Экстра 2. Часть 3

Мадам Лоуренс мастерски скрыла заминку. На ее лице вновь появилось безмятежное выражение, словно она не услышала ничего необычного. Перемена была настолько виртуозной, что никто бы не заметил подвоха. Никто, кроме Элоизы.

— Выбор кружева — это, безусловно, прерогатива невесты, но и мнением матери пренебрегать не стоит, — плавно сменила тему мадам Лоуренс. — В конце концов, кто, как не она, наблюдал за вами всю жизнь и знает вас лучше всех? Ну что ж, миссис Севертон, не желаете ли взглянуть на образцы?

Услышав это, миссис Севертон с нескрываемым волнением принялась перебирать тончайшее плетение. Воспользовавшись тем, что мать увлеклась, Элоиза непринужденно отвела портниху в сторону, поближе к манекену, и очень тихо произнесла:

— Я не могу иметь детей…

— Вот как. Понимаю, — ничуть не изменившись в лице, отозвалась мадам Лоуренс. — Какие же цветы вы предпочтете для венка?

— Розы. В основном, нежно-розовые.

Портниха коротко кивнула. Элоиза мысленно оценила ее такт: ни ненужных утешений, ни сочувственных вздохов. Точно так же, как никто не станет соболезновать человеку из-за цвета его глаз, Элоиза давно не считала свою физиологическую особенность поводом для жалости. Однако украшать себя флердоранжем — символом многодетности — было бы как минимум неловко.

Розы же казались отличной альтернативой. К тому же, до того как цветы апельсина вошли в моду, все невесты в Альбионе венчались именно в розах. Сезон уже начался, и ко дню свадьбы Блиссбери наверняка утонет в распустившихся бутонах.

— Элоиза, только посмотри на это! Какая прелесть! — дрожащим от восторга голосом позвала миссис Севертон, вкладывая в руки дочери самые дорогие образцы тканей.

Обычно экономная в хозяйстве, в преддверии этой свадьбы она словно забыла о существовании денег. Видя решимость матери устроить праздник по высшему разряду, Элоиза просто не могла произнести: «Давайте сэкономим». Она слишком хорошо понимала, какие чувства скрывались за этим расточительством.

В детстве все врачи твердили, что девочка долго не протянет. Даже после переезда в Фелтхэм Элоиза тяжело болела каждую зиму. Родители тайком проливали слезы, моля Бога о чуде. А когда из-за длинного языка местного доктора по округе поползли слухи о ее бесплодии, на девушку обрушились водопады непрошеного сочувствия.

Находились и те, кто смотрел на нее свысока, снисходительно предлагая подыскать место второй жены при каком-нибудь вдовце. Элоиза в таких случаях лишь пожимала плечами, игнорируя болтунов так, словно это брехала соседская дворняга. Зато миссис Севертон каждый раз плакала от обиды и горечи за свою единственную дочь.

И вот теперь эта самая дочь выходит замуж! За джентльмена, который вызывает всеобщее уважение, и, что еще важнее, за человека, в котором души не чает. Миссис Севертон была бесконечно счастлива, зная, что после их с мужем смерти Элоиза не останется одна на растерзание сплетникам. У нее появился защитник и спутник жизни. И, чего уж греха таить, мать злорадствовала, получив возможность утереть нос всем, кто годами насмехался над ее ребенком.

Понимая это, смертельно уставшая Элоиза покорно соглашалась на любые предложения. Да и, честно говоря, перебирать красивые ткани было просто приятно.

Пока миссис Севертон колдовала над кружевами, мадам Лоуренс незаметно сунула Элоизе в руки увесистый каталог.

— Говорят, сейчас в моде покупка готового белья, но фабричная штамповка никогда не сравнится с индивидуальным пошивом, — тихонько проговорила она. — При желании мы можем вышить на сорочках ваши новые инициалы золотой или серебряной нитью.

Обычно в таких каталогах представляли сопутствующие товары: шляпки, шали, перчатки и туфли. Элоиза рассеянно перелистнула несколько страниц, и ее рука внезапно замерла. Раздался громкий хлопок — девушка в шоке захлопнула альбом. Словно ожидая подобной реакции, мадам Лоуренс мягко подтолкнула ее к дивану.

— Ну же, не торопитесь. Такие деликатные вещи требуют тщательного выбора.

С этими словами портниха упорхнула обратно к миссис Севертон.

Оставшись в одиночестве, Элоиза смогла изучить каталог более обстоятельно.

«О боже! И что это вообще такое?!» — впервые за долгое время Элоиза мысленно воззвала к небесам. Ответа, разумеется, не последовало. Да и если Бог существует, в столь неловкий момент он бы точно предпочел притвориться глухим.

В начале каталога действительно шли безобидные аксессуары, но дальше начинался раздел нижнего белья. Заказывать у портнихи повседневные сорочки и панталоны на несколько лет вперед было делом обыденным для любой состоятельной семьи.

Проблема заключалась в самом фасоне. Безусловно, мадам Лоуренс дорожила своей репутацией и не стала бы продавать откровенную пошлость. Однако она была из тех модельеров, кто допускал известную долю смелости, если это помогало любящим супругам разнообразить свою спальню. Элоиза во все глаза таращилась на белье, которое по ее меркам казалось вопиюще развратным.

Опасливо косясь на мать, она тем не менее не могла оторвать взгляд от глянцевых страниц.

