Каталог новелл

Высокий, широкоплечий и невероятно талантливый продюсер, Док Го Хёк. Отправившись на остров Ёнвандо ради съемок, он впервые в жизни рискнул собственной жизнью. Ответ на этот бессознательный поступок был лишь один.

Жизнь Эрабл Вермилион (23 года) частенько сворачивала на путь меньшего из зол. Жизнь, в которой она то и дело утешала себя тем, что всё могло быть и хуже! — Кажется, вы меня узнали?

Да Джон — ординатор педиатрического отделения больницы Сохан. Поддавшись внезапному порыву, она провела ночь с Тэ Гёном, главой больничного фонда. — Это была… ошибка. Простите. Пожалуйста, забудьте обо всем…

Холодный циник и ярый индивидуалист. Стоит ему открыть рот, как веет ледяным холодом. Золотые руки пластической хирургии, Чхон Бо Сон. — Давайте пересекаться как можно реже.

Мунджон — город, который в удушливый сезон дождей утопает в густом тумане. Чхэ Он вместе с матерью переезжает в Сонбэвон — мрачное и полное тайн поместье.

Нью-Йорк 1920-х годов — место, где уходящая и новая эпохи переплетаются, словно нити основы и утка. В высшем свете появляется мужчина, ослепительный, как бог солнца Аполлон.

Сим Хён Нам, двадцать лет. Основная профессия — служанка в огромном особняке в Пхёнчхан-доне. Подработка — игрушка председателя Пак Син Ока.

Хан Джу Хёк — тот, кем восхищаются все в университете. Он словно далекая звезда. Неужели это лишь совпадение, что я порой чувствую его взгляд на себе?

Дилан Бейкер — один из наиболее вероятных кандидатов в президенты. Он пользуется абсолютной поддержкой консерваторов, поэтому его главная головная боль — то, что его второй сын, Аарон, гей.

Неприметная пастушка из маленькой деревни, Ливия Хорн. Из-за людской алчности она лишилась семьи и дома, а затем сорвалась с обрыва. Умирающую Ливию спасла чёрная ведьма в облике ската — Экидна. Это обмен на месть.

— Внучка из закусочной? Ён, кажется. А ты и впрямь красотка. Летом, когда нам было по девятнадцать, в нашем районе появился незнакомый парень.— Хватит нести чушь про то, красивая я или нет. — Почему?

Он никогда не звал её по имени. Его жизнь, сотканная из крови и убийств, была кромешным адом. Но однажды перед ним появилась хрупкая девушка. Она совершенно не вписывалась в тот мир, который он знал.

— Тянет? Хриплый, тягучий голос бесцеремонно застал Со Хён врасплох. Она медленно приоткрыла губы и ответила: — Ага, есть немного. Перебрав с алкоголем, она ошибается дверью и сталкивается в чужой комнате с мужчиной.

— Зачем вы так? Со мной. Мужчина, у которого есть весь мир, сделал предложение мне — той, у кого нет абсолютно ничего. Но почему? Гуманизм, человеколюбие, положение обязывает. Это всё прекрасно.

— Мы обязательно вернёмся за вами! Берегите себя и ждите!! 12-й день на необитаемом острове. Эти никчемные предатели сбежали с острова на единственной спасательной шлюпке. 39-й день на необитаемом острове.

Иная любовь обрушивается словно стихийное бедствие. — С сегодняшнего дня Рю Ан — моя собака. Непредсказуемая, — И что тогда. Я тебе нравлюсь, Рю Ан? Навязчивая, — Я никогда не отпускаю то, что принадлежит мне.

То, что этот мужчина — нет, этот ублюдок — полный мусор, я поняла, едва услышав о нём.Всё началось с пустякового любопытства.

Однажды На Ён без предупреждения получила крайне неприятный телефонный звонок. — Я послал за тобой людей, так что выходи без лишних разговоров.

Оливия умирала трижды. В первый раз — в полном неведении. Во второй — спасаясь слепым бегством. В третий — уповая лишь на чужую защиту. — Затаись и живи. Забудь, кто ты такая, спрячься и выживи.

— У меня нет ни малейшего желания ввязываться в дешёвую любовную драму. У загнанной в угол Джи У, приёмной дочери владельцев корпорации «Тэён», оставался лишь один выход.

Прошло три месяца с тех пор, как мир охватил зомби-вирус. Появление сильных мутантов привело к быстрому разрушению социальной инфраструктуры.

Унаследовав отцовские гены, он вырос, пожирая жизнь собственной матери, чтобы теперь бесстыдно занять это место. Тэ Джун Соп. Цепной пёс Тэ Си Хвана, председателя «TK Group».

— Говорят, ты задираешь нос. Юн И Со — женщина, которая никогда не ломалась, даже неся клеймо незаконнорождённой дочери конгрессмена. Чувство, возникшее у него к ней, началось с пари. — Поэтому я… — …

— Может, тогда вы меня трахнете? — Я же спрашивал в первый день, не клеишься ли ты ко мне. Чан Хи Джо прочитал отчаяние в маленькой руке, обхватившей его палец.