Райан ошеломлённо смотрел на неё.

Странно, но в темноте он видел её отчётливо.

Она, похоже, дралась с дезертиром, и вид у неё был ужасный.

Волосы растрёпаны, как у сумасшедшей, а одежда, которая, он был уверен, ещё недавно была без единого пятнышка, теперь вся в грязи.

К тому же, она тяжело дышала, а в руке держала камень, которым, очевидно, только что ударила дезертира.

Как ни посмотри, в её виде не было и капли того, что в мире называют женственностью. Но, как ни странно, Райан не мог оторвать от неё взгляда.

— Райан! Вы в порядке? Боже, о Господи! Ваше лицо! Лицо! — закричала Элоиза, бросила камень и поспешно подбежала к нему.

— Вы ранены!

С этими словами Элоиза коснулась его щеки.

Её пальцы лишь слегка коснулись, но было так горячо, словно от огня, что Райан невольно вздрогнул.

— Очень больно?

— Нет, дело не в этом… Постойте. Отойдите немного. — Райан поспешно отступил. Ему казалось, что если он этого не сделает, произойдёт что-то неловкое.

Отступив на шаг, он наконец почувствовал жгучую боль и провёл по щеке тыльной стороной ладони.

На руке осталась длинная полоса крови. Похоже, когда он уворачивался от первой атаки дезертира, кинжал всё же задел его лицо.

— Ах, кинжал!

Он тут же вскочил и осмотрелся.

Заметив кинжал, валявшийся рядом с дезертиром, он поднял его и тут же отбросил подальше.

Он осмотрел лежавшего без сознания человека.

Когда Райан коснулся его шеи, Элоиза с напряжением в голосе спросила:

— Он… умер?

Услышав её взволнованный голос, Райан покачал головой.

— Нет, просто потерял сознание. Конечно, когда очнётся, голова будет раскалываться так, что умереть захочется, но об этом нам беспокоиться не стоит.

С этими словами он снял свою верхнюю одежду и разорвал её. Хоть это и была выходная одежда, но она была летней и не очень плотной, так что легко поддалась его рукам.

Райан скрутил длинные полосы ткани, сделав из них подобие верёвки, и связал руки дезертира за спиной.

Другой верёвкой он связал ему ноги, а затем и вовсе заткнул рот кляпом.

Он делал это с такой сноровкой, словно связывать людей было для него привычным делом.

— В таком виде, даже если очнётся, сбежать не сможет.

Он с раздражением пнул всё ещё обмякшего дезертира.

Затем он повернулся к Элоизе.

— Вы не ранены?

— Немного ушиблась, когда упала.

— А других проблем не было?

— Других проблем?

На этот вопрос Райан кашлянул и наступил на спину лежавшего без сознания дезертира.

— Он не позволял себе ничего лишнего?..

— Нет. Вы появились как раз вовремя.

При словах Элоизы Райан с облегчением вздохнул.

— К счастью.

При этом он ещё сильнее нажал на спину дезертира. Тот, хоть и был без сознания, но, видимо, почувствовал боль, застонал и дёрнулся.

— А то пришлось бы убить его и тащить за собой.

Его голос был таким ледяным, что Элоиза невольно сглотнула.

— В любом случае, спасибо. Я уж думала, что на этом всё и закончится…

— Что вы творите! В такое позднее время поехать одной! Вот поэтому всё и случилось!

Когда Элоиза собиралась его поблагодарить, Райан перебил её и закричал так громко, что, казалось, весь лес содрогнулся.

От этого по всему лесу послышался шелест крыльев всполошившихся птиц, которых разбудили среди ночи.

Элоиза, на мгновение съёжившись от его крика, ошеломлённо посмотрела на него. Но это было лишь на мгновение.

— Я бы и сама не поехала, если бы не сказали, что дезертира поймали!

Голос Элоизы тоже разнёсся по лесу. Теперь лесные звери, окончательно проснувшись, в знак протеста сверкали глазами из темноты.

Но этим двоим было всё равно.

— К тому же, вы ведь и днём так устали! Мне и так совестно, что вы меня каждый день провожаете, а тут ещё и в такой день просить вас об этом?!

— Так вы хоть знаете, что такое благодарность?

— Конечно! Ах, пока я не разозлилась ещё больше, скажу сразу! Спасибо, что спасли!

— Так вы сейчас благодарите или злитесь?

— И то, и другое! Благодарна, но злюсь! Мне и так страшно до смерти, а вы с порога на меня набрасываетесь!

Они смотрели друг на друга, тяжело дыша.

Им не нужно было зеркало, чтобы увидеть себя со стороны. Достаточно было посмотреть друг на друга, чтобы понять, в каком они сейчас виде.

Долгое время они, пыхтя, смотрели друг на друга, и в итоге Райан первым рассмеялся.