«Как вообще завязывать эти тесемки? А главное... как их потом развязывать? Господи помилуй, а это еще для чего?»

Блиссбери ежемесячно получал экспресс-почтой стопки свежих столичных журналов, поэтому Элоиза считала себя особой просвещенной. Но кто бы мог подумать, что в мире моды существует такое тайное течение! Первоначальный шок быстро сменился жгучим любопытством, и вскоре она буквально пожирала глазами эскизы.

«А вот это мне нравится... И это тоже... О, и вон то!» — Элоиза никогда не страдала от лишних комплексов. — «В конце концов, разве легкий эпатаж — это не весело? Я же выхожу замуж один раз в жизни. Нужно брать от этого все!»

Уверенная, что Райан горячо поддержал бы эту философию, Элоиза торопливо выписала в бланк заказа сразу несколько артикулов. И тут ее пронзила внезапная мысль. Ведь она будет смотреть на это не одна.

«А Райану... такое вообще понравится?»

Райан обожал в Элоизе все. Не зря же Эмили однажды с измученным видом выдала: «По-моему, мистер Торнтон готов целовать дорогу, по которой вы ходили, мисс». Но при всей своей безграничной преданности он вел себя поразительно сдержанно. В бульварных романах, которые Элоиза тайком читала с Абигейл, влюбленные мужчины то и дело совершали какие-то безумные, страстные поступки. Райан же в этом плане был олицетворением самоконтроля.

Хотя... в Брингпорте все было иначе.

При воспоминании о той поездке лицо Элоизы запылало. Откровенно говоря, то, чем они там занимались, было настолько невероятным, что даже думать об этом сейчас казалось жутким богохульством.

«Но ведь мы делали это исключительно ради живописи!» — попыталась она оправдаться перед самой собой. Правда же! Да, она смотрела. И даже трогала. Но! Исключительно из тяги к неизведанному, помноженной на страсть к высокому искусству!

В карете на обратном пути они, конечно, ехали в обнимку, но, клянусь небесами, черту не перешли!

И вот после возвращения из той поездки он снова стал сама бесстрастность. В Брингпорте Райан был в ярости — сама мысль о том, что Элоиза могла посмотреть на другого мужчину (пусть даже в качестве натурщика), стала для него шоком и личным оскорблением. Но, вернувшись в Блиссбери, он держал дистанцию, словно ничего и не было. Да, находясь вдали от чужих глаз, он по-прежнему нежно касался ее лица, но на этом все заканчивалось. Элоиза, втайне ожидавшая после Брингпорта куда более решительных действий, испытывала легкое разочарование.

И тревогу.

«Может, это и есть та самая предсвадебная хандра, о которой все говорят? Но разве ею не невеста должна страдать?»

Голова шла кругом. В последнее время из-за суматохи ей удавалось подавлять эти случайные мысли, но сейчас они нахлынули разом, окончательно сбив с толку. Элоиза решительно тряхнула головой, отгоняя наваждение, и снова сфокусировала взгляд на каталоге мадам Лоуренс.

В любом случае, приданое собирать нужно. Новое белье ей точно не помешает... «Пожалуй, стоит заказать и этот комплект, и вон тот. Гулять так гулять!»

* * *

Мадам Лоуренс и ее помощницы задержались в Блиссбери на целый день. Поскольку миссис Севертон сделала небывалое количество заказов, портнихе требовалось тщательно проконтролировать каждую мелочь: от снятия мерок до подбора правильного оттенка тканей.

— Не извольте беспокоиться, все будет готово задолго до церемонии, — заверила она на прощание. — Я арендую мастерскую в Кэмбоне и лично прослежу за работой.

Затем она наклонилась к Элоизе и едва слышно шепнула:

— То же самое касается и ваших... особых заказов.

Мадам Лоуренс игриво подмигнула и легкой, летящей походкой удалилась в отведенную ей гостевую спальню.

Она приехала в провинцию отдохнуть, но без дела уже начала умирать от скуки. И надо же было такому случиться: ей попалась клиентка, которая не только не торговалась за каждую монету, но и делала столь смелые, нестандартные заказы! К тому же, она была гораздо прямолинейнее чопорных столичных дам.

Не то чтобы портниха не любила своих лондонских клиенток, но она смертельно устала от женщин, вечно требовавших «чтоб было богаче, чем у соседки». Их интересовал не изящный дизайн или истинная красота силуэта, а исключительно возможность пустить пыль в глаза. Мадам Лоуренс шла по коридору, тихо напевая себе под нос веселую мелодию. Эта мисс Севертон точно знала, чего хочет, но там, где требовался совет профессионала, не упрямилась и прислушивалась. Она принимала решения молниеносно, без долгих колебаний.

И, что самое главное — она совершенно не смущалась себя. Этот факт восхищал мадам Лоуренс больше всего. Мало того, что Элоиза выходила замуж в довольно зрелом для Альбиона возрасте, так она еще и не пыталась прятать свои мнимые «недостатки». Она несла себя с такой спокойной уверенностью, словно вся ее история — это ее главное достоинство. Ну а судя по списку выбранного нижнего белья, под этой спокойной оболочкой скрывался весьма дерзкий нрав.

В голове мадам Лоуренс уже роились десятки идей. Она твердо решила: этим летом мисс Севертон станет самой красивой невестой во всем Альбионе.

Глава 172