Выйдя из поместья, Райан прикрыл глаза рукой от яркого солнца. Оно уже было в зените. Вероятно, около часа дня.

«Поэтому никого и не видно».

И дворецкий Палмер, и миссис Паркер, и отец с сыном Уоррены, и другие временные работники.

Все, кто работал в Блиссбери, были трудолюбивы и добросовестны.

Они начинали свой день рано утром и до самого ужина редко сидели на месте, постоянно передвигаясь по поместью и работая.

Благодаря этому, несмотря на то, что хозяин здесь не жил, на мебели не было ни пылинки, а в поместье всегда приятно пахло сушёными травами.

Уже по одному этому можно было судить, как тщательно мистер Севертон подбирал работников для этого поместья.

И пока все с утра усердно занимались своими делами, он до этого времени не мог выбраться из кошмара, что заставляло его чувствовать себя ещё более жалким.

Выйдя из поместья, он направился прямо к реке, протекавшей рядом. И, не раздеваясь, прыгнул в воду.

Плюх!

Холодная вода окутала тело, и его помутнённое сознание прояснилось.

Несколько раз нырнув и вынырнув, он выбрался на берег и лёг в тени.

Смахнув с лица воду, он вспомнил конец своего сна.

Мужчина, который яростнее всех обвинял его на военном совете. Граф Уоллес.

Он так яростно нападал на Райана, что другие аристократы и члены совета, сидевшие рядом, пытались его урезонить, говоря, что он заходит слишком далеко.

На его обвинения Райан не мог даже криво усмехнуться, а лишь смотрел на него.

Другой бы подумал, что это просто аристократ, которого заела зависть, что какой-то деревенщина поймал удачу за хвост и совершил подвиг.

Но граф Уоллес…

— И такой человек — мой отец…

Голос, полный безысходности, растворился в ветре.

* * *

Райан впервые увидел графа Уоллеса, когда ему было десять лет.

Вместе с друзьями с той же улицы он сходил на железнодорожную станцию, где они разгружали уголь, а когда вернулся домой, в доме стоял незнакомый мужчина.

На первый взгляд, он был одет как обычный джентльмен с улицы, но при ближайшем рассмотрении становились заметны отличия.

Гладкая ткань без единой складки, рукава и локти без малейших потёртостей. И одежда была явно сшита не наспех уличным портным, а мастером.

Но ещё больше, чем одежда, о том, что он не был обычным человеком, говорил его взгляд, которым он смотрел на Райана.

Такой взгляд, будто он смотрит на самое грязное насекомое в мире.

По этому высокомерному взгляду Райан сразу понял, что перед ним аристократ.

— Это он?

Он указал на Райана подбородком и назвал его «он».

— Да, сэр. Ну же, Райан, поздоровайся. Это граф Уоллес…

Хлоп!

Не успела его мать договорить, как рука графа ударила её по щеке.

Пока ошеломлённый Райан поддерживал пошатнувшуюся мать, мужчина, ударивший её, невозмутимо достал платок и вытер руку, словно прикоснулся к чему-то грязному.

— Кто позволил тебе произносить моё имя?

— Про… простите.

Ударили мать, а извинялась она.

Райан, поддерживая мать, смотрел на обидчика с убийственной ненавистью.

Хоть он и был маленьким мальчиком, но в том переулке Райан славился своей дерзостью. От его острого взгляда граф Уоллес вздрогнул и отступил на шаг.

Но тут же, словно устыдившись того, что испугался мальчика, он замахнулся тростью, чтобы ударить Райана по плечу.

Но Райан не стал стоять на месте.

Он не только дрался с местными ребятами, но и часто побеждал мальчишек из соседнего переулка, которые были на голову выше его.

Даже если перед ним был аристократ, он не был настолько кротким, чтобы терпеть необоснованное насилие.

Райан схватил конец трости, которой его собирались ударить.

— Ах ты… отродье!

Ошеломлённый граф Уоллес попытался вырвать трость, но Райан не отпускал, глядя на него с ненавистью.

— Ты кто такой?

— Ты?! Ах ты, дерзкий щенок! Как же тебя воспитывали, что ты смеешь!..

— Простите! Я, я его проучу! Райан, прекрати! Этот господин…

Мать, вставшая между Райаном и графом, замялась, не в силах договорить. При этом она украдкой поглядывала на графа.

Уже по одному этому Райан понял, кто это.

Его отец, которого он считал умершим, был этим человеком. Когда он осознал это и посмотрел на него, то увидел до отвращения знакомые черты.

Густые чёрные волосы и синие глаза. Упрямый изгиб губ. И даже взгляд, который друзья иногда называли неприятно высокомерным.

Граф тоже посмотрел на Райана. В отличие от удивлённого Райана, он был более спокоен.

— Как и докладывали. Похож.

«Докладывали?»

«Точно, дети говорили, что в последнее время в переулке бродит незнакомец».