— Почему вы смеётесь? Вам это кажется смешным? Вам не больно? Ах, кстати, с раной всё в порядке? — от голоса Элоизы, в котором смешались и гнев, и беспокойство, он в итоге не выдержал и рассмеялся ещё громче.

Ему вспомнилась Элоиза, стоявшая с камнем в руке.

Элоиза могла сбежать. До его приезда она в одиночку боролась со своим страхом, так что ей, должно быть, очень хотелось убежать от этого ужаса.

Но она не сбежала, а нашла камень побольше и вернулась. И своими руками одолела то, что её так пугало.

Какая леди станет бить противника камнем размером с голову?

Одно он знал точно: во всём Фелтхэме, Кэмбоне и Блиссбери на такое способна только Элоиза.

Поистине странная женщина.

И Райану такая Элоиза не была неприятна.

* * *

Они решили вернуться в Блиссбери.

К счастью, Иклипс, на котором ехала Элоиза, далеко не ускакал и кружил неподалёку.

Райан водрузил дезертира на спину Иклипса, а сам сел на свою лошадь вместе с Элоизой.

Лошадь, поняв, что на её спине тот, кто нападал на неё, нарочно стала трястись, чтобы сбросить дезертира.

А затем сильно лягнула его задними ногами.

Хруст!

Раздался леденящий душу звук. Одновременно с этим лежавший без сознания дезертир с криком очнулся.

Райан, увидев его неестественно вывернутую ногу, покачал головой. Теперь дезертир точно никуда не сбежит.

Они вдвоём поехали на лошади Райана.

Зная, что рана не смертельна, они снова водрузили дезертира на спину Иклипса и всю дорогу препирались, не обращая внимания на его мольбы.

Когда они вернулись в поместье, в Блиссбери поднялся переполох.

Рабочие стащили дезертира и привязали его к дереву в саду, а мистер Палмер поспешно принёс лекарства и осмотрел раны Элоизы и Райана.

Миссис Паркер, от удивления даже прослезившись, принесла им сменную одежду.

От пережитого потрясения сердце всё ещё колотилось, а глаза были широко открыты. Поэтому Элоиза думала, что не сможет уснуть до самого утра.

Но, вопреки её ожиданиям, стоило ей умыться, переодеться и убедиться, что и Райан не сильно ранен, как на неё навалилась непреодолимая сонливость.

Когда Элоиза снова открыла глаза, в Блиссбери уже примчались миссис Севертон и Эмили с такими лицами, будто у них вот-вот остановится дыхание.

— Элоиза! Дитя моё!

Хоть она и считала, что называть так двадцатишестилетнюю женщину не совсем уместно, Элоиза решила промолчать.

Миссис Севертон обняла Элоизу и, долго плача, непрестанно благодарила Бога.

За её спиной Эмили тоже без устали осеняла себя крестным знамением и клялась, что в это воскресенье в церкви не будет дремать во время молитвы и обязательно внесёт пожертвование.

Миссис Севертон, проплакав довольно долго, наконец, перевела дух и, погладив Элоизу по волосам, спросила:

— Ты не ранена?

— Нет, всё в порядке. Райан пришёл как раз вовремя и спас меня. — В этот момент раздался стук в дверь. Подняв голову, она увидела Райана, который стоял в приоткрытой двери, словно спрашивая, можно ли войти.

— Райан? В чём дело?

— Это по поводу дезертира.

Элоиза сказала, что сейчас выйдет, и вышла в коридор.

— Только что прибыла стража. Увидев связанного, они очень удивились. Оказывается, в их тюрьме уже сидит дезертир.

— Значит…

— Дезертиров было двое.

— Боже мой... А мне-то казалось странным. Его видели в разных местах, и сначала он воровал лишь варёную картошку, а потом вдруг начал нападать на людей…

Она думала, что дезертир, доведённый до отчаяния, стал более жестоким, но оказалось, что это были два разных человека, поэтому и действия их были разными, и видели их в разных местах.

— Его уже увезли. Хоть он и ранен, и получит лечение, но до того, как его сломанная кость срастётся, суд закончится, и его переведут в тюрьму.

Он посмотрел на миссис Севертон и Эмили, ждавших Элоизу в комнате, и с улыбкой сказал:

— Сказали, что для дачи показаний достаточно одного человека, так что я всё сделаю сам. Миссис Севертон, должно быть, очень испугалась, так что успокойте вашу мать.

Элоиза с улыбкой ответила на его заботу:

— Спасибо, Райан. Я постараюсь спуститься как можно скорее.

Райан, сказав, что в этом нет необходимости, спустился на первый этаж, а Элоиза вернулась в комнату.

И тут миссис Севертон с удивлением сказала ей:

— А вы с сержантом Торнтоном, похоже, очень сблизились?

— Что?

От неожиданных слов Элоиза непонимающе посмотрела на мать.

— Я говорю, ты так просто назвала его по имени. — При словах миссис Севертон Элоиза наконец поняла.

С каких-то пор они оба называли друг друга по имени.

* * *

Глава 44