуклюжесть. Не хотелось случайно наступить на ногу или столкнуться. Не хотелось стать посмешищем, это само собой, но было и другое, более сильное чувство.

Оба не хотели показать себя с худшей стороны.

Сначала напряжённое тело под мягкую мелодию начало двигаться в лёгком ритме.

Легко пройдя мимо друг друга, они тут же разворачивались. Взявшись за руки, они делали три шага вместе, а затем снова поворот. Держась за руки, они отдалялись и снова сближались.

И тут на их лицах появились улыбки.

Они оба последние несколько недель с утра до вечера без устали работали ради этого дня.

Особенно в этом году, из-за отсутствия мистера Севертона, который всегда руководил праздником, они беспокоились, не будет ли каких-либо недочётов.

Но всё прошло без сучка без задоринки, и сегодняшний летний праздник проходил весело и благополучно.

— У нас получился летний праздник.

Когда они, взявшись за руки, посмотрели друг на друга, Элоиза с радостью сказала.

— Да. Впрочем, мы оба с таким энтузиазмом за него взялись, что было бы странно, если бы не получилось. — При слове «энтузиазм» Элоиза не выдержала и хихикнула.

Однажды, когда их мнения разошлись, и они повысили голос, мистер Палмер, стоявший за дверью, с беспокойством спросил, не случилось ли чего.

Тогда Райан, грубо проведя рукой по волосам, крикнул наружу:

«Всё в порядке! Мы так увлеклись обсуждением, что, кажется, немного повысили голос!»

С тех пор, когда кто-то из них начинал горячиться, другой с усмешкой говорил, что тот сейчас очень увлечён.

Тогда ей так хотелось пнуть его по колену.

Но сейчас, благодаря тому, что всё прошло хорошо, от этих слов ей было только смешно.

Райан тоже с улыбкой продолжал танцевать. Хоть они и танцевали вместе впервые, но их шаги были такими естественными, словно они долго репетировали.

Вскоре они поменялись местами и встретились с новыми партнёрами.

Следующим партнёром Элоизы был юноша из Кэмбона.

Он был моложе Элоизы и, хоть и старался быть вежливым, но не мог скрыть разочарования на лице.

При виде этого Элоиза тоже горько усмехнулась.

Из-за суеты она на время забыла.

Что была человеком, давно сошедшим с местного брачного рынка.

Поэтому её партнёры по танцам, если только они не хотели наладить отношения с семьёй Севертон, танцуя с Элоизой, соблюдали лишь самые основные правила приличия.

Танцуя с ней, они всем своим видом показывали, что им не терпится перейти к следующему партнёру, и сначала её это ранило.

Но на следующий год она привыкла, а теперь и вовсе понимала и сочувствовала им.

«Им ведь хочется поговорить хоть с одной потенциальной невестой, а тут приходится танцевать со мной».

Поэтому каждый год, под предлогом помощи на кухне, она больше не танцевала.

Так было лучше и для неё, и для них.

Поэтому каждый год она ждала, когда же танец закончится.

Но только что, танцуя с Райаном, она впервые за долгое время, не думая ни о чём, с удовольствием танцевала.

Элоиза, зная, что это невежливо, повернула голову, чтобы найти Райана.

В этот момент их взгляды встретились с Райаном, который был рядом.

Словно они всё ещё были партнёрами.

Глава 60