Тогда он не придал этому значения, но теперь, услышав слова графа, понял, что это был его человек.

Райан ещё больше удивился.

«Зачем он вдруг стал обо мне разузнавать?»

С тех пор, как он себя помнил, отца в его жизни не было.

Из-за того, что какой-то бродяга назвался отцом ребёнка, его матери пришлось уехать из деревни в город. Там было полно таких же женщин, как она.

Но их жизнь была ничуть не лучше, чем в деревне.

Презрительные взгляды никуда не делись, а в городе не было земли, которую можно было бы обрабатывать, так что им приходилось работать на фабрике за гроши, чтобы сводить концы с концами.

Чтобы хоть как-то выбраться из такой жизни, нужно было выйти замуж за мужчину хоть немного побогаче.

Поэтому его мать вышла замуж за старого могильщика. Фамилию Уилгрейв он получил благодаря ему.

Могильщик не был ни хорошим, ни плохим человеком.

Он дал Райану свою фамилию, но, хотя у него и были деньги, не отправил его в школу. Но Райан не жаловался. Уже то, что он их приютил, позволило им с матерью выбраться из жизни, где они целыми днями боролись за еду.

Так что они жили относительно стабильно, и он не понимал, почему вдруг появился его родной отец.

И тут граф Уоллес сказал Райану:

— Ты должен сделать кое-что вместо моего сына.

В его голосе была чёткая граница.

Граница, которая говорила, что Райан — ни в коем случае не его сын.

* * *

— Ха-а…

Вспоминая неприятные моменты, Райан вздохнул и посмотрел на небо.

Он лежал под огромным деревом, которое и пятеро взрослых не смогли бы обхватить.

Густая листва, сквозь которую почти не было видно неба, отбрасывала на него широкую тень.

Была ещё весна, и от мокрой одежды в тени ему стало прохладно. Можно было бы передвинуться немного в сторону, на солнечное место.

— …

Он лишь повернул голову и посмотрел на залитое солнцем место, но не пошевелился.

Сознание прояснилось, и с телом всё было в порядке, но у него не было никакого желания что-либо делать.

Военный врач в столице сказал, что это из-за его нестабильного психического состояния.

«Поэтому я и приехал на лечение».

Но этот тихий деревенский пейзаж, который должен был принести ему покой, за неделю не вызвал у него никаких эмоций.

Наоборот, из-за безделья и тишины он постоянно погружался в свои мысли.

И снова всплывала только война. Это было естественно.

С тех пор, как в десять лет его снова нашёл граф, было ли в его жизни место чему-то, кроме армии?

Поэтому все воспоминания были связаны только с ней.

Пролежав так довольно долго, Райан вдруг задумался, сколько он уже не ел.

«День, а может, два?»

Миссис Паркер так беспокоилась и суетилась, что он, чтобы её успокоить, делал вид, что ест, а сам тайком выбрасывал еду. Иначе она бы немедленно вызвала врача из Кэмбона.

Это было позавчера, так что он уже больше двух дней ничего не ел, но голода не чувствовал.

Он понимал, что это ненормально, но не чувствовал желания что-то с этим делать.

Он не знал, что делать, да и в такой деревне вряд ли нашёлся бы выдающийся врач, который смог бы решить его проблему.

Так он лежал, мокрый и оцепеневший, когда сверху послышался звук приближающейся повозки.

«Кто-то едет в Блиссбери».

С тех пор, как он приехал в Блиссбери, его постоянно донимали визитами.

Говорили, что просто проезжали мимо и решили заехать отдохнуть, но было очевидно, что они приехали специально, чтобы встретиться с ним.

И этот посетитель, наверняка, тоже ехал к нему.

Всё равно вид у него был не для того, чтобы показываться на людях, да и встречаться с кем-то было бы только в тягость, так что он решил тихонько спрятаться.

В этот момент приближающаяся повозка остановилась неподалёку. И до его ушей донеслись слова, произнесённые с досадой тем, кто правил повозкой.

— Сержант Торнтон, так не хочется с ним встречаться…

Услышав этот голос, Райан медленно сел.

Человек, который, в отличие от его мыслей, искренне не хотел его видеть.

Райан повернул голову в сторону, откуда донёсся голос.

На залитом солнцем месте стояла женщина со светло-каштановыми волосами, аккуратно собранными в узел.

Может, из-за солнечного света, но её образ показался ему таким ослепительным, что Райан несколько раз моргнул.

Пока он ошеломлённо смотрел на Элоизу, она вдруг слезла с повозки. И, роясь в корзине под сиденьем, что-то бормотала себе под нос.

— Мама сказала отдать… Но этот яблочный пирог такой вкусный, зачем его отдавать этому типу? Съем-ка я его здесь, и всё.

Услышав это бормотание, Райан опешил.

То есть, эта женщина собирается здесь тайком съесть яблочный пирог, предназначенный ему?

Глава 14